Десятый демон

— Кто-то, кто повелевает недугами и властвует над болью? — спросил Эльвер и показал нам книгу, которая лежала на столе в кабинете Джексона.
Лия перетряхнула её в поисках записки, но не додумалась прочитать то, что было написано на заложенной сухой веткой странице.
— «Демон Кратегус, имеет вид серого человекоподобного существа с волчьими ногами и крыльями летучей мыши, — прочитал масунт. — Повелевает недугами и властвует над болью. Имеет в Аду титул графа. В его обязанность входит борьба с посланцами Небес и охотниками за демонами. Любимое развлечение — совращать знахарок, давая им возможность с помощью чар насылать на соседей и прохожих тяжёлые недуги. Впервые описано его явление в 1523 году, года он был вызван ведьмой, приговорённой к сожжению за колдовство. Существует легенда, согласно которой ведьма была возлюбленной алхимика, который продал душу Дьяволу с тем, чтоб спасти свою возлюбленную от заслуженной кары».
Я молча смотрела на него и не могла пошевелиться. То, что я была поражена… нет, ошеломлена, — это точно. Более того, внутри у меня возникла жуткая пустота. Ни единой мысли и только образы мелькали один за другим. Джулиан МакЛарен с корзинкой, полной трав, его лицо в свете свечи и воспоминание о его разговоре с искушавшим его дьяволом, женщина с бледным лицом, смертельная бледность на его лице в темнице и прощальный поцелуй. И демон с волчьими лапами, крыльями летучей мыши и глазами Джулиана МакЛарена. И незнакомец в чёрном с его лицом в моём сне и сегодня в лазарете Ордена Госпитальеров.
— Боярышник.
— Что? — я вздрогнула.
Лия вертела в руке высохшую веточку, которой была заложена книга.
— Кратегус Сангвиния. Боярышник кровяно-красный. Лечебное растение.
— Лечебное, — повторила я, взяв в руки веточку, высохшую и почерневшую. — Было.
— Это он? — Лия взглянула мне в глаза.
— Похоже.
Мне было трудно выдержать её взгляд. Я взяла у Эльвера книгу и взглянула на чёрно-белую иллюстрацию рядом с текстом, изобилующим латинскими цитатами. Старинная гравюра, а на ней тот самый демон с торсом и руками культуриста, острыми ушами и лысым круглым черепом, что приснился мне этой ночью. Те же лапы и крылья.
— Всё сходится, — проговорил Эльвер. — Этот демон — истребитель охотников за демонами. Его послали, чтоб он уничтожил вас. Он шёл по следу и вышел на Джексона. Вряд ли Ларс ему что-то сказал. Он по-прежнему ничего о вас не знает.
— Ошибаетесь, — я положила книгу на столик и села в кресло возле камина, похожее на то, что стояло в моём новом доме. — Болезнь Ларса — это не наказание. Это ловушка. Для меня. Кратегус — граф Преисподней, демон высшего уровня. Это значит, что он не просто силён, он дьявольски умён. Он сражается не только с истребителями демонов, то есть смертными, он борется с посланцами Небес. У него есть оружие против ангелов.
— Разве можно убить ангела? — удивилась Лия.
— Его можно изгнать из мира обратно на Небеса. Это нелегко, но возможно. Таковы правила игры здесь, в этом мире. Можно убить оболочку и живущая в ней душа вернётся в свой дом.
— Откуда вы всё это знаете?
— Понятия не имею, — я мрачно посмотрела на раскрытую книгу. — Он наслал на вашего отца эту болезнь, потому что знал, что я приду навестить его. Он ждал меня в лазарете.
— Человек в чёрном, — догадался Эльвер.
— Да, он уже несколько раз снился мне. Но это были сны, а не явления его во сне. Он увидел меня только сегодня. Он понял, что я — тот, кого он ищет, но не узнал меня.
— Тот? Вы сказали «тот»? — нахмурилась Лия.
— Или «то», — я устало пожала плечами. — Он ищет не меня, а то, что во мне, и то, что он может спровадить в Райские Кущи.
— Но вы победите его?
Я усмехнулась, но совсем не весело.
— Постараюсь. Правда, за ним придет кто-то ещё более сильный и страшный, — я перелистала книгу. — Может, великий граф Халпас, испепеляющий города, маркиз Амон, изрыгающий пламя, или великий герцог Агварес, устраивающий пляски мёртвых… Их тут много.
Я захлопнула книгу. Лия смотрела на меня испуганными глазами. Эльвер задумчиво рассматривал потемневший от времени переплёт.
— Я думаю, что вам лучше держаться подальше от меня, — произнесла я. — Пусть это будет только нашей с Кратегусом схваткой. Надеюсь, он не станет отвлекаться на других, и случайных жертв больше не будет.
— Ларс — не случайная жертва, — возразил Эльвер. — Он встал на пути демона осознанно. Это одна из функций «Звёздного щита» — вставать на пути зла. И я, как тот, кто до выздоровления Ларса займёт его место во главе Новолуизианского отделения, заверяю вас, что мы выполним наши функции в соответствии с нашим чувством долга и с применением всего имеющегося в нашем распоряжении арсенала знаний, опыта и оружия.
— Мы знаем, на что идём, — моментально собравшись, пояснила Лия. — Мы — гарнизон Света на этой планете. И вы можете на нас рассчитывать, как и на наших единомышленников из других обществ и конфессий.
— Я буду иметь это в виду, — поднявшись, пообещала я. — И при необходимости воспользуюсь вашей помощью, но без приглашения прошу в «Вязах» не появляться. Я не хочу разрешать проблемы, связанные с захватом моих соратников в заложники.
 
    
Глава 22
Спорить они не стали: Лия, потому что отец научил её подчиняться дисциплине, а Эльвер — потому что понимал мои чувства.
Я вернулась домой одна, прихватив с собой книгу по демонологии. Дома, устроившись в библиотеке, я прочитала раздел, посвящённый демонам-охотникам, и главу, в которой излагались известные науке сведения о Кратегусе. Утешительного было мало. Если мои сны имели отношение к подлинной истории этого демона, то выяснялось, что спасение маленькой рыжей крестьянки было последним проявлением его человеческой сущности. Глава изобиловала рассказами о том, как к знахарке являлся бледный темноволосый мужчина и склонял её к поклонению Дьяволу, давая взамен возможность насылать недужные чары. Потом спокойно позволял осудить её, сжечь на костре и забирал её душу. И очень гневался, если его жертва, раскаявшись, отрекалась от своих заблуждений и перед смертью успевала вернуться в лоно церкви.
О его борьбе с ангелами было известно немного. С истребителями демонов он разбирался просто: насылал на них боль, которая заставляла их страдать какое-то время, а когда ему надоедало забавляться с несчастными, этой самой болью и убивал их. Видимо, они погибали от болевого шока.
Мне почему-то казалось, что такие методы ко мне вряд ли применимы. Я, благодаря своему здоровью, генетической коррекции и сущности Воина Духа, имела абсолютный иммунитет и очень высокие регенерационные способности. Болевой порог у меня тоже высок, не говоря уж о том, что я имею естественную защиту от магии. Но я всё же уязвима, и мой противник вполне мог быть в курсе этого.