Враг императора
— Играй, музыка! — рявкнул Романов и начал стрелять.
Виктор получил несколько попаданий, но броня выдержала. Он укрылся за колонной, но пули разнесли её в щебень. Судья ещё палил из закреплённого на плече гранатомёта, к счастью, не самонаводящегося. Беда отступал, посматривая, куда сейчас шагнёт турсулунец.
— Как тебе такое? — кричал Романов. — Сожри-ка это!
Он размахнулся чем-то, похожим на огромный бумеранг, и побежал вперёд, а Виктор подорвал все мины. На мгновение Судья исчез в дыму, затем провалился в канализацию.
— Гори, сука! — Беда побежал к пролому, выпуская туда остатки игл, мин и гранат. Земля дрожала, как при землетрясении. Из дыры выходил настолько сильный жар, что даже исчез тепловой след брони турсулунца. — Гори!
Виктор зашвырнул в пролом ещё взрывчатки. Но турсулунец успел поменять позицию. Его мощная рука пробила дорожное полотно и схватила Беду за ногу.
— Поймал! — обрадовался Романов и начал сдавливать ногу так крепко, что броня заскрипела. — Ты покойник!
Виктор прицелился, но Тиберий опять спрятал голову в панцирь и закрыл заслонкой. Под прозрачной турсулунской бронепластмассой кажется, что рептилия ухмыляется. Несколько пуль отскочили от заслонки, будто попали в танковую броню.
— Слабовато! — заявил Романов.
Беда переключил винтовку и отправил вниз несколько капсул с кислотой. Твёрдая заслонка начала дымиться и пара капель проела её насквозь. Судья зашипел и отбросил Виктора подальше. Броня турсулунца тут же залила всё азотом. Это дало всего пару секунд. Беда подбежал ближе и прикрепил к панцирю Большой Черепахи две кумулятивные бомбы.
— Вот дерьмо! — сказал Романов, когда высунул голову.
Бомбы взорвались и турсулунец упал. Беда отходил, выбрасывая использованные магазины и модули. Две бомбы не остановят даже обычного турсулунца, что и говорить про Верховного Судью? Он показался и сам. На нагрудном панцире остались две тоненькие, но глубокие дырочки. Турсулунец отбросил пулемёт и взял свой посох. Из набалдашника показалось прозрачное лезвие силовой алебарды.
— Продолжим? — спросил Романов. — Давно так не веселился.
* * *
— Всё слишком затянулось, — сказал один из турсулунцев. — Папа уже должен был победить.
— Ты не отвлекайся, — ответил ему другой. — Тебе ещё надо забрать чип, когда убийце разобьют башку.
— Вы не понимаете, что натворили, — прошептал Хаден Айскадер. На него надели наручники и он сидел в уголку. — Вы нарушили волю Господа. Он покарает вас за это в следующий раз.
— На твоём месте, Айскадер, я бы молчала, — сказала квистор Брейлинг. — Ты мне больше нравился, когда походил на тайного агента, а не на безумного фанатика.
— Ты не понимаешь, — Айскадер смотрел на свои скованные руки. — Ты забыла. Вы все забыли то, что уже случалось. Господь показал мне истину. Мы должны прервать этот проклятый цикл.
— Не слушай его, — сказала Петра, не отрывая взгляда от монитора, где показывался бой с развешенных в городе камер, тех, что ещё уцелели. Картинка шла без звука, но взрывы и выстрелы прекрасно слышны и так. — Он просто свихнулся.
— Адалет! — выкрикнул Хаден. — Кейт, ради твоего отца, выслушай меня. Я должен тебе кое-что сказать. Насчёт того дня, когда засбоила Немезида и ты убила невиновного.
— Говори, — Кейт шагнула к нему ближе.
— Да не слушай его, — повторила Брейлинг. — Он пытается заговорить тебе зубы. Он проиграл, как и Балябин.
— Я скажу тебе, кто внёс изменения, — Хаден шептал. — Это был сам Балябин, он взломал Немезиду. Но это лишь часть его плана, чтобы вернуть Пророка на путь истинный. Для этого нужна была жертва. И её внесли в Немезиду только тебе, ведь ты была лучшим стрелком в том отряде. Я знаю, как Балябин это сделал. И где его найти. Когда найдёшь его, ты поймёшь всё сама.
— Где он? — спросила Кейт, остановившись в шаге от Айскадера, чтобы он не достал её ногами.
— Я знаю причину, почему это сделано. Я знаю зачем… — Хаден шептал с таким видом, будто он обезумел.
— Ты от него ничего не добьёшься, — сказала Петра.
Что громыхнуло так, что в очередной раз дрогнула земля. Монитор погас. Все уткнулись к нему.
— Погасло! — заключил кто-то из черепах.
— Без тебя вижу, идиот! Там кабель перегорел, надо менять!
— А как я буду управлять роботами? Мне нужно…
Кейт отошла от сумасшедшего, стараясь не слушать, что он говорит, но это было бесполезно.
— Я знаю зачем, — повторил Айскадер, когда турсулунцы отошли подальше, постоянно переругиваться, и начали копаться в проводах. — Это всё сделано… по воле Господа!
Это произошло слишком быстро. Хаден сцепил кисти, скованные наручниками, правой рукой взялся за большой палец левой и с силой его выкрутил. Айскадер заорал и хрустнуло так громко, что Кейт вздрогнула, но на этом ничего не закончилось. Она достала Палача, но Айскадер успел высвободить левую руку из наручника, оставив на стали кусок кожи, поднялся и так ударил Кейт в челюсть, что она упала и выронила оружие.
— Да свершится воля Его! — Айскадер выхватил нож из ботинка и швырнул в Брейлинг.
Петра отошла назад, держась за торчащее в животе лезвие. По мундиру текла струйка крови. А Хаден склонился над Кейт, смотря на неё мутными глазами.
— Да прервёт Он этот кошмар!
Хаден подобрал Палача Кейт. Это заметил один из турсулунцев, тот, что носил броню на панцире. Но, к сожалению, не на голове. Айскадер прицелился, держа оружие двумя руками. Первый же выстрел попал турсулунцу в глаз, и рептилия рухнула с наполовину разнесённой головой.
Айскадер завопил от боли. Отдача крупнокалиберного пистолета выломала ему кисти и оружие вылетело.
— Ибо такова Воля Его! — Хаден встал рядом с пультом, над той самой кнопкой, что вчера показывали турсулунцы, говоря, что её нельзя нажимать.
* * *
Лишёный грави-двигателя турсулунец потерял в мобильности, но без лишней тонны за его спиной стал ещё быстрее. Он размахивал силовой алебардой, круша деревья, столбы и здания. Беда пытался держать дистанцию, постоянно отходя и оставляя ловушки, но Судья будто не реагировал на взрывы.
— Сдохни уже! — выкрикнул он и алебарда прошипела над головой Виктора.
Беда уклонился, перевёл винтовку в другой режим огня и Судья получил заряд электрошока. Это не замедлило его, но Виктор успел отойти в ближайшее здание. Бронебойных патронов почти не осталось.
Романов вынес кусок стены и забрался вслед за Виктором на второй этаж. Дом дрожал.
— Ты не спрячешься!
Казалось, что морда турсулунца искажена от ярости, но это невозможно, ведь у рептилии нет мимики. Кровь бежала из многочисленных отверстий в броне и чешуе, металлическая челюсть тоже измазана в крови. Но Романов не останавливался.