Сага об орке. Начало
На вид ярлу было не больше, чем Йоргену. Выглядел в меру грузным, но могучим и крепким как дуб. На обветренном, покрытом сеткой морщин лице сверкали проницательные глаза.
Ярл встал, мой згляд тут же выхватил пояс, ранее скрытый в складках одежды. Тонкий, покрытый квадратными золотыми пластинками. На поясе висел кинжал. Именно кинжал, хоть и ближе к восточному типу — с небольшой гардой. Ножны металлические, в перегородчатой эмали и крупных рубинах. В навершии рукояти — изумруд. Прикидывать, сколько это может стоить не стал, все равно ошибусь.
— Займемся делами на воздухе, — толи предложил, толи констатировал свое решение Рагнар, — не будем мешать женщинам готовить дом к праздничному пиру.
Он повел рукой чуть в сторону, туда, где глухая стена дома и манеж с расположенной напротив конюшней образовывали весьма большую свободную площадку. Тут же кто-то подхватил ярловскую лавку, переставил под стену, по центру образовавшейся «приемной». По бокам встали по паре ребят в кольчугах, но без шлемов. И еще десяток орков, в обычной одежде. Эти образовали как бы крылья с ярлом посредине.
Рядом со скамьей тут же образовался столик, с серебряным кувшином и такой же чашей. Одной.
— Вы уж простите мои седины, я посижу, — как бы извиняясь проговорил Рагнар, пристраивая задницу на скамью.
— А сколько ему? — в полголоса поинтересовался я. Ну не выглядит он старым!
— Сто двадцать восемь зим, — так же в полголоса ответил Хельми.
— Сколько? — выдавил я, поперхнувшись.
По правде сказать, я охренел. Мать моя женщина! Да он выглядит моложе Йоргена, хотя тот чуть ли не в три раза моложе!
— Поговаривают, — негромко обронил Фритьеф, — в следующем году ярл объявит о сложении титула.
— И кто будет вместо него?
На меня вновь покосились как на слабоумного, спросившего зачем в туалете рулон какой-то бумаги.
— Кого выберет тинг, тот и будет.
И тут демократия! Выборы из двух и более кандидатов… Как же, как же, знаю, знаю.
За правым плечом усевшегося ярла встал чем-то похожий на него орк. Хотя не «чем-то» а одеждой. Только плащ скорее все же шелковый. Подошел и пристроился за левым плечом уже умывшийся, свежий и довольный Харальд. Плаща на нем не было, только белоснежная, расшитая затейливыми узорами льняная рубаха, пояс, украшенный бронзовыми бляшками и железякой, такой же как висела на поясе у Хельми, разве что ручка побогаче.
Интересно, а ему сколько лет? Вернее, зим. Если на лицо не смотреть, перед нами был достаточно молодой орк, я бы поставил на то, что он лет на пять постарше Хельми. Зато лицом… Резкие черты, глубокие морщины, Левую щеку располосовал короткий вертикальный шрам, почти зацепивший уголок глаза, из-за чего лицо казалось немного перекошенным. Так же, с левой стороны отсутствовал клык, ну это понятно — Однозубый все же.
— Ну что, отец, займемся делами? — довольно учтиво поинтересовался он у ярла. Тот только кивнул, налил себе в кубок из кувшина.
— Давайте по очереди, у кого какие вопросы? — крикнул Харальд в находящуюся на почтительном удалении толпу, — И не затягивайте сегодня, — добавил веселее, — у нас все-таки свадьба! Вы же не хотите, чтоб жених опоздал к своей невесте?
И весело осклабившись покосился на стоящего рядом красноплащника. Тот ответил довольной улыбкой.
Потянулись орки, с различными вопросами. По двое-трое, а то и по одному они вставали перед ярлом, шагах в восьми, излагали свои просьбы, чаще — тяжбы. В большинстве случаев ярл выступал третейским судьей для так сказать «хозяйствующих субъектов». Кто-то кому-то заплатил за шкуры, и вроде бы даже получил их, но не проверив сложил в сарай. Вроде как некогда было, а потом решив перепродать часть, обнаружил порчу товара. Понятно, что растяпе намекнули, дескать «а куда ты смотрел при покупке?», но тот пришел искать правды. Кузнец пришел искать управы на гоблинов, у которых купил железные поковки. Но когда ему заказали меч, и он стал ковать его из привезенного металла, выяснилось, что поковки содержат неприемлемо высокий процент шлака. Двое торговцев притащили некого одальбонда, обещавшего одному из них продать зерно, а потом продавшего другому, предложившему большую цену. Ну тут понятно, предоплаты не было, ходи чувак лесом — мало-ли кто кому чего обещал… Правда выяснилось, что не «мало-ли». Обещание причислили к публичной оферте, бонду присудили «родить» первому торговцу обещанный объем хлеба, по заранее оговоренной цене, а второму торговцу — расторгнуть сделку, вернуть товар, получив назад деньги. И никого не колебало, что второй торговец, перекупивший у бонда зерно его уже частично реализовал, а у бонда больше зерна не было, да и деньги он тоже потратил. Договорились — будь любезен. О как у них тут!
Наконец ярл что-то негромко сказал склонившемуся к нему сыну. Тот глянул на солнце, поднял руку.
— С хозяйственными делами хватит. Кто не успел, подходите уже после тинга.
Я дернулся, яростно уставился на Йоргена, сжав зубы и сопя в обе ноздри.
— Успокойся, — отмахнулся тот, — я не забыл о тебе. Пока не время.
Какое «не время»! Сука! Сказали же: «по хозяйственным делам отбой», «Приходите никогда!»
— Не позорь семью, — сквозь зубы выдавил Калле, сунув мне кулаков по ребрам.
Еще один гад! Задушу падлюку!
* * *
Меж тем пред ярлом вышла целая делегация — дюжина орков, все здоровые, с дорогими поясами и кинжалами, у некоторых на лицах и видимых частях рук шрамы.
— Приветствую ярл Рагнар, — проговорил шедший впереди высокий, стройный, я бы даже сказал прямой как палка орк, с обветренным, как бы дубленным лицом, обезображенный глубоким косым шрамом, рассекшим и кончик носа.
Все в делегации так же, как и просители до них, склонив головы опустились на одно колено, и коснулись земли левым кулаком.
— Привет и тебе, форинг Флоки, по прозвищу «Шрам». Встаньте, не чета доблестным воинам стоять склоненными, — ярл обозначил ладонью «вверх». — Был ли успешен твой поход? Были ли добры к тебе боги? Не отвернулась ли от тебя удача?
— Они только сегодня пришли, — прошептал Хельми, — буквально час как причалили.
— Спасибо ярл, за твое внимание, за добрые слова. Боги были милостивы, и удача нас по-прежнему сопровождает. — Флоки и его орки встали, — Мы добыли хороший хабар в краях бледнокожих, хотя они и взяли взамен четыре жизни. Но прибыв сюда, я услышал, что ты выдаешь замуж дочь, красавицу Марту. Разве я мог после этого прийти к тебе в дом без подарка?
Форинг дал знак, позади него произошло шевеление.
— Во-первых, прими от нас всех, — полуобернувшись он обвел рукой команду, — подарок твоей дочери, да не увянет ее красота никогда, да подарит она тебе могучих внуков.
Вперед вышел один из сопровождавших Флоки, держа на вытянутых руках золотую диадему, с россыпью красных, изумрудных и синих камней. Я не понял? А где брильянты? Окружающие ярла орки уважительно закивали, кто-то даже причмокивал от удовольствия.