Зяблик

Юля глубоко вздохнула, помолчала и уверенно произнесла:
– Дима, я люблю тебя.
Он прижался к ней и тихо произнес с чувством:
– Я знаю. Я это вижу.
Дмитрий отстранился, изучающе посмотрел на девушку и сказал:
– Я тоже люблю тебя. Но я не об этом тебя спросил. – Он был охвачен беспокойством, и на его лице отражалось сильное волнение. – Если бы я был на твоем месте, со мной точно происходило бы что-то подобное. Даже не представляю, что бы со мной было, если бы у меня отняли возможность быть первым. Наверное, моя жизнь потеряла бы смысл. Я не хочу до конца наших дней видеть в твоих глазах печаль, возникшую оттого, что ты жила не своей жизнью. Не представляешь, как это трудно, но… Тогда я бы лучше тебя отпустил.
– Дима…
– Нет, подожди. Помнишь наш разговор после моего дня рождения? Ты тогда сказала, что мы живем в разных городах совершенно разными жизнями. Я все время вспоминаю эти твои слова. – Он вздохнул. – Я одно понял. Таких, как ты – нет, и ты не должна зарывать свои способности в землю. Я не могу за этим наблюдать. Ты должна найти себя. А я не должен тебе мешать.
Юля медленно провела ладонью по его щеке:
– Дима, таких, как ты тоже нет. Ты не мешаешь мне, ты меня вдохновляешь. Печаль, которую ты разглядел – это лишь грусть по моему прошлому. Но она связана совсем не с тем, о чем ты думаешь. У меня впервые в жизни появилось много времени для того, чтобы подумать о том, как я жила, вспомнить обо всех своих драмах, об ошибках, которые я совершала. Понять, кто я есть на самом деле. И, думая обо всем этом, я пришла к выводу, что я всего лишь женщина, которая тебя любит. – Юля замолчала и заглянула в глаза Дмитрию. – Сейчас мне больше нечего сказать о себе. Нечего тебе дать, кроме своей любви. Не в чем сравниться. – В ее глазах появились слезы. – И меня пугает, не будет ли этого недостаточно для такого человека, как ты.
Дмитрий рассмеялся:
– И это все?
Она опустила голову и кивнула. Он взял Юлю пальцами за подбородок и приподнял ее голову:
– Посмотри на меня, – улыбаясь сказал он. Девушка подняла глаза. – Ты неподражаема!
Дмитрий поцеловал ее в лоб и продолжал тоном человека, желающего что-то внушить собеседнику:
– Юля, я раньше никогда ничего не боялся. Был хладнокровен. По сути дела, все мне были безразличны. Кроме мамы, конечно. А потом появилась ты. И весь мой мир перевернулся. В моей жизни появился смысл, – продолжая смотреть ей в глаза, Дмитрий взял Юлю за руку, – я изменился. Насовсем. Понимаешь? Из-за тебя. Это ты меня изменила. Теперь ты бьешься вот здесь, – он приложил ее руку к своему сердцу, – вместе с моим сердцем. И всегда будешь биться.
Две слезинки выкатились из ее глаз. Дмитрий улыбнулся и сказал:
– Последнее, что должно пугать тебя в этой жизни, так это то, что мне когда-нибудь станет недостаточно одной тебя.
Юля кивнула, и Дмитрий провел ладонью по ее щеке. Он снова обнял ее за плечо, и они продолжили движение по направлению к выходу.
– Но ты должна найти себя. Если нужна моя помощь – обращайся.
– Не помню, говорила ли я тебе, что ты удивительный человек?
Дмитрий озорно запрокинул голову назад и сказал протяжно:
– Ну, вообще-то я такого не припомню…
Раздался их смех.
 
***
Свет вокруг сияет, распахну глаза,
Страх мой исчезает, кончилась гроза.
Я любовь искала, словно яркий свет, 
Я ждала начала много долгих лет.
 
Мне твой поцелуй на вопрос ответил, 
Милый, торжествуй – лучший ты на свете!
Лишь в твоих руках нет во мне сомнений, 
Растворился страх бывших поражений.
 
С нами бесконечность всех грядущих дней,
Перед нами вечность, счастья наш хайвей.
Ветер раздувает облако волос,
И рассвет пылает словно абрикос…
 
Мы нашли любовь, это наш Парнас, 
Тайных уголков нет теперь у нас.
Милый, ты готов дать всего себя, 
И под этот кров все отдам и я.
 
(прим.: стихотворение «Парнас», автор Анна Кимова)
 
Дмитрий и Юля встречали постепенно собирающихся гостей. На Дмитрии были надеты черные брюки и голубая рубашка с расстегнутыми, как и всегда, верхними пуговицами, а на Юле – длинное платье простого кроя из голубого бархата, сидящее по фигуре. Ее волосы были собраны и прихвачены шпильками, в ушах сверкали серьги с крупными голубыми топазами. Они стояли, обнявшись, и приветствовали гостей. Дмитрий подошел к Андрею, выходящему из машины, и обнял друга с особой сердечностью. Тот что-то шепнул ему на ухо, и Дмитрий сделал жест Юле, чтобы она встретила оставшихся гостей. Девушка утвердительно кивнула.
…
– Ну что, похоже, твой Бандит совсем оклемался? – спросил Андрей, когда мужчины уже почти достигли вольера. Прямо у решетки стоял уткнувшийся в нее носом пес. Он немного поскуливал.
Дмитрий улыбнулся:
– Волевой характер. Ты бы видел, как за жизнь цеплялся. Ранение ведь тяжелое было. Говорили, что служить не сможет, а прошло чуть больше месяца, и он почти полностью восстановился.
Пес смотрел в глаза Дмитрия с выражением любви и верности.
– У-у, зверюга! – сказал Андрей. – Как эти ублюдки еще ноги унесли?..
– Против лома нет приема. Спасибо, мимо… В Пирата вот не промахнулись…
– Дима, мне, правда, очень жаль.
Андрей положил руку на плечо друга. Тот с грустью посмотрел на Андрея.
– Все нормально, Андрюх, – Дмитрий похлопал его по спине.
– Хочу, чтобы ты знал, – угрюмо сказал его друг, – я отправил Наташу в Старую Порубежку, в агрокомплекс.
– Это тот, который в Саратовской области?
– Он самый. Ветеринаром. Крупным рогатым скотом теперь занимается.
– И она согласилась? – удивленно спросил Дмитрий.
– А ее никто не спрашивал. Живет прямо там, на поселении. Хоть по профессии поработает. Может, что-то полезное в жизни сделает.
Было похоже, что Дмитрий не верил своим ушам.
– И как она там?
– Мне докладывают, что бесится, конечно. Но над ней стоит серьезный человек, с ним особо не забалуешь. Поэтому тихо бесится. Работает. Зря, что ли, образование получала? Пусть хоть теперь отрабатывает.
– Поздновато ты о ее образовании вспомнил. Но лучше поздно, чем никогда. Не ожидал, что ты на такое решишься. – Дмитрий посмотрел на Андрея, тот был хмур. – Не сбежит?