"Фантастика 2023-175". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

После того как за ним с легким стуком закрылась дверь, в комнате воцарилась тишина, прерываемая лишь потрескиванием дров в камине. Мадам Уиффин провожала глазами улетающие в трубу искры и рассеянно улыбалась, совершенно не замечая моего присутствия. Я осторожно кашлянула. Никакой реакции. В легком недоумении я оглянулась на дверь и тут же на себя рассердилась. Не хватало еще в подобной ситуации звать на помощь дворецкого. Не съест же в самом деле меня совершенно безобидная на вид хозяйка. Недовольно фыркнув, я прошла по ковру и решительно произнесла:
— Добрый вечер, мадам. Позвольте задать вам несколько вопросов.
— Ой! — совершенно по-детски вскрикнула старушка и испуганно огляделась. — Кто вы? И как сюда попали?
Я проявила невоспитанность и, не дожидаясь приглашения хозяйки, уселась в кресло напротив нее, тут же в полной мере ощутив исходящее от камина тепло.
— Меня привел ваш дворецкий. Кроме того, он меня и представил — мадемуазель Айлия Нуар к вашим услугам.
— Зачем вы пришли? Я уже давно не даю частных уроков, а жаль. Мои ученики всегда были лучшими, а придуманные мною прически моментально становились популярными. Помню, какой фурор произвел сотворенный на голове мадам Ханши герб ее рода — сплетенный из волос кубок, пробитый стрелой. Стрела, правда, была настоящая, — удрученно вздохнула собеседница и, тут же оживившись, предложила: — А что? Я еще многое могу. Хотите эксклюзивную прическу? Ваши волосы — настоящий подарок для искусного мастера.
— Нет, спасибо. — Я испуганно помотала головой и от греха подальше скрутила растрепавшиеся локоны в узел, спрятав их от глаз бывшей парикмахерши.
— Тогда зачем же вы пришли? — недоуменно спросила мадам Уиффин. — Хотите получить пожертвование? Боюсь, я не смогу...
— Нет, — совершенно невежливо перебила я, опасаясь еще одного экскурса в прошлое хозяйки комнаты. — Скажите, вы знакомы со своими соседями, живущими напротив, через канал?
— Конечно, — тут же кивнула старушка и, пару раз моргнув, оживленно заговорила: — Знаете, у нас с Ральфом даже был роман. Конечно, не при жизни Розочки, нет, ни в коем случае. Как вы смели такое подумать? — сердито сверкнула она глазами. — Не могла же я с безразличием отнестись к тому, что совершенно беспомощный мужчина остался с двумя детьми на руках. Естественно, я предложила свою помощь.
Воспользовавшись тем, что мадам Уиффин прервалась, чтобы набрать в легкие воздуха, я вклинилась в поток воспоминаний, перемешанных с откровениями.
— Простите, вы говорите об обитателях дома номер двадцать три? Того, что напротив вашего? Но разве его хозяина зовут Ральф? — Поморщившись, я обнаружила, что тепло от камина вдруг переросло в жару и на моем лбу выступили мелкие капельки пота. Собеседница же поправила сползший плед и возмущенно сообщила:
— Конечно нет! Ральф умер лет полторы дюжины тому назад, а его неблагодарные отпрыски, не сказав мне даже спасибо, продали дом и уехали за горы. Будто не я их растила. — Тут мысли пожилой собеседницы неожиданно перескочили, и она вновь переключилась на лирическую тему: — Видели бы вы, как по утрам Ральф замораживал канал, чтобы я могла принести ему чашку свежесваренного кофе. Только представьте — вода и блестящая полоска льда, соединяющая наши парадные двери...
Мадам Уиффин смахнула сбежавшую по морщинистой щеке слезинку, и я не преминула заполнить возникшую паузу.
— Припомните, пожалуйста, не случались ли в доме двадцать три какие-нибудь странные события.
— А вам зачем это знать? — В собеседнице внезапно проснулась подозрительность, и она уставилась на меня выцветшими глазами. Нужно срочно придумать отвлекающий маневр.
Надеясь, что разговор вновь свернет в безопасное лирическое русло, я наудачу поинтересовалась:
— Почему же вы с Ральфом не поженились? Вы ведь так любили друг друга.
Сработало! На лице старушки появилось совершенно отрешенное мечтательное выражение, и, глядя сквозь меня, она подтвердила:
— Да, мы души друг в друге не чаяли, хотели каждую минуту быть вместе. Ральф даже предлагал мне переехать к нему, но неожиданно его отпрыски заартачились. Вечно воевавшие между собой брат и сестра объединились с единственной целью — не допустить меня в семью.
 
Я сочувственно покачала головой.
— Как странно. А у вас нет подозрений, почему дети повели себя подобным образом? Возможно, они просто ревновали отца, опасаясь с вашим появлением лишиться его любви и внимания.
— Ревновали, вот еще, — возмущенно фыркнула старушка. — Нет, отец был им нужен как прошлогодний снег. Нет, они боялись, что я сумею отыскать спрятанный в их доме клад.
Час от часу не легче!
— Что еще за клад? — уточнила я, подвинувшись на самый край кресла, поскольку моя правая нога постепенно превращалась в подсушенное жаркое.
— Вымышленный, — отмахнулась мадам Уиффин. — Эти остолопы вбили себе в голову, что в доме запрятан огромный клад, и лет пять его старательно искали. Естественно, не нашли, но за это время мы с Ральфом так привыкли постоянно переправляться через канал, что не захотели ничего менять в устоявшемся укладе нашей жизни. А еще лет через десять его не стало. — Жалобно всхлипнув, старушка отвернулась к выходящему на канал окну. Бес! И как она еще не сгорела. Стараясь побыстрее закончить разговор, я задала следующий вопрос:
— Вы не помните, от чего умерла жена Ральфа?
— Почему же не помню, прекрасно помню. Грипп ее свалил, а она его еще и запустила. Зима в том году выдалась очень холодная. Хотя нет, погодите, она же летом преставилась. Значит, от гриппа скончалась старая Хельга, а Розу пырнули ножом в порту. Или это Фрэнка ножом? Бедняга Фрэнк, что был за мужчина... Три года после того, как я ему отказала, носил мне цветы и пел серенады. Куда катится мир, где настоящие рыцари...
Чувствуя, что еще немного и я зажарюсь живьем, я решительно встала с кресла, отошла на пару шагов и, с облегчением выдохнув, попробовала еще раз:
— Так от чего именно скончалась Роза?
Вздрогнув, старушка перевела на меня взгляд и огорченно сказала:
— Вы уже уходите? Жаль. Забегайте на днях, я вам причесочку сделаю по старой дружбе. Раз уж вы знали Ральфа. Ах, Ральф...
Тут мое терпение подошло к концу. Пробормотав что-то вроде «простите, мне пора», я трусливо сбежала.
  
Глава 2
 
В которой героиня проводит полноценное расследование и убеждается, что в выбранном ею доме действительно был спрятан клад, сестра покойного чинит ей различные препятствия, а племянник поит юного детектива кофе
Оказавшись на улице и ощутив дуновение свежего, прохладного ветерка на своей обожженной ноге, я выдохнула и расслабленно прислонилась к стене. Как мало мне, оказывается, надо для счастья. Всего-то очутиться подальше от пышущего адским жаром камина. Интересно, каким образом мадам Уиффин высиживает в подобной обстановке целыми днями? Вспомнив о только что закончившемся с моей подачи разговоре, я содрогнулась и решила устроить себе небольшую передышку, а заодно и прогуляться, тем более что скурр все равно стоял у квартального управления. Неторопливо бредя по параллельной каналу улочке, я не думала о делах, позволяя голове хоть немного проветриться.
Несмотря на то что двадцать третий и двадцать второй дома располагались точно друг напротив друга, улицы подобной симметрией не радовали и попасть на берег канала можно было, лишь прошагав целый длинный квартал. Наконец слева блеснула вода. Дойдя до середины изогнувшегося над каналом моста, я облокотилась на затейливые перила и уставилась вниз.
Вода неспешно текла под мост, унося с собой довольно разнообразный мусор. Некоторое время я просто стояла, машинально провожая глазами плывущие в никуда листья, обертки от пирожков и детские кораблики, пытаясь угадать, доберется ли какой-нибудь из них до океана или все закончат свой путь, сгнивая в канавах. Продолжаться это могло довольно долго, но, углядев покачивающийся на воде обрывок газетного листка, я вернулась в реальность. Каким бы бессмысленным ни казался разговор с мадам Уиффин, его стоило проанализировать, иначе оставалось только выкинуть из головы дом моей мечты и, вернувшись в Ауири, засесть за подготовку к ближайшему экзамену, тем более что он был не за горами. Сопроводив безвременную кончину этой идеи траурным вздохом, я велела себе заняться делом незамедлительно.