Ковчег изгоев

— Ты прав, и он куда могущественнее графа Преисподней. Но это не повод пренебречь возможностями, которые предоставляет эта встреча.
Джулиан высокомерно вскинул бровь.
— Ты предлагаешь мне союз?
— Если только наши цели хоть сколько-нибудь схожи, то да.
— А наши цели схожи?
Да Альбено тонко усмехнулся.
— Принести сердце ангела, заметь, живое сердце, на алтарь господина Рогатого, и принести на его алтарь целые миры… Согласись, дары эти вполне равноценны. И тот, и другой будут приятны ему. А мы, объединив наши усилия, быстрей достигнем цели.
Джулиан или кто-то очень похожий на него какое-то время пристально смотрел на колдуна, а потом кивнул:
— Да будет так…
Свет, постепенно заполнивший тёмный зал, заставил раствориться эту сцену. Я поморщилась и прикрыла рукой глаза, но кто-то взял мою руку и отвёл её.
— Пол-одиннадцатого, — услышала я тихий голос Джулиана. — Микки принёс ужин. Скоро тебе на вахту.
С закрытыми глазами я села, подтянула к груди колени, обняла их и прижалась лбом.
— Мне приснился сон… — проговорила я. Голос прозвучал хрипло и устало.
— О чём?
— О том, что ты заключил союз с да Альбено.
— Я думал об этом, но потом решил, что это мелко.
Я открыла глаза и покосилась на него. Он, не раздеваясь, прилёг рядом на постель и задумчиво разглядывал старинную опаловую печатку на своём пальце, потом взглянул на меня.
— Замечаешь, как прошлое начинает выползать из всех щелей, пробуждая далеко не лучшие наши чувства?
— Что ты имеешь в виду?
— В глубине души ты всё меньше доверяешь мне. Или твой сон не об этом?
— Ну почему ты не можешь быть просто человеком, — простонала я, откидывая одеяло. — Почему тебе так необходимо вечно напоминать мне о том, что…
Я махнула рукой и с сомнением посмотрела на дверь ванной.
— Это плата за мою жизнь, — пожал плечами он. — Если б это было не так, я должен был бы умереть лет шестьсот назад… или три года назад.
— Довольно, — отмахнулась я. — Мне хватает забот и без этих терзаний.
Я вошла в ванну и, оставив дверь открытой, залезла под душ. Прохладные упругие струи, брызнувшие со всех сторон, освежили меня.
— Если бы ты улетела с Хоком, то жаловаться было бы не на что…
Сквозь матовую перегородку я увидела, что он вошёл и встал рядом.
— Это, как Белая руна, о которой говорил Дакоста, — возразила я. — Выбор без выбора. Итак ясно, что я не могла выбрать его, — включив сушилку, я закрыла глаза, чувствуя упругие волны ароматного нежного ветра, овевающие меня со всех сторон. — Как насчёт защиты для членов экипажа?
— Есть варианты… — лениво откликнулся Джулиан. — Дакоста предлагает татуировки каббалических защитных знаков. Я считаю, что это слишком кардинально. Можно прибегнуть к обрядам посвящения, но это лишь усугубит стресс, в котором находятся многие.
— Что ты предлагаешь? — я выключила сушилку и вышла из душевой.
— Мне думается, можно было бы воспользоваться амулетами. Они дают определённую защиту. Если их не терять.
— Да, я помню. У Брайана была целая шкатулка всяких перстней и ожерелий. Они помогали.
— У Дакосты есть неплохая коллекция.
— Ещё что-нибудь?
— Пока нет, но мы думаем.
— Остановимся на амулетах. Пока.
Я вышла из ванной и начала одеваться. Джулиан вышел вслед за мной и посмотрел на экран, настроенный на сигнал забортной камеры. Там была непроницаемая чернота ночи. Суточный цикл на звездолёте почти совпал с циклом в этой точке планеты.
— Я не буду ложиться, — проговорил он задумчиво. — Мне кажется, этой ночью последует очередная атака, и далеко не фантомная.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что я сделал бы именно так, если б был на их месте.
— Тогда мне понадобится твоя помощь, — произнесла я, застегнув куртку, и подошла к нему.
— Не надо недооценивать себя, — покачал головой он, обняв меня. — Вполне возможно, ты справишься сама. Но если что-то случится, сообщи мне. Я в любом случае буду рядом…
Его голос перешёл в шепот, губы быстро опустились и прижались к моим.
— Тебе нужно было разбудить меня немного раньше, — пробормотала я, переведя дыхание.
— А что бы ты сделала на моём месте? — спросил он.
— Понятия не имею…
Я запустила пальцы в его волосы на затылке и притянула к себе. Мне не хотелось уходить, но до вахты оставалось лишь десять минут.
 
Без трёх минут одиннадцать я вошла на мостик. Свет в отсеке был притушен. Хок сидел за центральным пультом и задумчиво смотрел на экраны. За соседним астронавигационным пультом, как ни странно, я увидела Вербицкого.
— Как дела? — спросила я, подходя к старпому и наклоняясь к пульту, чтоб посмотреть на сводку данных с забортных датчиков.
— Полный порядок и тишина, — ответил он. — Выспалась?
— Да. Обратил внимание на понижение температуры последние полчаса?
— Только что стемнело. К ночи всегда становится прохладнее.
— На десять градусов? Что-то не припомню, чтоб тут так резко холодало после захода солнца.
Он озабоченно посмотрел на экран с данными.
— Уже плюс двенадцать… — проговорил он. — Одиннадцать. Температура продолжает понижаться, но больше никаких отклонений.
— Говорят, что когда появляются призраки, всегда становится холоднее, — подал голос Вербицкий.
Я покосилась на него.
— Что вы здесь делаете?
— Зашёл посмотреть. Кстати, не я один, — он ткнул пальцем куда-то вперёд и вниз за пульт. Посмотрев туда, я увидела кота, который сидел внизу и, не отрываясь, смотрел на верхний экран. — Он уже несколько часов сидит здесь и ждёт.
— Чего? — нахмурилась я.
— Думаю, что он хочет посмотреть кино про цунами на большом экране, — проворчал Хок. — Оказывается, он был у механиков и наслаждался зрелищем оттуда. Винд считает, что ему очень понравилось. Когда всё кончилось, он бродил по отсеку и орал, требуя продолжения.
— Что это, смотрите! — воскликнул Вербицкий, указав вперёд, прямо на город, который в ночи казался подёрнутым призрачной светящейся дымкой.
Я должна была признать, что у старшего радиста не только профессионально чуткий слух, но и прекрасное зрение. Только очень хорошо приглядевшись, я разглядела на фоне зыбкого свечения чуть более яркий рыжий огонёк.
— Ну-ка, пусти… — пробормотала я, протянув руку к сенсорам. Хок тут же уступил мне место, и я направила внешние камеры на трепещущий огонек.