Зяблик

С места встал Михаил:
– Я не буду нарушать регламент мероприятия и произнесу традиционный коллективный тост от нас всех. Ты – хороший друг. За тебя! Как всегда, сухо и малоинформативно, зато по существу. Живи долго и богато. – Михаил сделал умышленную паузу. – Событиями.
Раздался смех. Михаил поднялся со своего места, подошел к Дмитрию, пожал ему руку и обнял, затем вернулся обратно, чтобы отсалютовать гостям. За столом какое-то время продолжались движения, но постепенно все стихли.
– На самом деле мы немного отошли от регламента, – Михаил посмотрел на Юлю. – В нашем обществе новенькая, а я тут бокал поднимаю от лица всех. Невежливо с моей стороны. Нам с вами, Юля, определенно вначале стоит познакомиться поближе. Разрешите поинтересоваться, чем вы занимаетесь в Москве? Если не секрет, конечно.
Голос девушки слегка дрогнул на первом слове:
– Не секрет. До недавнего времени я работала синхронным переводчиком.
За столом тут же стихли все разговоры, и Юля поняла, что завладела аудиторией, но это не было ей по вкусу.
– Хм, неожиданно! – удивился Михаил. – У меня были девушки, занимающиеся самыми разными вещами, например, стюардесса… – начал перечислять он.
Его прервал Максим:
– Ого! Волнующе! Всегда хотел встречаться со стюардессой!
Михаил не обращал внимание:
– … секретарь…
– Ну куда ж без секретаря! Как это банально, Миша!.. – снова вклинился Максим.
Все засмеялись. Но Михаил продолжал:
– … свадебный организатор. Даже пианистка была. Но у вас, пожалуй, самая экзотичная профессия среди всех девушек, которых я когда-либо встречал!
– Ну почему же самая? – голос Юли звучал ровно. – Уж не более экзотичная, чем у девушки, занимающейся, к примеру… синхронным плаванием.
– Синхронное замечание! – вставил Максим. Гости снова рассмеялись. – Но я, кстати, тоже с трудом себе представляю, какова работа синхронного переводчика. – Максим с интересом смотрел на Юлю. – Как вы организуете свою жизнь?
– В любой работе присутствует элемент рутины, – обратилась к нему Юля, – и даже самая экзотичная профессия при ближайшем рассмотрении оказывается не такой романтичной, какой она выглядит для человека неосведомленного.
Михаил снова вступил в разговор. Он был серьезен:
– А чем конкретно вы занимаетесь? Озвучиваете фильмы? Работаете на конференциях? Какая у вас специализация?
– Вы имели в виду, какая была специализация? Я упомянула, что работала до недавнего времени. Сейчас я оставила свою основную профессию.
– Хорошо, какая была? – уточнил он с нетерпением.
– Я занималась переводом с устной речи «на слух». Преимущественно сопровождала политические мероприятия.
Михаил присвистнул:
– И как вам наши политические деятели?
– Не имею о них ни малейшего представления, – с безразличием ответила она.
– Как же так? – удивился Михаил. Он смотрел в упор, изучая лицо собеседницы.
– Вы вот строительством занимаетесь, насколько я поняла. А чем конкретно?
– У меня разные объекты…
– Какие, например?
– Недавно вот большой гаражный комплекс сдали.
– И как вы относитесь к гаражам?
Голос Михаила прозвучал высокомерно:
– Странный вопрос. А как я к ним должен относиться? Гаражи – они и в Африке гаражи.
– Ну вот видите, а вас удивляет мой ответ. Политические деятели – они и в Африке политические деятели.
Михаил был разочарован ее ответом:
– Не думаю, что это соизмеримое сравнение. – Он отвел глаза от Юли и теперь смотрел куда-то в сторону, потеряв всякий интерес к разговору.
– Вы считаете? Почему же?
– Потому что это не одно и то же, – равнодушно заметил он. – Вы еще сравните рюмку водки с полетом в космос.
Среди присутствующих раздались легкие смешки.
– Ваша версия имеет право на жизнь. Но я не думаю, что простые вещи стоит усложнять.
– Уверен, что политика не относится к числу простых вещей, – назидательно произнес Михаил.
Голос Юли продолжал звучать спокойно:
– Все, что абстрактно и не касается человека лично, так же просто, как и любой объект материального мира.
Михаил стал серьезным:
– Еще раз для тупых, пожалуйста. – В его голосе прозвучали ноты враждебности.
– Как скажете! – Юля говорила с такой непосредственностью, что на лице Михаила на миг возникло уязвленное выражение. – Вы любите свою машину? – продолжала Юля.
Высокомерно улыбнувшись, тот ответил:
– Да, автомобили – это моя слабость, у меня их много.
– Значит, у вас наверняка есть хорошо обустроенный гараж, где вы их храните?
Разговор явно начинал забавлять Михаила:
– О, мы снова вернулись к нашим баранам! М-да, у меня классные авто, классный гараж, да и сам я тоже классный!
За столом опять раздался смех.
Юля вдруг резко сменила тон. Ее непринужденная до того манера разговора приобрела ироничный оттенок, а в голосе послышались подтрунивающие нотки:
– Классно! Вы такой счастливчик, что вам можно ни о чем не думать, для вас это лишнее. – Она сделала преднамеренную паузу. Глаза ее похолодели, как будто Юля насытилась беседой, и ей в один момент стало скучно. – Что ж, вы сами ответили на свой вопрос. Считайте, что мы во всем разобрались.
Но Михаил уже вошел в раж и продолжал развлекаться. Его было не остановить:
– Вы-то, может, и разобрались, а я вот пока еще, так сказать, блуждаю в потемках. – Он картинно зажмурился, вытянул руку вперед и стал ощупывать предметы на столе, изображая из себя слепого. – Помогите слепому выйти к свету!
Юля оставалась холодна. В ее глазах отражалось нечто, похожее на презрение:
– Выйти на свет. К свету вам, видимо, еще какое-то время предстоит идти… – Юля посмотрела в упор на Михаила. От ее взгляда ему сделалось не по себе. – Что ж, раз вы просите о помощи, как я могу остаться равнодушной? – ее тон будто обдавал холодным душем. – Вернемся к нашим баранам, э-э, – она зажмурилась и сделала гримасу, как если бы оговорилась, – то есть к вашим гаражам. Итак, у вас есть два объекта одинаковых по форме, но разных по содержанию. Форма – это стены, пол, потолок, а содержание – это ваше отношение к ним. К первому объекту у вас нет отношения, поэтому он для вас прост. Вы построили гаражи для других людей, это ваша работа. Ко второму же вы относитесь почти с трепетом, ведь это любимый гараж для любимых автомобилей любимого классного вас, – акцентировала Юля. – Именно вы наделили этот объект отношением. Потому, что он касается вас лично и поэтому перестает быть для вас простым. Изначально же и первый, и второй объекты идентичны. Это гаражи. Так яснее?