Мы будем вместе, я знаю!
– Почему ты так думаешь? – тихо спросила она.
– Просто… кем бы я ни был, в каком бы мире не жил, быть рядом с тобой и не любить тебя невозможно.
Вот теперь я говорил осознанно и, по сути, признавался ей в любви сейчас. Ведь не только сказав «я тебя люблю» можно это сделать. И я ее любил, – теперь мог и себе в этом признаться. Только вот, по глазам ее видел, что не ждала она подобного и не знает, как реагировать на мое признание. А я не ждал от нее ответного признания, понимая, что любить такого как я очень сложно, а порой и невозможно.
– Хочешь сходить в школу? – заговорила она после непродолжительной паузы.
Теперь она меняла щекотливую тему, и это рождало в душе грусть. Но грусть моя все равно была чем-то приятным – я признался ей, облегчил душу. Взвалил ли я на ее плечи дополнительный груз? Не знаю… Возможно, поступил я как эгоист, но любовь моя к ней оправдывала если не все, то многое.
– Наверное, хочу.
– Тут недалеко, пару остановок на автобусе…
– Тогда, поехали?
Школа, как школа. Мощеный плиткой двор. Деревья вдоль забора. Местами даже лавочки есть. Фасад школы видно, что недавно отремонтировали, и выглядит она свежей и ухоженной. Просторное крыльцо, большие окна… Но как я ни силился, никаких воспоминаний картинка эта во мне не вызывала.
– Раньше школа была другой, – задумчиво проговорила Настя. – Не такой новой, – с улыбкой посмотрела на меня. – За школой стадион, там у нас проходили уроки физкультуры в любую погоду. Зимой нас гоняли на лыжах по кругу. Один раз я даже чуть не отморозила себе щеки. Помню, как физрук растирал мне их руками, а я плакала от боли. Но это было еще до того, как ты пришел к нам.
Что я мог ответить? Ничего. Разве что, отчетливо представил себе ревущую рыжую девчушку с красными щеками.
– Звери, – только и сказал.
– Это точно! Знал бы ты, как я ненавидела физру в школе! Ни один норматив сдать не могла, и тройки по ней мне рисовали. А вот у тебя с этим делом все было отлично.
Ну еще бы! Я ведь был спортсменом… Снова вспомнилось, как махал кулаками в парке. И то, что случилось после…
– Я звал тебя в школе Настькой?
Мы не стали заходить в здание школы. Как-то оба и молча решили этого не делать. Да и зачем?
– Иногда, – не сразу ответила она и выглядела при этом очень задумчивой.
Какой-то невежливый я получался. Имя Настька мне точно не нравилось и сейчас я бы ни за что не стал так звать ее.
– Замерзла? – заметил я, как временами Настя вздрагивает и кутается в пальто. – Ты легко одеваешься, – обнял я ее.
Она позволяла мне это делать, я же не мог отказать себе в удовольствии. И еще мне хотелось поцеловать ее.
– На этой лавочке обычно сидели парочки, – подняла она ко мне лицо, словно догадалась, о чем я думаю.
– А мы парочка? – смотрел я на ее губы, не в силах отвести взгляда.
– Наверное, – дрогнули ее губы в улыбке.
– Тогда, я могу поцеловать тебя?
– Можешь…
От поцелуя закружилась голова, хоть и был он недолгим.
– Настька… – прошептал я ей в макушку.
Глава 38Мы долго гуляли. Заходили в кафе или торговые центры, когда замерзали. Отогревались, глазея на витрины или попивая горячий чай, и снова выходили на морозную улицу.
Мороз не крепчал уже, но и не спадал. Ветер стих, и улица оделась в белое и казалась по-праздничному нарядной, чистой и какой-то торжественной. Витрины магазинов уже украшали к Новому году, хоть декабрь пока и не наступил. Глядя на них, мне хотелось в этом году особенного праздника, и я все чаще задумывалась, как встречу Новый год, в какой компании. Будет ли рядом Даниил?..
Мы много разговаривали. Даниил спрашивал, я же отвечала как можно честнее. В принципе, делать это было не сложно, да и самой интересно было вспоминать школьные годы. Ну и рассказывала ему я правду обо всём и обо всех, умалчивала лишь о нас. Наверное, даже ложью такое поведение нельзя было назвать.
Губы все еще хранили вкус его поцелуя, а по телу пробегала приятная дрожь от воспоминаний о нем. Когда мы целовались в школьном парке, я словно вернулась в то время. И так же, как тогда, мы рисковали быть застигнутыми врасплох. Правда, оставались мы там не долго, и на наше счастье все это время длился урок.
Домой отправились не раньше, чем стемнело. И еще с час, наверное, гуляли по району, где находилась квартира Даниила. Не хотелось возвращаться, словно срабатывал страх потерять ту духовную близость, что зародилась между нами во время прогулки. Вот ведь замерзли уже как цуцики, а продолжаем наматывать круги у дома. И я чувствовала, что настроение Даниила схоже с моим.
– Всё! Пора тебя переместить в тепло, – заявил Даниил, когда в очередной раз я шмыгнула носом. – Буду отпаивать тебя чаем, чтобы не подхватила простуду.
Он взял меня за руку и повел к подъезду. На сопротивления уже не осталось сил, да и ноги замерзли так, что я их почти не чувствовала.
Вездесущая тетя Поля на этот раз не встретилась нам ни с ведром, ни без ведра. Чему я была дико рада, потому что сил прятаться от кого-либо у меня тоже не осталось.
В тепле квартиры я сразу же обмякла, и Даниилу пришлось чуть ли не раздевать меня. Да и так приятно было принимать от него заботу, отдаться во власть его умелых и ловких рук. Просто чувствовать его рядом…
– Ты как? – обнял он меня, как только помог освободиться от верхней одежды.
Мы стояли в прихожей и обнимались. Ничего предпринимать, чтобы что-то изменить, я не хотела.
– Нормально, оттаиваю, – посмотрела я на него с улыбкой и сразу же утонула в его глазах, которые сейчас казались черными из-за расширенного зрачка.
Что-то промелькнуло между нами, пронеслась какая-то искра. Лицо Даниила становилось все ближе, я же все глубже утопала в его глазах. Пока не ушла в них с головой, одновременно с тем, как его губы прижались к моим.
Не первый раз он целовал меня с голодом такой силы, не ответить на который было невозможно. Он готов был поглотить меня целиком, а я бы точно позволила ему это сделать.
Руки мои обнимали мужскую шею, гладили теплую кожу, касались шелковистых волос. Я чувствовала, как возбуждаюсь, и все сильнее хочу большего. В какой-то момент я осознала, что только поцелуев с Даниилом мне катастрофически мало, что я хочу его всего и прямо сейчас.
Не зафиксировала, кто первый проявил инициативу, когда поймала себя на том, что забираюсь руками под его свитер. Как-то очень быстро он освободился от свитера, а я от кофты. Голова моя шла кругом, желание зашкаливало, и все это время мы продолжали неистово целоваться.
Раздевать и дальше меня в прихожей Даниил не стал, вместо этого подхватил на руки и понес в спальню. Ну а там я познала счастье плотской любви, как и поняла, что все, что было у меня после Дани и до встречи с Даниилом, можно было назвать пародией, имитацией… чем угодно, только не любовью. И сейчас у нас все было не так, как в тот первый раз. Юноша и девушка повзрослели и любили друг друга тоже по-взрослому.