Карамазов. Книга 1 (СИ)

Далее была пышная церемония, домовину вынесли пляшущие гробовщики, был траурный банкет, на котором столы ломились от алкоголя и закусок. Были ссоры и ругань, кто-то даже вспомнил пару хороших историй про Федора. Приглашенные цыгане бренчали на гитарах, загорелые девки в цветных платьях трясли подолами расшитыми сотней мелких монет, пара медвежат драли дорогой диван в гостиной. Пьяные драгун, пришедший с кем-то из племянниц князя, пытался петь, да только подавился жареным гусем и был освистан. Утирая злые слезы, он ушел в подвал в поисках вина, да заснул там до самого утра.
А глухой ночью вся родня встретилась еще раз. С лопатами на фамильном кладбище. В том побоище пытались решить, кто больше прав и достоин обладать имуществом покойного. Кто истинный Карамазов, выяснить без побоев не удалось.
Драка была грандиозной. В ход шли и кулаки, и Сила. Даже лопаты. Но когда практически все легли на землю, корчась и стеная, а победители все ж таки умудрились осквернить могилу и вырыть гроб — обнаружилось страшное. Ящик оказался набит рваным тряпьем и мусором.
А довольно улыбающийся старик с фонарем вышел из-за деревьев и сказал, что это все, чего достойна благородная семейка.
Как оказалось, дед затеял шутку от скуки. И хихикал, наблюдая, как обезумевшие от алчности родственники избивают друг друга на кладбище в попытках добраться до его могилы.
Всех, кто присутствовал на похоронах, Федор из завещания вычеркнул. И в помощи и дальнейшем содержании им отказал. Я же в этом балагане участия не принимал. Не потому, что не хотел. Тогда я служил в «Висельниках», и просто не успел бы добраться до родного дома за столько короткий срок. Даже если бы решился дезертировать из полка. Поэтому дед и оставил все мне.
Взгляд упал на стенд. Вернее, на один из объектов. Старый ржавый ключ. И в моей голове родилась безумная идея.
Воровато осмотревшись по сторонам, я осторожно потянул на себя ручку стеклянной дверцы. В углу, у двери, возникла голова Федора. Лицо старика было перекошено от гнева. Физиономия полетела ко мне:
— А ну, убери свои грязные грабли! — брызжа слюной, выл призрак.
Ловушка была исполнена хорошо. Даже я, готовый к чему-то подобному, вздрогнул и отшатнулся. На психику неподготовленного человека же это могло здорово повлиять.
Голограмма растворилась в воздухе, так и не долетев до меня. Входная дверь захлопнулась, и где-то в доме завыла сирена, поднимая всех по тревоге. Хитро.
Терять было уже нечего. Я осторожно взял с крючка ключ. Осмотрел бороздки, вернулся к столу и попытался вставить объект в замочную скважину.
Первая попытка потерпела неудачу. Но со второго раза ключ вошел на удивление легко. И я повернул его, отпирая замок.
На дне ящика лежали несколько больших пухлых конвертов. Они были запечатаны сургучом, на котором красовался оттиск Семьи. Я вынул их, положил на стол. Вскрыл второй ящик.
Здесь хранился планшет и стопка внешних жестких дисков. Я удивленно поднял бровь. Старик продублировал всю информацию?
В коридоре послышалась какая-то странная возня. И шум вырвал меня из раздумий. В створку застучали:
— Мастер Алексей!
Голос был приглушенным, и разобрать, кому он принадлежал, я не мог. Только теперь я понял, что застрял в комнате.
Я встал с кресла, подошел к выходу. Приложил руку к сканеру, вмонтированному в деревянную створку. Но дверь и не думала открываться.
— Идиот!
Каркающий голос, полный злого веселья, послышался от стола. Я обернулся.
В кресле, закинув ногу на ногу, сидел довольный Федор Иванович. Только эта голограмма была моложе моего покойного родича. Лет на двадцать. Он растянул тонкие губы в гаденькой усмешке:
— Хотел попытаться меня обокрасть? А вот хрен тебе! Во такой.
Дед похлопал ладонью по сгибу локтя правой руки, демонстрируя размеры хрена, который Карамазов предлагал вору.
Я покосился на фальшивый сканер. Значит, с него и запускалась голограмма? Ну, хорошо, что не ловушки. А это пугало я уж как-нибудь потерплю.
Впрочем, сделать было куда сложнее, чем мне представлялось. Потому что Федор, не затыкаясь, поносил меня самыми погаными словами. Интересно, сколько часов он записывал эту речь?
 
Я подошел к ящику, вытащил ключ. Повертел в руке, словно пытаясь придумать, как открыть им дверь. И…
Ключ изменил форму. Расплющился, будто был из пластилина, и превратился в узкую маленькую ладонь.
Я замотал головой, но морок и не думал исчезать. И тогда я шагнул к двери. А вдруг? Говорил же дворецкий, что каждый объект обладает уникальной способностью?
Я приложил вещицу к пластине на месте декоративного сканера. И… сигнализация перестала орать. Исчез и сидевший за столом Карамазов. А дверь открылась, явив меня под строгие взоры четырех человек.
— Сам не знаю, как так получилось, — соврал я, поспешно убирая ключ в карман.
— Все в порядке, мастер? — осведомился дворецкий, цепко осматривая меня.
— Да, все хорошо. Я еще немного посижу здесь. Нашел кое-какие бумаги деда. Хочу почитать.
Виктор покосился на меня с недоверием, но не сказал ничего. Достал из кармана монету, подбросил ее, поймал и посмотрел на выпавшую сторону. Довольно усмехнулся и повел Настю в гостиную. За ними последовали дворецкий и Иван. Я же с опаской покосился в сторону кабинета. И шагнул обратно.
На возвращение ключа на место и закрытие дверцы стенда система не отреагировала. И я вздохнул с облегчением. Не без опасений сел в кресло, где еще недавно сидел мой старик. Взял конверт, сломал печать. И вытащил верхний лист. И прочитал первые строки.
«Вот и сбылась мечта идиота. Ты стал князем…»
  
Глава 21 Легенды оживают
 
 
«Позор семьи» все-таки умудрился вскрыть ящик и добраться до архива. Выходит мой преемник не совсем пропащий. Ну, тогда внимай: если ты нашел это письмо, значит каким-то чудом удалось пережить меня и войти в права наследства. Ты получил не только деньги и власть. Нет, глупец. Теперь ты стал мишенью и добычей для многих недругов Семьи. Не верь никому и не оставляй спину неприкрытой. Будет досадно, если род Карамазовых прервется на тебе. И все мои достижения станут достоянием падальщиков.
 
Возможно, ты не худший из всей семьи. Может и справишься с работой.
 
Мейхэм уже должен был ввести тебя в курс дела. Объяснить простые правила. Остальную информацию ты найдешь в ящиках стола. Архив объектов и хранителей, которые я собирал всю свою жизнь.
 
Желать удачи не стану. Тебе больше понадобится здравый смысл и холодная голова. И заклинаю, не используй объекты. Поверь, ты пожалеешь об этом.
 
Не посрами Семью. Другой надежды нет.
 
Я отложил письмо и задумался. Ни имени, ни упоминания родства в тексте не было. Скорее всего, дед нацарапал обезличенную записку уже давно. Чтобы не заморачиваться. Ну, это в его стиле.
Я достал из конверта пачку пожелтевших листов. Это были страницы книг, какие-то письма со штампами Синода, путевые записки, странички рукописного текста, обрывки газет со статьями. Некоторые цитаты были выделены красным. На полях стояли пометки типа «требует дополнительной проверки», «пусто», «сменило хранителя».
В конверте еще лежал ключ с биркой «3-Я». Я взвесил его в ладони и попробовал открыть оставшийся третий ящик стола. Ключ и правда подошел.
Там находились картонные бежевые папки с меткой «копия». Оригинал сдан в архив Синода. Я вынул верхнюю с номером «объект 10», открыл ее. Полистал.
 
В папке лежало несколько таких же документов, которые я нашел ранее в конверте. Страницы книг и путевых дневников. Сверху был прикреплен лист.
 
«Секретно. Главе Священного синода Беломорцеву».
 
Докладная записка.
 
Докладываю: мною была обнаружена информация о новом объекте на доверенной мне для исследования территории.
 
Свойства объекта окончательно не установлены.
 
Степень опасности: высокая.
 
Количество пострадавших: более ста человек.
 
Объект находится под надзором хранителя.
 
Способности хранителя не установлены.
 
Жду решения комиссии для дальнейших действий.