Тихий шепот (ЛП)
— Я выходила замуж шесть раз, понимаешь? — продолжает она. — Все считают меня немного сумасшедшей... сумасбродной Джулией, которая меняет своих мужей, как носки. Но я просто пыталась найти мужчину, который смотрел бы на меня так, как смотрел Виталло, мой первый муж.
— И как же? — спрашиваю я.
— Так, как ты смотришь на мою Бьянку. Как будто ты бы лег на на поле с горящими углями, чтобы она могла пересечь его, не обжигая ног.
Я молча оцениваю женщину. Нонна не такая сумасшедшая, как думают люди, и гораздо более внимательная, чем я ей приписывал.
— Знаешь, Бьянка совсем другая рядом с тобой, — продолжает она. — До тебя у нее было всего два парня. Она никогда не любила встречаться, даже когда была в возрасте Милены. Но мальчики всегда тянулись к ней, как сумасшедшие. Аллегра ненавидела ее за это.
— Она же ее сестра, как она может ее ненавидеть?
— Никогда не недооценивай силу женского тщеславия. После Маркуса все стало еще хуже. Ох, Аллегра тогда совсем слетела с катушек. Она давно положила на него глаз. Он был хорошей добычей, сыном магната в сфере недвижимости. Но Маркус смотрел только на Бьянку. Они с Бьянкой сошлись, и не прошло и месяца, как он сказал Бруно, что хочет на ней жениться.
Сильный гнев начинает нарастать во мне при одной мысли о том, что Бьянка могла быть замужем за кем-то другим.
— Бьянка сказала «нет» и порвала с ним. — Джулия пожимает плечами. — Тогда я этого не понимала, они казались милой парой. Но теперь я понимаю.
Я поворачиваюсь к ней и качаю головой.
— Что именно?
Нонна вздыхает и качает головой.
— У него остался один глаз, но все равно слепой как летучая мышь.
Я вижу, как Бьянка что-то жестикулирует Милене. Когда она целует сестру и поворачивается, чтобы идти в нашу сторону, к ней подходит мужчина и начинает ей что-то говорить. Блондину около двадцати, и, судя по тому, как он с ней разговаривает, они очень хорошо знакомы.
— Помяни чёрта. — Джулия цокает рядом со мной. — Сам Маркус Куч. Он так и не смог пережить, что Бьянка отвергла его, и...
Я не слышу продолжения, потому что как только я вижу, что этот ублюдок положил свою руку на руку Бьянки, я вскакиваю и направляюсь к нему, а убийственная ярость начинает поглощать меня.
Мне удается убедить Милену, что она не может нанять жиголо Нонны на свой следующий день рождения, и собиралась вернуться к нашему столику, когда передо мной появляется Маркус. Мы не слишком хорошо расстались, и лично я не имею ничего против него, поэтому останавливаюсь на мгновение, намереваясь быть вежливой.
— Это он? Тот монстр, за которого тебя выдали замуж? — Он берет меня за лицо. — Это правда, что он купил тебя у твоего отца, как говорят люди?
Я так потрясена его словами, что могу только смотреть на него.
— Аллегра сказала мне, что он держит тебя как пленницу в своем доме.
Какого хрена? Я собираюсь ее убить.
— Бьянка, это правда, что он бьет тебя?
Я больше не могу слушать эти гадости и поворачиваюсь, чтобы уйти, но вижу, что мой муж идет к нам с убийственным выражением на лице.
Михаил проходит мимо меня, хватает Маркуса за шею и притягивает его к себе так близко, что они оказываются нос к носу.
— Как ты смеешь трогать мою жену? — прошипел он сквозь зубы.
Я про себя застонала и, поднырнув под руку Михаила, встала между ними, положив ладони на грудь мужа и покачав головой. Михаил смотрит на меня, потом на Маркуса и начинает сдавливать его шею. Он хочет его задушить. Я пытаюсь потянуть Михаила за руку, но он крепко сжимает ее, а Маркус пытается вырваться из его цепкой хватки и пытается вдохнуть. Все смотрят. Черт. Черт. Черт. Я поднимаюсь на цыпочки и обхватываю руками шею Михаила.
— Михаил, — говорю я, надеясь, что мой голос заставит его успокоиться. — Пожалуйста
Он смотрит на меня и удерживает мой взгляд несколько секунд, затем снова смотрит на Маркуса.
— Если я еще раз увижу тебя рядом с моей женой, — рявкает он и отпускает руку, — ты труп.
Как и ожидалось, Маркус поворачивается и кашляя убегает. Он всегда был трусом. Я так зла на него, и если я увижу Аллегру, я задушу ее на месте за то, что она распространяет эту ложь.
— Что он хотел? — спрашивает Михаил.
Я не уверена, стоит ли ему говорить. Он и так выглядит полубезумным, и, хотя он говорит со мной, он следит за Маркусом взглядом, как будто собирается догнать его. Толпа вокруг нас затихла, и все смотрят в нашу сторону, перешептываясь друг с другом. Господи, неужели люди так же думают, как и Маркус? Я кладу ладонь на щеку Михаила, чтобы привлечь его внимание к себе.
«Он всего лишь спросил о каких-то сплетнях. Забудь.»
Михаил бросает взгляд на людей, которые смотрят на нас, некоторые из них даже на расстоянии слышимости, которые явно хотят подслушать наш разговор.
Он смотрит вниз на меня.
«Каких сплетен?» — жестикулирует он.
Я ухмыляюсь.
«Мой муж, такой сексуальный, когда говоришь на языке жестов.»
«Не меняй тему. Я знаю, что вы двое были помолвлены.»
О, Нонна Джулия и ее болтливый язык.
«Мы никогда не были помолвлены. Он хотел жениться на мне. Я отказалась.»
«Он прикасался к тебе.» — Михаил жестикулирует так быстро, что я едва успеваю следить за ним. «Если он еще раз дотронется до тебя, я его прикончу.»
«Он больше никогда не совершит такой ошибки.» — Я касаюсь его груди, прежде чем продолжить. — «Есть только один мужчина, к которому я хочу прикасаться. Не нужно ревновать.»
Я вижу, как уголок его губ слегка приподнимается. Это хорошо.
«Да?»
«Да.»
Нужно положить конец идиотским слухам, что Михаил удерживает меня против моей воли. Немедленно. Я приподнимаю брови, хватаю его за грудки, приподнимаюсь на цыпочки и поднимаю подбородок. Михаил смотрит на меня. Он все еще зол. Я вижу это по его глазам и по тому, как он стиснул зубы. Я вздыхаю и беру в ладони его лицо. Мой красивый, темноволосый муж. Неужели он не видит, как я без ума от него?
— Поцелуй меня, — произношу я.
Он судорожно втягивает воздух, а в следующее мгновение прижимается своими губами к моим. Кто-то ахает позади меня, но я просто обхватываю руками шею Михаила и отгораживаюсь от всего и всех. Пусть засранцы смотрят, мы дадим им лучший повод для слухов.
— Снимите комнату, вы двое, — говорит Нонна Джулия, проходя мимо нас.
Я улыбаюсь в губы Михаила.
— Хороший совет. — Он наклоняется, берет меня на руки и несет прочь от толпы.
Когда мы достигаем ворот, я оглядываюсь через его плечо и вижу, что большинство гостей смотрят нам вслед. Среди них, Аллегра, на лице которой застыл ужас. Я улыбаюсь и машу ей рукой.
Когда мы добираемся до машины, Михаил открывает пассажирскую дверь, усаживает меня на сиденье, а затем просто смотрит на меня. Судя по тому, как он крепко вцепился правой рукой в дверь, он все еще в ярости. Его рука дрожит от силы его захвата, и я могу представить, как трещит металл под его хваткой.
— Сколько мужчин просили тебя выйти за них замуж? — спрашивает он сквозь стиснутые зубы.
Я прикусила нижнюю губу, размышляя, как ответить. Если воспринимать его вопрос буквально, то не один. Но если он имеет в виду, сколько мужчин просили моей руки у отца за последние два года, то ответ ему не понравится. Как дочь капо, я считалась весьма достойной добычей. Я, конечно, каждый раз отказывала. С половиной из них даже не была знакома, и большинство из них были деловыми партнерами отца. Отец был недоволен, когда я регулярно отказывала каждому из его партнеров, но Милена тогда была еще несовершеннолетней, поэтому он не мог использовать ее в качестве шантажа.
Медленно, я поднимаю правую руку с тремя пальцами вверх, и глаза Михаила расширяются. Я сильнее прикусываю губу, затем поднимаю другую руку, со всеми пятью пальцами.