Украденная жизнь (СИ)

Интерлюдия
Синеус уходил от дома друга в смешанных чувствах. Ему было искренне жаль умирающего человека, и при этом, в душе разгоралось непонятное пламя ярости на уродов, посмевших поднять руку на его друга. А ещё он чувствовал непонятную гордость за этого парня, за его отношение к смерти, которой он совершенно не боялся. Даже, стоя одной ногой за кромкой, он думал не о том, что умрёт. А о том, как без него будут жить его люди. В какой-то момент, Синеус сам себе поклялся, что выполнит все наказы и пожелания этого человека. Чего бы ему это не стоило. Когда загрузился на корабль, отчалили от гостеприимного берега, в голову пришла конкретная мысль:
— Этот поход не закончится до тех пор, пока гнойник под названием викинги, не будет полностью вырезан из тела этой земли.
Исходя из этой мысли, Синеус стал планировать свои действия совершенно по- другому. Он решил, что собранные им силы, не надо держать в одном кулаке, а нужно разбить их на крупные отряды и атаковать одновременно все побережье врага. На крайний случай, большую его часть. А потом и остальным заняться.
Конец Интерлюдии.
  
Эпилог
 
Я, в очередной раз парил в непонятном нечто. Только сейчас почему-то все осознавалось ярче и чётче. Почему-то я точно знал, что сейчас решается моя судьба, и хорошего мне от этого решения ждать не приходится.
Получилось в этот раз и осмотреться вокруг более основательно. Наверное, поэтому обнаружил вокруг множество туманных ручьев и ручейков, текущих в разные стороны. Эти образования очень походили на густую запутанную паутину, теряющую свои очертания вдали. Но, больше всего моё внимание почему-то привлёк только один из потоков. Может потому, что он имел какой-то непонятный цвет, и этим сильно выделялся из массы бесцветных образований. Сколько длилось это моё подвешенное состояние, я сказать не могу. Не ощущалось здесь время так, как я к этому привык. Просто любуюсь окружающим видом, даже на мгновение забыв о том, что сейчас решается моя судьба. Я вдруг понял, что могу, при желании, попасть в заинтересовавший меня цветной поток. Как я это сделаю и почему — как-то не задумался. Просто сильно захотел, и все. Уже, находясь в этом потоке, мне показалось, что я услышал знакомый голос, который задумчиво сказал:
— Что же, так тому и быть. По крайней мере, ты — теперь не моя головная боль.
Интерлюдия.
Непонятно, где, знакомая нам, запредельно сильная сущность, размышляла, что делать с этим неугомонным, от которого столько проблем. Нет, это надо же! Даже в Средневековом мире, где никогда ничего значимого не происходит, сумел поднять бурю, из-за которой мир чуть не сорвался в свободное плавание. Может, правда отправить эту душу на полноценное перерождение с очисткой всего? Да, наверное, так и надо сделать. Однако, сущность не успела ничего сделать. Как раз в этот момент на планете, о которой он только сейчас думал, произошло что-то настолько значимое, что она, как будто её кто-то пнул, оторвалась от ветки миров и ушла в свободное плавание. От неожиданности и стремительно развивающихся событий, сущность напрочь забыла о нашем герое и принялась максимально быстро выяснять, что же произошло на самом деле. Разобравшись, только пробормотала:
— Каков сам — таковы и друзья. История мира изменила свое течение настолько, что ни о какой идентичности с изначальным здесь теперь и не пахло. Друг нашего героя не просто уничтожил даже упоминание о викингах. Он, как метлой, прошёлся по Скандинавскому полуострову и территории, где в более позднее время расположилась Дания. Он постарался сделать эту территорию поистине своей, оставив в каждом из захваченных поселений небольшие отряды на постоянное место жительства. Более того, в момент самого разгара боев с викингами на полабских славян напали кельты. Озверевший от такой подлости Синеус, после уничтожения викингов, занялся уничтожением обнаглевших племён, поступив с ними точно также, как и с викингами. В итоге, в этом мире теперь не будет скандинавских стран, как, собственно, и германских. Поэтому, мир и пошёл по новому пути развития, кардинально отличающемуся от изначального. Только сейчас сущность обратила внимание, что, устроивший все это наглец, исчез из его поля зрения. Осмотревшись, он только хмыкнул. Пока он выяснял, что происходит с этим беспокойным миром, этот зародыш разумного успел в очередной раз ускользнуть. Но, в этот раз, в совершенно другой временно-пространственный поток. Сущность мгновение поглядела на все это безобразие и пробормотала:
 
— Что же? Так тому и быть. По крайней мере, ты — теперь не моя головная боль.
Конец книги.