Демон тринадцатого месяца (СИ)
Оба дружно закивали, а потом, почти с ужасом разглядывали под микроскопом капли собственной крови.
— Видите, ваши капли ничем не отличаются друг от друга. А теперь взглянем на кровь больной дочери Лай Гао, — и Ли Мин, вытряхнув из пузырька, взятую прежде кровь младшей Гао, принялась ее изучать.
Маг дышал ей в затылок, переминаясь в нетерпении. Лекарь же недовольно теребил свою бороденку. Неожиданно для Ли Мин зараженная кровь Гао подтвердила диагноз Фэй Я.
— Скажите, вы именно это видели своим Небесным зрением? — спросила потрясенная Ли Мин уступая место Фэй Я. Старик тут же придвинулся к микроскопу, осторожно приблизившись к глазку окуляра.
— Боги Небесные! — прошептал он. — И тут белесые клеточки окутаны фиолетовой дымкой! Причем все! Что же получается, что чья-то магия выводит из строя эти белесые полезные клетки, что борются с воспалениями организма? — бормотал он.
— Да, ваш диагноз Небесного зрения подтверждает то, что мы увидели сейчас в микроскопе Ледяной соли.
— Какая необыкновенная вещица, — восторгался маг. — Если бы не видел сам, как ты при мне мастерила этот… увеличительный аппарат, ни за чтобы не поверил, что он не магический.
— Это все надувательство и фокус! — упрямо отрезал лекарь.
Немного порассуждав о диковинке, которую создала из подручных средств их подопечная, старички приступили к главному вопросу — кем наслан мор?
— Это была магическая атака именно на Снежные Листопады, — твердил маг.
— С чего такая уверенность? — хмуро поинтересовался недоверчивый лекарь.
— Посуди сам, ведь зараза не затронула Поместье. Обычно, перед тем как атаковать жертву, насылающий отыскивает ее слабые места, чтобы нацелиться в мертвые точки подсознания, где уже встроена уловка самоуничтожения. А такие точки всегда имеются у легковерных и внушаемых простецов. И потом, это мощная, равномерно источаемая магия, а не один акт ее насыла. А раз так, то подобная магия должна иметь устойчивый источник и такой источник должен находиться на землях нашего клана.
— Песчаная хижина? — сразу же предположила Ли Мин.
Лекарь и маг подобрались.
— Тот фантом из лесного сора был похож на Главу. Ты со Вторым мастером помешала сформироваться этому фантому в ночь колдовства безликих, потому-то насланная порча, предназначенная для него, ударила по деревне, — развил ее догадку Фэй Я.
— Страшное предположение, — покачал головой сдавшийся Бин, угрюмо выслушав доводы мага. — Но, похоже, оно единственно верное, ибо объясняет все. Однако, ведь такой мор со схожими признаками случался не только в нашей деревне, но и в других уездах. Как это объяснишь?
— Отработкой заклинания, — со спокойной «профессиональной» уверенностью ответил маг.
Лекарь согласно кивнул, подытожив:
— Об этом нужно доложить Главе. Но сейчас следует подумать о том, как поддержать заболевших. Теперь-то понятно, почему мои лекарства не помогали.
— Да но, они, хоть немного, задерживают развитие заразы, — неуверенно высказалась Ли Мин, опасаясь вызвать новую вспышку недовольства учителя, который начнет ее воспитывать, чтобы не лезла со своими неуместными замечаниями к старшим.
— Думается, мое лекарство можно усилить, — сказал лекарь Бин, неожиданно поддержав Ли Мин. — Усилить чем-то, что поддержит организм человека, а после должно очистить его от колдовских миазмов.
— И что это за средство такое, может быть? — озадачился маг и вдруг воодушевленно проговорил: — А помнишь тот желтый гриб из царства Туфань (Тибета), который ты купил в аптекарской лавке после сердечного приступа, что приключился со мной у озера Ледяной соли?
— Это были всего лишь его корни, перемешанные в кашицу с горными травами и скатанные в травяной шарик.
— И это лекарство поможет заболевшим? — не утерпев, сунулась с вопросом Ли Мин.
— Нет, — покачал головой Бин. — Им поможет сам гриб, а не его корень.
— Ну так… — начала было Ли Мин, воодушевленнная появившейся надеждой.
— Найти его трудно, — остудил ее порыв лекарь. — Этот гриб называется «Летом — трава, зимой — насекомое» и растёт лишь в горах. Его споры разносятся ветром и заражают гусениц тонкопряда, поселяясь в них. Гусеницы ползут в горы, зарываются там в землю, а в их теле, тем временем, развивается гриб-хозяин, от чего гусеницы гибнут. На следующее лето из них прорастает гриб, похожий на травинку. Личинка мумифицируется и зрелый гриб выглядит как желто-коричневая гусеница с темным сучком. В таком виде его и собирают. Пусть прорастая, гриб убивает своего хозяина, но его паразитизм создает невероятно целебные свойства.
— А в наших горах его можно найти? — спросила Ли Мин, готовая тут же отправиться на Доуфань.
— Возможно, — односложно ответил ее, глубоко задумавшийся, учитель,
В последующие три дня никто из них не заводил речь о странном грибе. Лекарь ходил задумчивый, Ли Мин привычно носилась с лекарствами по всей деревни, а маг развил бурную деятельность с поддержки обрадованных сельчан, уверовавших, что с его появлением все зло будет изгнано. Начал он с того, что принялся поить заболевших водой, в которую опускал амулет, расписанный корявыми иероглифами на какой-то тряпке. При этом обстоятельно объясняя всем и каждому, что кто выпьет такую воду в того магическая сила этого амулета проникнет глубоко, а потому демоны болезни будут уничтожены во всех частях тела. После водой, в которой растворял пепел сожженного амулета, окроплял дома и постели больных, используя для этого ветку ивы, потому что демоны и прочая нечисть, якобы до жути боится именно этого дерева, как и персикового тоже. Выполняя все эти действа, маг, не переставая, читал заклинание: «Непокорная лихорадка, непокорная лихорадка, божества четырех гор послали меня, чтобы обуздать тебя. Посланники шести дин и полководцы пяти дорог отнимут у тебя жизненную силу и поймают твою душу. Поспеши убраться поскорее, иначе тебе не миновать встречи с ними. Да установится как можно скорее закон!»
На что лекарь Бин смотрел с мрачной сдержанностью, а Ли Мин округлившимися глазами на это шарлатанство чистой воды. Тем не менее, с появлением Фэй Я в деревне стало как-то веселее и обреченность покинула людей.
Глава 12
Атака потустороннего
Следующим после шаманизма Фэй Я, на повестке у старичков было отправится в горы и отыскать чудо травку с мумифицированным насекомым, потому что в Сюэфэне ее купить не удалось. Только с этим вышла заминочка, потому что старики никак не могли решить, кто же будет присматривать за девочкой во время их отсутствия. Первым завел разговор об этом лекарь Бин.
— Ох, что-то мне не спокойно, — маялся он. — Душа не на месте оставлять ее. Лучше бы тебе остаться с ней Фэй Я.
— Одного не отпущу, — категорично заявил, насупившийся, прежде всегда улыбчивый маг, проявив несвойственное ему упрямство.
— Что со мной приключиться-то в деревне среди людей? — живо поддакнула ему Ли Мин, считая, что отпускать лекаря в горы одного слишком рискованно, заодно стараясь избежать этого самого «присмотра». — Я же не одна остаюсь, буду на глазах целой деревни. Вон один кузнец чего стоит, не говоря уже о его младшем сыночке, которого никакая зараза не берет.
Но ее слова в расчет не приняли, оба старика подозрительно посмотрев на нее, вернулись к своему.
— Не волнуйся, друг мой, — мягко продолжал увещевать лекаря маг. — Пока ты будешь собираться, я объясню ей, что к чему.
— Растолкуй ей все не торопясь и основательно, что бы она все запомнила, — закивал, все еще обеспокоенный Бин.
Маг Фэй Я так и поступил.
— Поскольку, имеем мы дело с проявлением магии, то поставленный мной заслон, вызовет закономерный интерес недруга. Кто-нибудь да появится, чтобы вызнать, что к чему и скажется это в несвойственных в обыденной жизни проявлениях. А когда решат, что все дело в тебе и что якобы это ты держишь здесь магический заслон, постараются запугать, — принялся обстоятельно вводить Ли Мин в курс дела маг. — Не знаю сколько дней займут наши поиски, но ты не бойся. Перво-наперво смотри в оба. Может появится в деревне какой-нибудь чужак или случится что-то необычное, чего здесь доселе не бывало. Например, волки близко подойдут к домам людей, что для здешних мест не свойственно. На такой случай, изготовлю амулеты, которые защитят не только деревню, но и каждого в ней, — и заметив скептическую гримаску на лице девушки, веско добавил: — Вот ты напрасно недооцениваешь силу амулетов. Они столь сильны против нечисти, что даже и не важно, как и чем написаны, все равно будут действовать безотказно, на то они и амулеты, — говоря это, маг на тряпицах желтого цвета, да на пергаменте, что оставался от микроскопа, принялся выводить красной тушью архаические непонятные знаки.