Баобаб маленького принца (СИ)

— Какая ностальгия? – возразил генерал, — Здесь самым старым профессорам вроде дока Филиппа не намного больше ста лет, они родились накануне Второй Мировой войны, а Жюль Верн умер еще до Первой Мировой.
— Да, но пик популярности был в Первую Космическую эру! Тогда снято большинство экранизаций его книг, и тогда же появился стимпанк, который тоже имеет отношение к стилю Жюль Верна.
— Ладно, но тогда это не ностальгия, а фантомная ностальгия.
— О, Вальтер! Ты ушел со службы в контрразведке, но, знаешь: твоя профессиональная скрупулезность ушла вместе с тобой.
— Извини, Криста, это от ночного пьянства, — он отсалютовал полупустым стаканом.
— Не извиняйся, — она махнула рукой, — я тоже хороша: перебила тебя, и забыла, в какой момент мы отклонились и что было перед этим.
— Алкйона скоро пройдет Пояс Астероидов, — напомнил генерал, — и для экипажа будет 2 месяца безделья до эксперимента «Magnetic-mirror». Затем еще 4 месяца безделья после эксперимента и до визуального контакта с Чубаккой в районе орбиты Урана. Из-за этих периодов безделья Совет инвесторов беспокоится: чем Зенон и Ликэ займут эту прорву свободного времени, учитывая, что биологический возраст откатился к пубертату?
— Пф! — иронично фыркнула Кристина, — Тоже мне, загадка века! Я помню Хлою в такой период, и чем она занимала каникулы со своим тогдашним бойфрендом. Хорошо, что в процессе бума векториков появилась и абсолютно надежная безвредная контрацепция, поэтому я не особо беспокоилась. А в случае с экипажем Алкйоны, по-моему, вовсе нет поводов беспокоиться, ведь Зенон и Ликэ в смысле ума и опыта остаются практически взрослыми, следовательно, секс у них не превратится в рискованные эксперименты по акробатическому коитусу. Или я упустила что-то важное?
Генерал изобразил скорбную кривоватую улыбку и развел руками.
— Да, ты упустила что-то важное. Медиа-публичность, вот что.
— Медиа-публичность чего? – не поняла она.
— Медиа-публичность всего. Миссия Чубакка-Алкйона в топе социального внимания, а корабль буквально усеян микро-видеокамерами, регулярно отправляющими файлы по лазерной связи на околоземный спутник, откуда эти файлы раскидываются по группам аналитики. Разумная мера диагностики технических рисков. Астронавты Алкйоны тоже постоянно в обзоре видеокамер, вся их телесная активность сливается в те же файлы.
— Что, вообще вся телесная активность? – переспросила Кристина.
— Да, вся. Включая секс, который на борту «Алкйоны», всегда бывает внезапно. В быту космического корабля слишком мало непредсказуемого, поэтому Ликэ и Зенон ищут спонтанность почти везде, где возможно. Каждый сексуальный эпизод это маленький приключенческий спектакль, изобретенный одним участником чтобы удивить другого. Лунный уровень псевдо-гравитации это возможность дополнить Камасутру — позами и движениями, которые на Земле могли бы воспроизвести лишь гимнасты-профи после специальных тренировок…
— Ого… В таком случае, «Клубничные» медиа, наверное, готовы платить кучу денег за эротические фрагменты оттуда.
— Именно так, — Вальтер кивнул, — Для пресечения этого нужна спецкоманда, и я еще до полета предлагал инвесторам такую статью бюджета, но финотдел, ориентированный на урезание сомнительных затрат, дал негативный отзыв. Теперь мы предсказуемо попали в ситуацию невозможности определить, какие из тысяч сетевых ботов-сортировщиков в группах аналитики на кого работают, и что они выбирают из пакета видеоданных. Без финансирования этой темы, мне удалось пресечь только утечку коммерчески-значимых результатов исследований, и то методом, на грани криминала. Или отчасти за гранью.
Изрядно удивленная Кристина даже слегка выпучила глаза.
— Ого! Почему я не знала? Вообще-то я надеялась, что ты не рискуешь на службе.
— Не было риска. Я лишь попросил Вилли Морлока залить на его личный блог краткое предупреждение всем, кто займется кражей коммерческих данных с Алкйоны. Просьба резонная: ведь Вилли министр-советник диктатора Ливии, а у ливийского фонда науки значительный пай в MOXXI, отсюда их интерес: защитить коммерческие плоды.
 
— Гм… И как Морлок сформулировал предупреждение?
— Очень просто: буду находить по одному и отстреливать в стиле бандитских разборок. Полиция почти в любом мегаполисе давно привыкла шаблонно отписываться по таким случаям, если highly likely жертва имела теневые доходы.
— Гм… И что, потенциальные кибер-воришки поверили на слово?
— Криста, ты ведь знаешь биографию Вилли. По-твоему, много ли желающих проверить правдивость его слов на своей шкуре?..
Возникла пауза, после которой генерал добавил: … — Так сложилось неписанное соглашение: кибер-воришки не трогают коммерческие данные, а тонтон-макуты Морлока не трогают кибер-воришек, которые монетизируют эротику астронавтов, безразличную в плане межпланетного бизнеса MOXXI.
— Э-э… — Кристина покрутила стакан в руке, — …А сами астронавты уведомлены, что их эротика монетизируется по вот такому неписанному соглашению?
— Да, Зенон и Ликэ знают. Но им наплевать. Они даже одеждой пользуются лишь когда записывают видео-репорты для ЦУП или когда готовят что-то горячее на камбузе. Это практично: какой смысл одежды в условиях искусственного климата и биологически-нейтральной среды? Лишние хлопоты со стиркой. Проблемы не там, а тут у секретаря MOXXI по внешним связям и у шефа юридического отдела. Их донимают активисты и лоббисты всяких движений за пристойность, за психологически-безопасную сеть, и за нераспространение сексуальных материалов с участием малолетних.
— Стоп-стоп, Вальтер! А при чем тут малолетние?
— Так я же рассказывал про векторик Jefirra и откат до пубертата. Сейчас Зенон и Ликэ выглядят младше, чем юридически-стандартный возраст согласия.
Она недоуменно передернула плечами.
— Какая разница, как они выглядят? Насколько я помню, Зенону 39, а Ликэ 53. Какое, к дьяволу, малолетство?
— Видишь ли, Криста, это их бизнес: везде искать криминальную педофилию. А если не получается найти, то лоббировать принятие закона, по которому что-то еще становится криминальной педофилией. При достаточном весе лобби можно криминализовать даже рисованное изображение условной школьницы в японском комиксе. Здравый смысл не применяется к таким делам, поскольку юстиция в доле. Хотя для случая MOXXI это не работает, поскольку впутаны интересы тяжелых фигур. И все ограничивается ущербом имиджу консорциума в Европе, Америке и Британском содружестве. По сравнению с ценностью данных о дальнем космосе, которые Алкйона соберет в следующие 10 лет, подобный ущерб выглядит исчезающе малым. Это даже если не учитывать вероятных технологических открытий при исследовании, собственно, Чубакки.
— Стоп-стоп, Вальтер! Ты сказал «в следующие 10 лет», но я читала, что длительность экспедиции Алкйоны составит предположительно 5 лет.
— Где ты читала?
— Как обычно, в «Homo et Galaxy», научном канале «Euro-Twin», поскольку… Э-э…
— …Поскольку, — помог он, — леди-содиректор «Euro-Twin» является еще и дамой сердца твоего чудесного дедушки Хлотара. Кстати, правдивы ли слухи, будто Хлотар занялся капитальным ремонтом своей хемингуэевской лодки на некой верфи в Карфагене?
— Вальтер, не уводи разговор в сторону! — возмутилась Кристина, — Я читаю «Euro-Twin Homo et Galaxy» не из-за амуров дедушки c Камиллой Далансон! Ты ведь отмечал, что Homo et Galaxy адекватно дает информацию по космической тематике. То же самое об экспедиции Алкйоны я видела в обзоре «Nat-Geo», между прочим. И что там не так?
— А-а… Дело в том, что Тоби Найфирт, секретарь MOXXI по внешним связям, обычно сообщает научпоп-журналистам наименее шокирующие прогнозы. Теоретически, при идеальном везении, Алкйона может вернуться через 5 лет.
— Так, а если теоретически при отсутствии везения?
Снова возникла пауза — это генерал подбирал слова.
— Видишь ли, Криста, элементы движения Алкйоны после рандеву с Чубаккой и фазы торможения, могут стать такими, как у среднепериодических комет группы Крейца.