Защитник (СИ)

— Так вот, позвольте представить вам полноправного члена семьи Ортес, моего племянника и второго в очереди наследования, Диего Ортеса. Если что-то случится с моим Доминико, патриархом Ортесов станет Диего. Впрочем, я надеюсь, и тому и другому еще некоторое время придется побыть на вторых ролях, — улыбнулся дядя.
Вот тут зрители отреагировали живее — в основном удивленными возгласами. Я бы и сам их поддержал, потому что про наследство дядя до сих пор не упоминал, но нельзя. После того, как мое имя назвали, я должен был выйти в центр освещенного круга и слегка поклониться зрителям. Было бы странно, если бы при этом у меня была ошеломленная рожа, так что я постарался сохранить спокойное и немного отстраненное выражение лица. Кера, которая наблюдала за представлением из задних рядов, потом рассказала, что выражение было скорее каменное. Сказала даже, что некоторые особенно впечатлительные гости были слегка напуганы и на словах о наследовании шептали что-то вроде «Не дай бог такого патриарха у Ортесов!»
Дав гостям несколько минут полюбоваться на мою физиономию, дядя быстренько закруглил речь:
— А теперь приглашаю всех вернуться к столам и хорошенько обсудить новость, потанцевать и выпить хорошего вина!
Народ начал расходиться, поглядывая на меня — сейчас начнется работа. Нужно будет познакомиться с большей частью гостей. По крайней мере с теми, кто захочет подойти. А таких будет большинство.
За время нашего отсутствия сад преобразился — низенькие диваны, до того расставленные вокруг столов исчезли, да и количество столов уменьшилось, хотя они по-прежнему были густо уставлены снедью и напитками. Где-то играл оркестр — пока не слишком громко, однако желающие уже могли танцевать. Толпа гостей, — элегантные мужчины и утонченные дамы, — неторопливо разбредались по саду, время от времени подхватывая со столов бокал с вином или кусочек какого-нибудь кушанья. Улыбки, смех, негромкие разговоры. Камерная обстановка. Настоящий аристократический бал. Вальяжные. Расслабленные. Слегка снисходительные ко всем окружающим — совсем чуть-чуть, едва заметно. А меня снова начало накрывать. Захотелось увидеть, как все эти прекрасные господа будут вести себя, если здесь пройдутся чистые со своим очищающим светом, или тот же легион Освободителей. Вряд ли кто-то из здесь присутствующих когда-то участвовал или даже своими глазами видел что-то подобное. Им хорошо и весело, они сыты. Их не гоняли как дичь по полям и горам, не пытались расстрелять и сжечь в печи. Их родных не морили голодом и не укладывали на стекло фонаря, чтобы медленно завялить живьем. Это вы продали свою страну чистым за лишнюю горсть монет и обещание власти. Твари. Зажравшиеся твари. Вот если сейчас ударить проклятием, просто так, по площади, изо всех сил, чтобы каждое действие приводило к смерти или увечью, станет повеселее…
Я вдруг почувствовал резкую боль в боку. Очнувшись, обнаружил себя все так же стоящим посреди сада, вот только обстановка слегка изменилась. Рядом обнаружился доминус Криспас Силван, сестра рассказывала мне о нем вначале вечера. Слева ко мне подошла Кера, а Акулине о чем-то щебечет с патриархом, который слегка недоуменно косится на меня. Акулине я до сих пор держу за руку и… боги, да у нее синяки останутся! Бедная девочка, как она терпит! Я поспешно разжал пальцы.
— Простите, доминус Криспас за мой отстраненный вид, я так редко бывал в обществе, что сейчас немного растерян.
— Хо-хо, молодой человек, наконец-то вы с нами! — обрадовался патриарх. — Вы так погрузились в мысли, что стали напоминать жертву Горгоны! Я боялся, мы с вами так и не познакомимся! Примите маленький совет, молодой человек — не стоит позволять себе такую глубокую отрешенность, находясь в высшем обществе. Порой это может быть опаснее, чем заснуть в трущобном трактире!
Я покивал. Просто не придумал ничего глубокомысленного в ответ, да и немного беспокоился за Акулине — пальцы на ее запястье я сжал изо всех сил, а ей еще пришлось делать вид, что ничего не происходит и развлекать разговором собеседника.
 
— Ну, не буду грузить вас своей стариковской мудростью! Лучше попрошу рассказать немного о себе, Диего. Так получилось, что мы с семьей Ортесов дружим, но вот о вас я ничего не знаю. Нужно исправлять это недоразумение! Поведайте, откуда вы появились и где скрывались раньше?
— В этом нет большого секрета, — улыбнулся я. — До последнего времени я жил на севере материка солнцепоклонников, в норманнских владениях, в Винланде [6]. Откровенно говоря, я даже не подозревал о том, что на далекой родине моих родителей у меня так много родственников, и если бы не случайная встреча с одним из бывших жителей республики, так и оставался бы в неведении! — После обсуждений мы решили перемесить мою легенду именно туда. Просто потому, что про Винланд в республике не знают вообще ничего. Ну а добавить лишний документ о том, что чета Ортесов из кельтской провинции государства Данло отправилась дальше в сторону Гренландии для дяди труда не составило.
— Ох, вот это вы забрались! — восхитился Силван. — Чем же вы занимались с Винланде? И как там вообще люди живут?
— Как везде, доминус Криспас, люди везде одинаковы. Торгуют, воюют, любят и ненавидят. А занимался всем понемногу. У отца был небольшой завод по производству взрывчатки, я помогал ему. А теперь вот решил вернуться на землю предков, получить так сказать классическое образование.
— Подождите секундочку… — Задумался доминус Криспас, — Я слышал, что у Ортесов появился завод по производству какой-то новой взрывчатки, которая чудо как хороша, и во всем лучше нитроглицерина! Уж не вашими ли это стараниями, молодой человек?
— Вы очень догадливы, доминус Криспас, — покивал я. — Республика почти не имеет контактов с мадхусами [7]. Даже торговля хоть и носит массовый характер, но ограничена не таким уж большим разнообразием товаров. Ничего удивительного, что достижения научной мысли далеко не сразу проникают из одной страны в другую. Мне приятно думать, что я оказался одним из тех, кто этому способствует. К тому же и к родственникам, получается, пришел не с пустыми руками!
— Вот ты нас сейчас какими-то торговцами и крохоборами выставил, — включилась в беседу Акулине. — Как будто тебя бы не приняли и без такого рецепта!
— Прости, сестра, я совсем не хотел такого эффекта! — повинился я. — Видите, как сказывается отсутствие образования, доминус Криспас? В Винланде никто не изучает риторику.
— Зато видимо там лучше, чем в республике изучают другие науки, — протянул Силван. — И ведь наверняка у вас за душой есть и еще какие-нибудь новинки, неизвестные в империи?
— Кто знает, доминус Криспас, кто знает? Я еще недостаточно осмотрелся, чтобы сказать, что здесь будет диковинкой, а что известно давным-давно!
— Что ж, молодой человек, соглашусь с вами полностью. Мы крайне замкнулись в себе, особенно в последнее время — я слышал, даже немногие контакты с другими странами стали обрываться. Да и раньше… О чем говорить, если те же норманны давно уже обменялись посольствами даже с Великой Тартарией, а у нас речи о подобном не идет! Этак мы скоро начнем отставать — изоляция никогда не приводит к хорошему. И поэтому приглашаю вас как-нибудь посетить мой дом, благо далеко добираться не придется. Я вам подробнейше расскажу обо всем, что производится на наших заводах. Возможно, вам придут в голову какие-нибудь новинки?
— С удовольствием приму ваше приглашение, — покивал я. — Правда, не уверен, что смогу чем-то помочь. Пользоваться оружием мне приходилось, и довольно разным, но в конструкции я не разбираюсь абсолютно.
— Ничего, иногда даже идея и общее описание удачного образца — это уже ценная информация. А уж кому подогнать результат под описания у меня найдется. Ладно, не буду вас больше забалтывать, молодые люди — думаю, найдется еще множество желающих с вами пообщаться. Пойду вон к Маркусу. Он говорил, что в глубине сада есть какой-то особенный столик, на котором будут образцы бренди прошлого столетия. Нужно обязательно провести исследования!