"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

– Корона? Мне?! – Чашка кофе чуть не выпрыгнула у меня из руки. – Да вы спятили, ей-богу! Она неподдельно удивилась:
– Но простите, а почему же вы полезли в эту вашу мясорубку?
– А! Вы об этом… – Я поморщился. – Да уж поверьте, у меня были основания. Однако это совсем другая история.
– И вы ее мне расскажете? Я поперхнулся и раскашлялся так, что аж слезы на глазах выступили.
– Ну, ну, что вы так… – перегнувшись через стол, она дружески похлопала меня по руке. –
Вот, съешьте яблочко… Или, может, вас по спине похлопать?
– Не надо! – судорожно выдавил я, но яблочко все же взял – парочка тщательно пережеванных кусочков прочистила горло и вернула меня в норму.” – Мисс Ла Рош, я никогда не расскажу вам эту историю!
– Во-первых, не зарекайтесь! – Она лукаво улыбнулась. – А во-вторых, вы можете называть меня Гаэль…
Естественно, в мои планы менее всего входило переведение беседы в неофициальное русло, однако, с некоторым опозданием сообразив, что это уже произошло, я только кивнул.
– А я буду величать вас герцогом, – весело продолжила она, – если, конечно, вы не возражаете.
Я не возражал – мне было безразлично, однако сменить тему имен она не спешила…
– Вообще у вас странный псевдоним – Рене Гальего. Почему вы выбрали именно его?
– Похоже на оригинал. А что в этом странного? Я не замечал, чтобы на меня косились после того, как я представился.
– Ну, они просто не знают истории. Да и коситься на вас – так недолго и вовсе окосеть”. Рене – французское имя, так же как и мое, Гальего – фамилия испанская. Причем это даже не фамилия, а название исторической области, жители которой настолько прославились своей… э-э-. недалекостью, что на протяжении веков служили излюбленными персонажами для анекдотов. В результате на родине вашей фамилии слово “гальего” стало синонимом “болван”, “простак”.
– Надо ж, какое совпадение! – зарычал я, невольно вскипев. – Но какой бы я ни был болван, не стоит заговаривать мне зубы!
Она сразу умолкла, впрочем не обидевшись, а я взял хрустальный бокал, раздавил его ладонью, высыпал осколки в пепельницу и успокоился.
– Мне кажется, настала ваша очередь рассказывать, Гаэль. К тому же вы нарушаете нашу договоренность.
– Да, нарушаю. – Она печально вздохнула. – Вы, кстати, не порезались? Нет? Ну хорошо… Видите ли, мне очень стыдно, герцог. Боюсь, что я вас обманула, выманив из вас столь замечательную и содержательную легенду, не имея ничего столь же значительного взамен. Вы меня простите?
– Ни за что.
– Это ужасно!.. Тем не менее я, конечно, охотно поделюсь с вами любой информацией, которой располагаю. С чего мне начать?
Как ни удивительно, у меня уже напрочь пропало желание побыстрее закончить разговор, поэтому я продолжил:
– С начала.
– Гм?
– Ну, с начала, Гаэль. То есть каким образом вы оказались замешаны в эту историю?
Она слегка задумалась, отпила глоток вина, закурила, а затем чуть качнула головой:
– Да с вас все и началось. Вам, думаю, известно, что вообще-то я пишу об искусстве, поэтому неудивительно, что пару лет назад я решила перебраться с Земли сюда, на Новую Калифорнию…
– Неудивительно. Конечно.
Она осознала свою ошибку, и ее щеки едва заметно порозовели… Однако Гаэль ограничилась тем, что наградила меня новым пронзительным взглядом, до странности напоминавшим известный взгляд Его Высочества, когда тот хотел предупредить собеседника, что пора бы заткнуться…
– Столь же неудивительно было и то, что уже вскоре по прибытии меня заинтриговала окутанная тайнами личность хозяина заведения, в котором… или с которым… я работаю. Естественно, я стала наводить справки, и как ни мало удалось узнать, все же этого было достаточно для вывода – вы не человек!
– Да ну? – весьма искренне подивился я. – Как же, интересно, вам удалось это установить?
– Ваше долголетие – люди, знаете ли, столько не живут… По крайней мере, в такой хорошей форме. Удивительная физическая сила. Таинственное происхождение… Да, вообще-то, достаточно послушать, как вы говорите. Хоть вы и прекрасно владеете английским, но все же легкий акцент у вас сохранился. Растягиваете гласные, чуть оглушаете согласные в конце слов… Разве мало?
 
В чем-то она была права, возраст действительно начинал здорово подводить нас всех: любой, кому пришло бы в голову сравнить снимки некоторых известных в Галактике личностей с их же изображениями полувековой давности, мог бы оказаться в шаге от разгадки, а лет, через десять это просто уже невозможно станет скрывать… Тем не менее тут все было далеко не так элементарно, как она излагала, на что я и обратил ее внимание:
– Тогда почему, по-вашему, об этом не кричат на каждом углу? Спишем на всеобщую тупость?
– Придется, видимо. – Она улыбнулась.
– Ну ладно, – покладисто согласился я. Она чувствовала, что я ей не верю ни на грош, но по каким-то соображениям продолжала гнуть прежнюю линию.
– Затем меня заинтересовало, есть ли еще в Галактике личности, подобные вам. И результатом моих изысканий стала коллекция, которая лежит сейчас перед вами. С какого-то момента я практически забросила все дела, занимаясь только вами и вашими соплеменниками. Эта тайна не давала мне покоя, не дает и сейчас. Честно говоря, я больше не мог терпеть такое откровенное надувательство, поэтому прервал ее:
– Значит, вы совершенно случайно оказались на Новой Калифорнии, еще более случайно в центре вашего внимания оказалась моя персона. Затем вы быстренько раскусили меня и заодно всех моих товарищей, среди которых есть, между прочим, президенты и пираты, детективы и спортсмены, живущие на добром десятке разных планет и ничем не связанные друг с другом. Чушь!
– Не такая уж чушь! – огрызнулась она, и я сделал движение, собираясь подняться. – Погодите, герцог! Вы что, обиделись?
– Когда мне лгут, я чувствую себя оскорбленным, – издержки воспитания…
Тем не менее я остался сидеть, а на ее лице промелькнуло как будто некоторое сомнение…
– Извините! Я учту на будущее… – Она виновато улыбнулась. – Между прочим, все было почти так, как я сказала. Правда. А то, что я не сказала… Об этом я расскажу вам… после того как вы поведаете мне свою собственную историю. Хорошо?
– Отвратительно! – честно признался я и вдруг почувствовал себя усталым. Я потратил уже кучу времени, выдал ценнейшую информацию, съел и выпил столько, что едва под силу было переварить, а между тем не узнал еще ничего из того, ради чего вообще это затеял…
Помассировав немного виски и надбровные дуги, я закурил очередную сигару – хотя никотин уже даром что из ушей не капал – и заговорил тоном, каким некогда разговаривал дома…
– Давайте по-другому! – Вытащив из пачки снимок Вольфара, я бросил его на стол рядом с фотографией Принца. – Что вам известно об этом господине?
– Мистере Беренштейне?
– Как, как?
– Ральф Беренштейн. Так он себя называл. Во всяком случае в последнее время… Вы не знали?
– Нет, я знавал его под другим именем. Очень любопытно. Продолжайте!
С секунду она смотрела на меня с некоторым удивлением, но потом заговорила как ни в чем не бывало:
– О мистере Беренштейне я знаю меньше, чем о других. По-видимому, он лучше прочих заботился о сохранении своего инкогнито… Впервые он попал в поле моего зрения совсем недавно. Это случилось восемь месяцев назад… В одном скачке от Рэнда в безымянной звездной системе располагалась некая научно-исследовательская станция. Кажется, она называлась “Бантам”… Какими исследованиями там занимались и кому принадлежала эта станция, мне выяснить не удалось, – по крайней мере, в наших спецслужбах об этом точно никто ничего не знает.
– А вы, значит, с ними на короткой ноге? Гаэль скромно потупилась:
– Ну конечно, у меня есть там надежные каналы. Как бы иначе я добывала всякие сведения?..
– И что же, там о нас тоже осведомлены? Право же, в последние дни у меня начало складываться ощущение, что наша керторианская тайна – секрет полишинеля…