Сводный Брат (СИ)

У меня не было сил возразить, поэтому я тихо встала со своего места и последовала за ней.
— Разбудите меня, когда парни придут, — сказала я, зевая.
— Хорошо, — это было последнее, что я услышала перед тем, как провалиться в сон.
========== Эпилог ==========
Сюзанна.
— Ты выбрала в чём пойдешь завтра? — спросила я Клариссу.
— Нет, потому что я не иду. Брендом берёт меня с собой в Америку, я буду знакомиться с его семьей и даже бывшей женой. Это так волнительно!
Кларисса лежала на диване вместе с Лу, и я, поставив стаканы с чаем на стол, повернулась к ней.
— Я рада за тебя. Но ты выиграла полуфинал, тебе и так скоро надо будет ехать в Америку. Это не может подождать? Я просто волнуюсь из-за твоих пропусков в Университете.
Девушка наклонилась ко мне.
— Мы с ним это, конечно, полностью не обсудили, и мне ещё надо будет с родителями поговорить… Если всё пойдёт хорошо, я перееду в Америку и буду работать над карьерой певицы, а Брендон будет меня спонсировать!
— Это же замечательно! — я обняла её, сильно сжимая от искренней радости.
Кларисса была устремлённой девушкой, и насколько бы недостижимыми её мечты могли показаться, она явно была тем человеком, который их добьётся.
После того как мы с ней ещё немного поговорили, я поехала за документами, которые просил меня привезти Лукас.
Он всё ещё поправлялся и передвигаться ему саму было ещё сложно, даже если он упрямился и пытался всё делать сам.
Как оказалось Большой Дэн обманывал всех партнёров и продавал всё нелегальное оружие дороже, чем нужно, не выплачивая нужную сумму работникам. А так как это был незаконный бизнес, никто не мог ничего сказать. И даже такие крупные партнёры как Албания не могли с этим что-то сделать, ведь других поставщиков, связывающих Америку и Европу, не было. Большой Дэн проводил много махинаций, с которыми сейчас придётся разбираться Лукасу. А пока он восстанавливается, я веду дела вместо него.
С того дня прошло чуть больше месяца. Парням удалось успешно устранить Дона Абеля, правда рука Чарльза опять пострадала, и ему пришлось её ампутировать.
Мне бы хотелось, чтобы мафии и прочие банды остались позади нас, но в этом мире не мы выбираем свою роль, а она нас.
— Как ты? — спросила я, присаживаясь к нему на постель.
— Лучше, — ответил он, лениво улыбаясь.
Прошлой ночью у Лукаса были ужасные головные боли, и он стал настаивать, что только алкоголь может помочь ему с болью после того, как лекарства ему не помогли.
— Учти, я просто больше не могу видеть, как ты мучаешься. Не думай, что это повториться! — я взяла бутылку в руки и собиралась отнести её, как Лукас схватил меня за локоть и притянул к себе, из-за чего я приземлилась прямо на его колени.
— Не устала командовать? — с неким вызовом прошептал он мне в ухо.
— У тебя ещё раны не зажили до конца! Отпусти меня! Ты мог себя сейчас покалечить!
Моя попытка встать лишь заставила его сильнее прижать меня к себе. Виски сразу подняли настроение Лукаса.
Он положил руку на моё колено.
— До свадьбы заживёт.
Я повернулась лицом к нему.
— Нет, если я сейчас сама тебя ударю.
Он вскинул брови в знак удивления и ухмыльнулся.
— Сладкая, ты за последний месяц слишком много громких угроз сделала. Не находишь? Посмотрим, как ты будешь говорить, как только я встану на ноги, — мои щёки стали гореть от его хриплого голоса.
— И что ты собираешься сделать? — я бросила на него вызывающий взгляд.
— Для начала я собираюсь заткнуть твой неугомонный рот, — он придвинулся, преодолевая расстояние между нашими лицами. — Я уже даже знаю как.
По глазам Лукаса я знала, что он имел в виду, и поэтому сама прильнула к его губам, и пока наш поцелуй не затуманил мне голову как обычно, я укусила его губу до крови.
— Ты ещё об этом пожалеешь, — сказал он.
Очень на это надеюсь.
— Я в душ, ты со мной? — спросил Лукас, подмигивая.
Ему нравилось отпускать пошлые шуточки, чтобы заставлять меня смущаться.
— Словно без меня ты можешь? — закатила я глаза.
— Нет, не могу, — серьёзно ответил он.
 
Когда мы поднялись в ванную комнату, я стала помогать Лукасу раздеваться.
Раны на теле почти зажили, и главной проблемой оставалось лишь ранение от выстрела. Лукас всё ещё не рассказал, что случилось после моего побега, когда он меня отпустил, и что с ним сделали. Я не стала пилить его и загружать вопросами и решила, что он расскажет, когда сам захочет.
Бинты Лукаса нельзя было мочить, поэтому я набрала тёплой воды в графин и замочила мочалку в нём.
Он уже сидел на краю ванны, прижав полотенце к животу.
Я подошла к нему и стала аккуратно массирующими движениями вытирать его широкие плечи. Несмотря на то, что Лукас долгое время лежал неподвижно, его мышцы по-прежнему были крепкие и не теряли своей массы.
— Я тут подумал… этот дом нужно переписать полностью на тебя.
Не ожидая этих слов, я выпустила смешок.
— Зачем? У меня здесь своя часть, у тебя своя.
— Он должен быть твой. Ты стольким пожертвовала ради отца, и, если бы он знал, оставил его сам для тебя. Не спорь со мной. Он будет твоим.
— Хорошо, спасибо, — тихо ответила я, не зная, как реагировать.
Остаток времени мы провели молча. Но это не была какая-то неловкая тишина, наоборот, мне было очень спокойно. Я начала вытирать его спину и для опоры положила руку на его грудь. Его ритмичное сердцебиение отдавалось мне в руку, посылая меня в полусонное состояние.
Лукас наклонился вперёд, видимо тяжелый пар, который стоял в комнате ввёл его в медитативный транс так же, как и меня.
В этом моменте царила безмятежная идиллия, которую так неустанно пытаются добиться другие, и теперь я стала понимать почему.
**********************
Лукас был так взволнован, что наконец-то смог наказать Сюзанну за то, что она дразнила его всё это время. Он ждал несколько месяцев, и теперь, когда момент настал, он не мог больше терпеть. Все эти дни, когда они были так близки и одновременно далеки, стали почти невыносимыми для жизни. Он не хотел простой и быстрой физической близости, он хотел полностью окунуться в процесс и поэтому дождался, пока восстановиться до конца. Теперь, когда им ничего не грозит — их ничто не остановит.
Он вошёл в комнату, где она сидела за своим столом и занималась уроками. Сюзанна подняла глаза на него и улыбнулась, когда он подошёл к её столу и встал напротив.
Сейчас их разделял лишь стол.
— Что ты здесь делаешь? — спросила она с улыбкой на лице. — Я думала, ты сегодня уедешь на весь день, чтобы разобраться с делами.
Лукас посмотрел на свои колени и слегка покачал головой, прежде чем ответить:
— Я не могу выйти сегодня вечером.
— Почему нет? — снова спросила Сюзанна, нахмурившись. — Что-то не так?
— Да, — мягко ответил Лукас, прежде чем продолжить. — У меня есть кое-какие планы сегодня вечером с тобой.
— Да? Какие? — спросила девушка, кусая конец ручки.
У Сюзанны засияли глаза от одних мыслей.
— Думаю, тебе понравиться.
Он сказал, что у него есть планы на нас, но я никогда не знала, какие это были планы, и мне было всё равно, потому что всё, чего я хотела, это снова почувствовать его на своей коже, — подумала про себя девушка. — Прошло так много времени с тех пор, как мы были вместе в Америке. Во всяком случае, время, казалось, теряло всякий смысл, когда мы были вместе.
Сейчас им не нужны были эти дни, недели или месяца; пустые разговоры, флирт или расстояние между нами — всё, что им было нужно, это тела друг друга, прижатые к телам друг другу, до тех пор, пока один из них не сможет больше получать удовольствие, пока обоих не охватят жажда и желание, настолько сильные, что они угрожают захлестнуть их сразу, и если они не поддадутся ему сразу, это чувство возьмёт их заживо.
Лукас обошёл стол и встал прямо напротив Сюзанны. Она казалась для него такой красивой: её длинные, волнистые, рыжие волосы были распущены, блестящие под светом. Её кожа была бледной и гладкой, а на щеках и носу было много веснушек, и она выглядела так, словно провела слишком много времени на улице. У нее были большие карие глаза, обрамленные густыми ресницами, что делало её ещё более невинной, чем она была.