Сфирот

— Видишь, это оказалось не так уж трудно, — философски заметил Ожог, смывая в ледяной, воняющей химикатами воде покрывавшую тело засохшую и свежую кровь. Свою, чужую — какая разница? Сегодня ему пришлось умереть трижды.
— Ага, всего-то два десятка трупов! — мрачно бросила напарница, яростными движениями делая то же самое. Истребление каннибалов, вылившееся в утомительное трехчасовую резню, явно не лучшим образом отразилось на ее настроении. Она реинкарнировала пять раз, и почти все смерти оказались весьма болезненными.
— К трону приходится идти по трупам, — философски заметил Ожог. В Тимусе их учили убивать, в том числе разумных существ, но настоящее боевое крещение Инкарнаторы приняли только сегодня. Ожог находил несколько странным, что после всего пережитого его не особо трясет, да и Ярость — тоже сохранила хладнокровие. Наблюдая за напарницей, Ожог сделал вывод, что массовая резня для Ярости — дело вполне естественное, даже привычное. Да и сам он, как бы сказать помягче… Впрочем, если подумать, ничего удивительного. Любой Инк по определению — профессиональный убийца.
Их возвращение оказалось для племени «шив» неожиданным и смертельным сюрпризом. Пользуясь теневым локатором Ожога, парочка Инкарнаторов устроила хорошо продуманный террор в череде металлических гротов. В ход пошли уроки Белого Ворона: изучение местности, грамотная засада, притворное отступление, выманивание преследователей и ложная смерть. Они сначала аккуратно выловили всех бродящих в окрестностях одиночек, затем уничтожили группу встревоженных охотников, а потом вошли, уже не особо скрываясь, в непосредственные владения азур-мутантов. В помещениях, больше похожих на пещеры, разыгралась последняя схватка, в которой у Инкарнаторов было огромное преимущество — они могли умирать сколько угодно раз.
Проблемы доставил только предводитель «шив» — огромный, до такой степени обросший роговой броней дикарь, что напоминал рыцаря в шипастом доспехе. С ним пришлось повозиться, но зато Ярость получила вкусный синий Геном. Ожог без сомнений отдал напарнице и большую часть Азур — как Воин с источником «ки», усиливающим физическую мощь, она шла на острие атаки и принимала на себя большинство ударов.
Поняв, что столкнулись с чем-то сверхъестественным, уцелевшие дикари в ужасе сбежали, прихватив с собой выводок молодняка. Ожога особо не волновало, куда они делись и как будут выживать дальше — он им не папаша, а эти сволочи хорошо приспособились к местным условиям. После того, что они с Яростью увидели внутри жилых пещер, вываренные черепа, расколотые кости, жуткие остатки трапез дикарей на заржавленных цепях в импровизированном морозильнике, речь о жалости к побежденным даже не заходила. Наоборот, стоило перебить их всех поголовно. «Шивы» — не люди, они хуже кровожадных животных, те хотя бы не мучают своих жертв перед смертью.
— Заткнись уже со своим троном, астра фатида! — фыркнула Ярость, деликатно повернувшись спиной, — Что там пленник? Не очнулся?
Ожог вышел из-под струй, встряхиваясь, как дикий зверь. Полил на лицо распластанного рядом с источником человека еще немного воды из сложенных ковшиком ладоней, пару раз хлестнул его по щекам. Никакого эффекта — освобожденный пленник «шив» пока не пришел в себя.
Настоящий человек — на полуобнаженном теле не было внешних признаков азур-мутаций. Только многочисленные шрамы, следы недавних избиений и странные татуировки. Мужчина, худой и костистый, как мумия, очень долговязый, с вытянутым голым черепом. Немолодой — на щеках и висках серебрилась седая щетина, но и не совсем старик. Он провисел в холодильнике у «шив» как минимум сутки, и его явно чем-то накачали, каким-то ядом или наркотическим снадобьем, ничем иным нельзя было объяснить странный зеленоватый оттенок кожи и пульс, вдвое замедленный по сравнению с нормальным. Но ран, угрожающих жизни, у пленника не было, поэтому Инкарнаторы рассчитывали, что он вскоре очнется.
— Пока нет, — бросил Ожог плещущейся под водопадом Ярости. Он отошел от бесчувственного человека и начал перебирать трофеи, безжалостно отбраковывая ненужное и откладывая в сторону то, что могло пригодиться. Оружие дикарей по большей части было самодельным безумием из заточенных костей и кусков острого металла — почти все громоздкое, неуклюжее, дробящее. Однако нашлось и кое-что интересное. Например, отличный цельнометаллический топор, затупленный и замызганный, но явно фабричной репликации, хоть нейросеть и не смогла опознать модель. Несколько неплохих ножей. Древняя фляжка из гибкого полимера. И другое, свидетельствующее о несомненной связи дикарей с внутренними секторами Мира-Кольца.
Было и странное. Инкарнатор еще раз взглянул на необычный предмет, который носил на шее предводитель шив — нескольких изогнутых, сине-белых зубов, нанизанных на манер ожерелья. Они слабо фонили А-энергией, и Ожог был готов поклясться, что никакие это не зубы, а нечто вроде кристаллов сущностей, выпадающих из А-Тварей, прошедших эволюцию. Интерфейс Стеллара отображал лишь:
Азур-артефакт.
???
В Тимусе их знакомили с концепцией азур-трансформаций. А-энергия на атомарном уровне изменяла саму структуру вещества, причем — непредсказуемым образом, из-за чего материя приобретала новые, порой весьма причудливые свойства. Ядра эволюционировавших существ были их квинтэссенцией, живым аккумулятором Азур, катализатором и одновременно проводником паранормальных свойств. Ожог знал, что подобные артефакты используются при изготовлении специального оружия и доспехов для Инкарнаторов. Значит, эта штука может оказаться полезной. Но как выяснить, какой именно эффект производят странные «зубы»? Он не знал, и нейросеть тоже не могла подсказать — требовался офицерский уровень доступа. Правила системы Стеллара уже откровенно подбешивали Ожога — на кой дьявол вообще нужна эта система и интерфейс, если в критической ситуации нельзя получить не то что помощь, а просто — жизненно важную информацию?!
Придется обойтись тем, что есть. В лапах каннибалов, на самом деле, мало что уцелело даже из сверхпрочных вещей Утопии, а к тому, что сохранилось, не хотелось даже прикасаться лишний раз, хотя Ожог не мог отнести себя к лицу брезгливых. Недавно захваченная экипировка пленников — другое дело, ее еще не успели испортить.
Судя по всему, людей изначально было трое. Что случилось с двумя остальными, представить было несложно, учитывая гастрономические пристрастия дикарей. От жертв остались три легких скафа, которые когитор опознала как кустарно переделанную реплику бета-комплекта «Спейс». Подобное снаряжение использовалось как стандартное аварийно-спасательное на всех космических объектах Утопии, наверняка в товарных количествах имелось на Мире-Кольце, поэтому сам факт их использования не особо удивлял. Но вот внесенные в конструкцию изменения, конечно, поражали. Кто-то безжалостно вырезал всю электронику из многослойного покрытия, удалил датчики, внешние коннекторы и разъемы, варварски изуродовал изящный, облегающий как вторая кожа скаф, нашив пластины полимерной брони везде, где только можно. Гермошлемы вообще отсутствовали, их заменяла примитивная кислородная маска, закрывающая все лицо. К двум «Спайсам» прилагались родные наплечные рюкзаки, а к третьему — настоящая миоэлектрическая конечность, универсального типа, с вполне рабочими на вид манипуляторами. Ожог видел очень похожие в Тимусе, они крепились на спину и плечи и управлялись мускульными рефлексами либо напрямую, через аугментацию. Легионеры обычно использовали их для переноски и операций с тяжелым оружием. Здесь цель явно было иной — один из манипуляторов оказался оснащен грузовой хватательной кошкой, второй — чем-то вроде примитивного сварочного аппарата.