Исключая чувства

— Мама ее любит, а я хороший сын и послушно хожу с ней на концерты.
— Похвально, но снова не угадали. Сдавайтесь. Все намного проще: так звали мамину бабушку.
— На третий раз я бы угадал.
— О, не сомневаюсь, — Лара улыбнулась, уже не пытаясь сопротивляться его балагурству.
— Я бы предложил угостить вас виски в честь знакомства, но бар полностью оплачен. Это даже как-то неловко: лишает удобного инструмента знакомства. — Он растерянно провел рукой по волосам, а Лара снова засмотрелась: на ямочки на щеках при легкой улыбке, на обтянутый тканью рукава бицепс — и ответила не сразу.
— Не переживайте. Я бы все равно не позволила кому-то покупать себе напитки. Равноправие, защита от подсыпанных в бокал наркотиков и все такое. — Вот, подумала она, сейчас он и сбежит, испугается сильной женщины и растворится в толпе. Самый быстрый тест на совместимость ее личного изобретения.
В диссонанс с разыгравшейся в ее голове сценой Дмитрий придвинулся на шаг и склонился ближе, обдавая ее непонятным взглядом — то ли восхищенным, то ли удивленным.
— Должен признаться, я приятно впечатлен вашей прямолинейностью и предусмотрительностью, хотя это стоило предполагать. — Лара непонимающе нахмурилась. — С вашей практикой, вот что я имел в виду, вряд ли можно жить по-другому. У меня отец — адвокат по уголовным делам. Я человека более, чем он, готового к любой жизненной ситуации, еще не встречал.
— Хотите сказать, я параноик?
— Боже упаси, напротив — очень трезво смотрите на жизнь. Если бы все такие были, у нас с вами не осталось бы работы. Ваша прямолинейность мне тоже нравится.
— Мне кажется, вы несколько переборщили с комплиментами на квадратный метр.
— Виноват. Исправлюсь, — он снова послал ей улыбку, очевидно уверенный, что так можно сгладить любое недовольство. Приходилось признать, что уверенность не была беспочвенной. — Потанцуем?
Лара рассмеялась, стараясь скрыть любой намек на неуверенность. Ей до пор было неловко признаваться, что она в чем-то не слишком хороша.
— Я не танцую.
— Или не хотите?
— Скорее не могу, то есть не умею. Оттопчу вам все. — Она приподняла одну ногу, с намеком демонстрируя острые шпильки и не замечая жадного мужского взгляда, проследившего сначала за собравшейся на середине бедра юбкой.
— Бросьте, — с хрипотцой в голосе Дмитрий принялся ее убеждать, — уметь необязательно. Я тоже не танцор, но боевых ранений не боюсь. Пойдемте?
— Ладно, но я вас предупредила.
— Понял, принял к сведению, всю ответственность за танец беру на себя.
* * *
Диме хотелось самому себя избить. Что он сейчас нес за хрень? Кто так знакомится? Когда Лара продолжила его неловкую попытку подката, он даже удивился.
Вот зачем он ей вывалил и про «Доктора Живаго», и про Фабиан? Еще примет его за ботаника-задрота, а он всего-навсего не совсем дурак, а то мама с батей огорчились бы, узнав, что платили за лучшую частную школу в Москве зря.
Однако и Лара эта тоже была хороша. Он еще рта не открыл, а она уже бросилась в атаку и была довольна резка для флиртующей девицы. Проверяла? Отсеивала недостойных? Или у нее стратегия такая, чтобы привлечь больше внимания — типа, вся такая независимая? Дима отбросил последнюю мысль сразу же. Очень вряд ли. Она и в самом деле независимая и с мозгами. Сразу понятно, что далеко не дура. Тем интереснее. Дима с такими женщинами дел за пределами юридического отдела еще не имел.
На танцпол он повел ее с легким нетерпением и любопытством. Плевать он хотел на ее якобы слабые хореографические навыки. Особенно после соблазнительно ей проделанной демонстрацией ног в сводящих его с ума туфлях. Дима все гадал, поняла ли она сама, что за мини-шоу успела устроить?
Она как будто и не заметила, выслушала его аргументы, поднялась и сразу направилась к танцполу, не попытавшись ни прикоснуться, ни лишний раз пофлиртовать. Дима в легком недоумении последовал за ней, довольствуясь видом: походка у нее была, несмотря на очевидно не один выпитый сегодняшним вечером бокал, уверенная и отменно-модельная, полностью соответствующая выбранной обуви (по крайней мере в представлении Димы роскошные женщины двигались именно так).
Несмотря на красоту и редкую для людей объективность, заметную и при столь коротком разговоре — оба качества Диму очень впечатлили, — Лара, однако, вводила его в легкий ступор своим поведением. Обычно девушки, особенно заинтересованные, действовали понятнее. С Ларой же он пока уверенным себя ни минуты не чувствовал. Он никак не мог разобраться, что у нее за странный настрой: раздражение в пару с желанием продолжать?
Впрочем, появившийся благодаря встрече с такой магнетически привлекательной женщиной, как Лара, азарт лишь крепчал, подпитываемый воспоминаниями об упреках Вики. Скучный он, видите ли. Ну-ну. Не будет Дима больше скучным и чересчур правильным, и сегодня же он сам себе докажет, что сможет увлечь любую, даже сильную, независимую и роскошную.
Преисполнившись нужного запала, Дима на несколько шагов обогнал уверенно идущую немного впереди Лару и развернулся, подавая руку:
— Мои ноги к вашим услугам, можете наступать, сколько пожелаете.
— Только потому что вы разрешили, — Лара улыбнулась с вызовом, остановилась и подняла на него сосредоточенный взгляд, прежде чем, наконец, вложила в его ладонь свою.
Ладони у нее были теплые, кожа мягкой, кончиками пальцев Дима чувствовал бьющийся у ее запястья пульс; медленно он потянул ее на себя и поймал взлетевший к нему настороженный взор. Лара сделала еще один шаг вперед, и их тела почти соприкоснулись, до того она оказалась близко. Приобняв ее, Дима начал движение. С чуть заметным промедлением Лара последовала за ним. Иногда она путалась в шагах, напрягаясь сильнее с каждой незначительной промашкой; играла музыка с трудным ритмом, что Лару сбивало.
— Ш-ш, не бойтесь ошибиться, — склонившись ниже, он шептал на ухо, направляя и подсказывая, — расслабьтесь, веду я, хорошо?
— Ладно, — ответила она, едва не фыркая от недовольства, но Диму это позабавило. Девочка-то не любит чего-то не уметь.
Скоро все пошло на лад. Не такая уж безнадежная у него была ученица, в самом деле. Музыка зазвучала спокойнее и лиричнее. Судя по всему Ларе изменения пришлись по душе.
Поймав нужный темп, они танцевали в полном молчании, без всякой неловкости и лишних движений, как будто за столь короткий срок между ними успело незаметной связующей ниткой протянуться бессловесное взаимопонимание. По опыту Дима знал, что подобное впечатление от общения, если и возникает, то сразу. Неважно, как много вы с человеком успели друг о друге узнать. Совсем неважно. Либо да, либо нет.
В зародившемся впервые за вечер душевном спокойствии мозг стал подмечать еще не осознанное, и Дима обратился в сверхчувствительный радар, настроенный на одну частоту — девушку в его руках. Маленькие изящные ладошки на его теле: одна прожигала ему кожу на плече, и только хотелось, чтобы она поднялась чуть выше — туда, где заканчивался ворот рубашки, и скользнула по коже шеи; другая — крепко сжимала его руку, едва дрожа, и Диме это нравилось. Нравилось понимать, что в сильной девушке Ларе есть уязвимость, как бы она ее ни прятала.