Мой босс – мой бывший подчинённый

– Мам, и правда, ты же действительно искала работу! – заныла Аринка, дать бы ей подзатыльник сейчас!

Данилов терпеливо ждал, кареглазое чудо у него на руках тоже.

– Если вы согласны, то я буду ждать вас в офисе завтра к девяти утра, – сказал он, глядя прямо мне в глаза, как будто в этом помещении кроме него и меня никого и не было.

– Я не решила еще.

– Мам, ну чего ты отказываешься? Ты уже завтра можешь выйти на работу! Ты же так хотела! Ты же помнишь наш большой секрет? А? Да?

– Мия, чего ты артачишься? Попробовать тебе никто не мешает или там условия настолько скверные?

Лишь теперь Данилов удостоил взгляда Маслова. И я понимаю почему. Те условия, которые он мне предлагал, по крайней мере те, что были озвучены, были настолько невероятно крутыми, что, если бы Маслов узнал, он бы ради таких денег с легкостью сменил сексуальную ориентацию. Грубо, конечно, но я знаю Маслова как свои пять пальцев.

– Нет, нет, – поспешила оправдаться, хоть муженек этого и не заслуживает. – Условия даже слишком хорошие. Я просто…

– В таком случае, договорились, Алексей Алексеевич! Я лично прослежу, чтобы она завтра добралась до вашего офиса. А там посмотрим.

– Тогда до завтра, Мия Алексеевна, – Данилов словно ухватился за незнание Маслова и за то, что мои близкие все решили за меня.

Мой будущий возможный босс хотел уже развернуться, чтобы присоединиться к своей жене, по всей видимости, но его остановил ребенок. Девчушка внезапно протянула ко мне пухленькую ручку, всю в очаровательных детских складках и растопырила пальчики – у нее на ладошке лежала бусинка. Алексей остановился. Посмотрел на бусинку, потом на меня, затем сказал:

– Она хочет, чтобы вы ее взяли, Мия… Алексеевна.

Я тоже протянула руку и взяла бусинку, глазки цвета молочного шоколада распахнулись и окатили меня ушатом искреннего счастья.

– Спасибо, солнышко, – сказала я ребенку и проводила их с Даниловым взглядом.

Черт возьми! Это всего лишь ребенок. Он не понимает, о чем говорят взрослые. Она просто отдала мне бусинку, потому что я оказалась веселым взрослым и показала ей язык. Вот и все. Возможно, я просто похожа на смешного клоуна. Это не знак, меня никто не уговаривает, Данилов каким был, таким и остался. Ничего не изменилось…

– Так, вы выбрали платье? – продавщица довольно грубо одернула нас троих.

По всей видимости, учуяв реальных клиентов, ей захотелось побыстрее от нас избавиться. К ее счастью, я и сама хотела поскорее отсюда уйти.

– Мы подумаем, спасибо, – ответила я.

– Мы обязательно вернемся! – закивала моя дочь. – Мама мне его купит! Так что вы его отложите и никому не отдавайте!

Вот так, ситуация с моим неразрешимым вопросом решалась сама по себе. Маслов даже не в курсе, куда он меня толкает, моя дочь точно так же не поинтересовалась, что это за работа. А вдруг, Данилов торгует людьми? Или еще что похуже! Нет – есть работа – шуруй. И никого не волнует. Черт возьми… Где те времена, когда мужчина заботился о женщине? Если бы мой муж был таким, как Данилов, а я была бы молодой стрекозой, я бы тоже осела дома, рожала детей, воспитывала бы их, готовила бы ему и гладила его спину и шнурки на ботинках. Все бы делала, если бы было кому обо мне позаботиться.

– Мам, мам! Они отложили для меня это платье, – зашептала моя лягушка, вцепившись в мою руку, как только мы покинули ненавистный мною бутик. – Ты же купишь? Та продавщица сказала, чтобы мы не очень тянули, иначе она вывесит его обратно в зал. А таких платьев уже почти не осталось. Мамочка! Ты слышишь меня?

Конечно слышу. Маслов уже усвистал – свое дело он сделал, теперь осядет в каком-нибудь модном баре и на припрятанные от меня деньги будет пить пиво. А мне все счета оплачивать…

Глава 17