Повешенный

Тот тут же выхватил зеленоватую бумажку двумя пальцами, зажав ее, как сигарету, и спрятал в кармане.
– Замётано. Только скажите, если знаете короткий путь. А то, знаете ли, Маленькая Италия не такая уж и маленькая.
– А?
– Я обычно работаю в другом районе, – тут же ответил водитель, – сегодня вот пришлось подменить товарища. Плохо ориентируюсь здесь. Так что не уверен, что смогу довезти вас быстрее, даже если вдавлю педаль в пол.
– Хорошо, я покажу, где свернуть.
Автомобиль снова тронулся, но на этот раз ехал намного быстрее, так что Уильям даже позволил себе расслабиться и не обращать внимания на недовольные гудки других водителей, на яркий слепящий свет фар за окном и на лёгкую тошноту, подкатывающую к горлу. Все же не стоило ужинать перед поездкой, но проводить еще несколько часов на голодный желудок Уильяму не хотелось. А заливать накрапывающую язву алкоголем виделось Уиллу не лучшей идеей: он в принципе никогда не любил привкус крови во рту, а появляющееся иногда жжение он пытался загасить молоком.
Водитель нервно крутил колёсико радио, переключая станции, и динамики недовольно хрипели в ответ, кашляли пылью и извергались энергичной ночной музыкой, пришедшей на смену медленным звукам уходящего дня.
– Какая у вас новенькая машина, – взгляд Уильяма оценивающе скользнул по обивке сидений и замер на свежелакированном дереве дверей. – Давно я не ездил в таком чистом такси.
– Только из ремонта, – с какой-то гордостью ответил водитель. – Пришлось изрядно ее подлатать, особенно с обшивкой корпуса, но оно того стоило.
– Это в какую аварию могло попасть такси, чтобы чинить машину полностью?
– Старушку объезжал, – беспечно пожал плечами мужчина. Кажется, для него объезжать старушек было уже чем-то привычным и настолько незначительным, что даже мысль о том, что придётся рассказывать об этой ситуации, вызывала на лице скуку. – Возвращался в парк, как обычно, было темно, – ну, знаете вот эту вот нашу электрификацию, – а старушенция решила перебежать дорогу в неположенном месте. Ну я руль крутанул и снёс парочку столбов. Машина пострадала. Старушка, слава богу, нет.
– Осторожней надо быть, когда объезжаешь старушек.
– Хах, определенно.
Мужчина хотел сказать что-то еще, но осёкся и плотно сжал губы. Пальцы с силой вцепились в руль, так что побелели костяшки, и он больше не бросал на Уильяма взгляд в зеркало. Двигатель зарычал, и автомобиль, даже не подав никакого сигнала, обогнал сразу несколько машин по трамвайным путям, а затем резко повернул за угол. Уилл с силой вцепился в дверную ручку и придержал шляпу с перчатками.
– И с каких пор автопарк оплачивает такой ремонт? – Уильям знал очевидный ответ на свой вопрос, но выслушать версию водителя было не менее интересно.
Мужчина за рулём промычал себе под нос и уклончиво повёл головой.
– Есть у нас неравнодушные люди на работе, – уже более сухо наконец обронил водитель. – К тому же, как нам зарабатывать, если машина разбита.
– Мне казалось, что это проблема водителей. – Уилл повёл плечами, поудобней перехватывая пассажирскую ручку. – Не знал, что в этой стране стали беспокоиться о рабочих. К тому же сейчас. – Уилл мягко улыбнулся и, немного склонив голову на бок, поймал взгляд водителя в отражении. – Рад, что вам так повезло. Здесь направо. Мимо парка. И потом налево квартал. Остановитесь на углу.
Водитель нервно усмехнулся в ответ и послушно выкрутил руль, едва не столкнувшись с машиной на встречной полосе. Та разорвалась надрывным пронзительным гудком и свернула на тротуар, а Уильям поймал себя на том, что негромко бормочет под нос первую попавшуюся молитву. Водитель выругался на итальянском и резко крутанул громкость радио, позволив музыке заполнить салон.
Весь оставшийся путь они ехали в молчании. Лишь изредка обменивались понимающими хмурыми взглядами и хмыкали под нос. Дома быстро проносились мимо Уильяма, сливаясь в разноцветное покрывало, и десять минут незаметно промелькнули, растворившись в визге тормозов и финальных фанфарах саксофона.
Машина остановилась, и водитель буркнул под нос сумму и требовательно обернулся к Уильяму, ожидая свою положенную плату за поездку. Уилл неспешно натянул на руки перчатки и устроил шляпу на коленях. Он бросил хмурый взгляд на таксиста, нырнул рукой за скреплёнными скрепкой деньгами, отсчитал нужное количество и протянул их водителю.
– Сдачи не надо, – Уильям спешно свернул купюры и сунул их обратно в карман. – И… берегите себя.
– И вам удачи.
Дверь хлопнула за спиной у Уильяма, и автомобиль тут же тронулся, отправившись на поиски очередного ночного гуляки, который не постесняется выложить двойную стоимость за поездку после заката. Шляпа опустилась на голову Уилла, скрыв взгляд его потемневших глаз в тени ее полей, и Уильям поднял воротник, скрываясь за ним, как за хлипким щитом, он резких порывов ветров надвигающейся зимы.
Небольшой шумный квартал затесался среди высотных зданий островком чужой и незнакомой культуры. Низкие приземистые дома из красного кирпича в путах металлических лестниц и балконов горели вывесками на незнакомом Уильяму языке, – он только иногда видел знакомые по французскому слов, которые, тем не менее, не вносили никакой ясности, – а доносившиеся из-за их дверей ароматы заставляли сытый желудок молодого мужчины сворачиваться в узел от голода. Найти нужный бар среди столь пёстрого окружения казалось Уиллу нереальным. Но и на этот раз судьба благоволила Уильяму.
Даниэль переминался с ноги на ногу, низко подпрыгивал на месте и всячески пытался согреться, стоя около выбивающегося своей серостью и мрачностью здания. На нем не было вывески с цветастым изображением пиццы или пасы, а буквы не складывались в итальянскую фамилию. Напротив, «У Донована» звучало настолько привычно и знакомо, что Уилл даже забыл о том, что находится в самом сердце итальянского квартала.
Вот только хмурые косящиеся лица людей около ресторана напротив очень быстро вернули Уильяму чувство реальности. Пальцы скользнули по краю полей шляпы, и Уилл зашагал в сторону друга.
– Найдёшь меня в «Грустном кабанчике», – не скрывая ехидства протянул Уильям, вальяжной походкой подплыв к другу. – Ты ведь именно так сказал перед уходом со смены? Или мне показалось? Ах да. Ты же еще и упоминал его, когда звонил мне напившийся вусмерть и не мог связать даже двух слов.
Куэрво вздрогнул и обернулся к Уильяму.
– Я тебе звонил? Не помню этого, – Даниэль виновато улыбнулся. – Нет. У тебя определенно чертовски хорошая память, дружище. Хотя я ничуть не удивлён этому. Хирург должен помнить все.
– Правда, – Уилл обвёл здание позади Даниэля скептичным взглядом и покачал головой, – ты сказал, что это бар недалеко от Маленькой Италии. Ты не говорил, что он находится прямо посреди итальянского квартала. Это не очень… благоразумно.
– Ну забыл, немного. С кем не бывает. – Даниэль поднял взгляд к ночному небу с видом великомученика. – Посмотри на себя, к слову. У тебя такой вид, словно ты не спал несколько суток. И к тому же благоразумие никогда не было нашей сильной стороной.