Просветительские идеи и революционный процесс в Северной Америке

Но вот рекламировать отечественную продукцию газеты как-то не спешили. Почти во всех объявлениях фигурировали английские, европейские, индийские товары. Все же в рекламных блоках в конце 1765 г. стали мелькать пенсильванское железо и мука, «отборная коннектикутская свинина и говядина», «добрый новоанглийский ром», «наррагансеттский сыр из лучших сыроварен» [192]. В Виргинии местная пивоварня предлагала крепкое пиво, портер и эль, «равные по качеству любым, какие можно импортировать из какой-либо части света». Виргинское пиво рекламировалось как натуральное, в противовес импортному, с суррогатными добавками. Предприимчивый пивовар прибавлял: «Суровое обращение, которому мы недавно подверглись со стороны родины-матери, как мне кажется, будет достаточным, чтобы вызвать интерес к моему начинанию» [193]. Меркантилистское законодательство метрополии злостно нарушалось. Так, в 1766 г. некий Дэниэль Джонс из Бостона рекламировал шапки, бобровые и биверетовые (кроличьи, покрашенные «под бобра»), причем своего собственного производства, не обращая внимания на законодательный запрет [194].
Первые ростки будущего промышленного развития США, таким образом, уже пробивались и даже получили идеологическое обоснование. Хотя, конечно же, вытеснить импортные товары местная продукция так сразу не могла.
 
* * *
Свобода — один из базовых концептов философии Просвещения. И она же была одной из основ вигской идеологии времен гербового сбора. Высочайшая ценность свободы и пагубность рабства не подвергались сомнению. При этом в колониях активно заимствовали просвещенческие представления о сопротивлении тирании, естественном праве, общественном договоре, народном суверенитете и праве на сопротивление угнетению. Их основным источником в то время были «Два трактата о правлении» Дж. Локка. Однако и более поздние авторы, такие как Вольтер и Руссо, были известны в колониях, а их идеи, хотя и в меньшей степени, чем локковские, распространялись колониальной прессой. Как и у Локка, у американских вигов в это время свобода ассоциировалась с собственностью, и лишь Дж. Отис, во многом опередивший единомышленников, настаивал на расширении избирательного права. Просвещенческое понимание свободы даже получило в Америке некоторое развитие за счет введения требований экономической свободы для колоний. Но в то же время у колонистов сохранялось и средневековое понимание свободы как привилегии, полученной от предков и недоступной для некоторых категорий населения.
    
Глава 2. Концепция «короля-патриота» и восприятие власти в период Актов Тауншенда (1767–1770)
В 1766 г. гербовый сбор был отменен. Однако 1767 год оказался отмечен новым кризисом в отношениях Великобритании и ее североамериканских колоний. В центре событий оказалась колония Массачусетс и ее главный город Бостон.
В июне-июле 1767 г. были приняты Акты Тауншенда, названные по имени предложившего их английского министра финансов. Первый из них предполагал пустить сборы от таможенных пошлин на продукцию английских мануфактур, ввозимую в Америку, на выплату жалованья королевским чиновникам и судьям в колониях. Таким образом, колониальная администрация приобретала источник дохода, не зависящий от колониальных ассамблей. Этот акт лишал ассамблеи традиционных средств давления на исполнительную власть. Вводились новые налоги: на стекло, свинец, краски и бумагу. Второй акт предписывал создание Американского таможенного управления, которое должно было обеспечить точное соблюдение всех законов о торговле. Наконец, третий акт приостанавливал деятельность нью-йоркской ассамблеи, которая не согласилась с условиями Акта о постое 1765 г.
Для американцев все это оказалось неприятной неожиданностью. Тауншенд пользовался в колониях неплохой репутацией. И уж точно все надеялись, что он окажется лучше своих предшественников — Бьюта и Гренвилля, авторов ненавистного Гербового акта. Материалы начала 1767 г. содержат уникальные для политического дискурса предреволюционной Америки примеры позитивного восприятия министерства. В Нью-Йорке, отмечая годовщину отмены гербового сбора, патриоты пили за «подлинно патриотичное министерство 1766 г.» и даже лично за Чарльза Тауншенда [195].
И вот первые слухи об Актах Тауншенда достигли Бостона в апреле 1767 г. [196] Перед американцами вновь встала перспектива налогообложения без представительства. Осенью 1767 г. «Boston Gazette» подводила печальный итог: «Закон уже вступил в силу. Каждый человек, который использует стекло, краски или бумагу, которые будут импортированы, почувствует это. И каждая женщина, которая пьет свою чашку чая» [197]. К этому добавлялось расквартирование английских гарнизонов в колониальных городах. Колонисты должны были предоставлять солдатам помещение и провиант. При этом они не без оснований подозревали, что британские войска посланы в Новый Свет с целью привести к покорности беспокойные колонии. Темы налогообложения без представительства и постоянной армии стали ведущими на страницах газет и памфлетов Америки в 1767–1770 гг.
В теоретическом плане акты Тауншенда не представляли новой проблемы. Они осмысливались в рамках той же парадигмы, что и гербовый сбор. И в то же время можно говорить о некоторых изменениях в восприятии Просвещения в Америке. Тематика естественного права и общественного договора, видимо, уже казалась тривиальной; повторять уже пройденное не было смысла, и рецепция просвещенческой политической философии выходила на новый уровень. Проблему, требовавшую осмысления, виги увидели в другом: почему, едва отменив гербовый сбор, парламент вновь пытался ввести налогообложение для колоний? В период Актов Тауншенда американские газеты заполнены рассуждениями о природе власти.
В газетах 1767–1769 гг. новости о европейских просветителях почти не встречались (возможно, в связи с общим уменьшением числа зарубежных новостей в газетах). «Boston Evening Post», например, лишь однажды затронула тему возможного визита Ж. Ж. Руссо в Англию: «Говорят, что Руссо, беспокойный философ, на самом деле собирается нанести второй визит в наше королевство» [198]. В той же газете в 1769 г. была опубликована новость о том, что Д. Юм назначен секретарем английского посла во Франции [199]. Можно констатировать, что к 1768 г. просветителей вытеснили из новостных колонок известия о бунтах в Лондоне, известных как «Уилкс и Свобода», а также о восстании Паоли на Корсике.