Последняя из своего рода. Том 2
— Ясно, — большой радости я не испытывала. Тор ладно, но опять столкнуться лицом к лицу с Каросом?
Мервин усмехнулся, прекрасно понимая, что творится у меня в голове:
— Риэль, Дракон тебя не съест! Честно!
Я фыркнула.
— Конечно нет. Он меня просто разжует и выплюнет!
— Райша, — таирт укоризненно покачал головой, — Дракон не причинит тебе вреда… — и после секундного размышления добавил: — Главное, не спорь с ним и ни в коем случае не зли. Когда Карос в ярости, он… м-м… плохо себя контролирует.
Несколько мгновений я недоверчиво смотрела на Мервина, но он явно не шутил. Я нервно сглотнула:
— Всегда знала, что ты, как никто другой, умеешь подбодрить!
Таирт посмотрел с сочувствием и виновато пожал плечами.
Глава 3Квейн был старым городом, намного старше Алм–Тирена, нашей столицы. Теперь уже точно бывшей столицы — Карос не выказывал никакого желания восстанавливать ее из обугленных руин.
Квейн… Я была там однажды, еще с Камиром, когда брат отчего–то решил навестить собственные владения в компании сестренки. Может быть, пытался показать местным жителям свою преданность семье и традициям, а может быть, предполагал, что мое присутствие развлечет его во время пребывания в провинции. Что ж, это действительно были веселые три недели — по крайней мере для меня.
* * *
И вот — небольшой прием в небольшом зале мелкопоместного дворянина, чье лицо отражало одновременно гордость и страх от того, что сам Дракон счел его дом достойным своей временной резиденции. А видимость благородного собрания на приеме создавали эль–туань из малоизвестных родов с плохо развитым Даром.
Я приветствовала гостей и улыбалась, непрестанно улыбалась, как и положено принцессе, пусть даже бывшей. А их взгляды, направленные на меня, полнились растерянностью и опасением. Они никак не могли понять, какую роль я, последний отпрыск уничтоженного рода, теперь играла; для чего Дракону понадобилось мое присутствие.
В глубине души я полностью разделяла их недоумение, но мое лицо оставалось маской невозмутимости и спокойствия. Когда вечер закончится, я сниму ее вместе с тяжелым роскошным платьем, вместе с десятками золотых шпилек, которые держат волосы в изысканной прическе, сниму и стану собой. Но это будет потом.
Карос Дакаант сидел в высоком кресле, Мервин стоял рядом с ним, слева и чуть позади, как молчаливая тень. На руке таирта отливал холодным металлом браслет, и назвать его украшением мог только очень несведущий в магии эль–туань. Даже на значительном расстоянии я чувствовала силу Дракона, исходящую от браслета. Мервин все же сподобился ответить на мои вопросы — когда я впервые увидела «обнову» — и объяснил, что это амулет связи с Каросом.
Вот Карос что–то спросил, таирт наклонился к нему и ответил. А я — совершенно случайно оказавшаяся рядом — не смогла разобрать ни единого слова, услышала только неясный шелест звуков. Да уж, магическая защита от навязчиво любопытных подданных в действии.
Несколько минут спустя, с необходимым торжественным представлением и в сопровождении немалой свиты, появился Тор. Все гости были без оружия, и… Я с трудом спрятала изумление под неизменной маской благожелательности: магия островитян оказалась связана Нитями подчинения. Да-а, излишняя доверчивость среди недостатков Дракона явно не значилась. И наши традиции гостеприимства он тоже очевидно не уважал.
Я была более чем уверена, что никто из присутствующих, ни по отдельности, ни вместе, не сумел бы причинить Каросу Дакаанту серьезного вреда. И несерьезного — тоже. Все же Дракон — это Дракон, пусть даже в человеческом облике. Интересно, была ли у данной предосторожности реальная причина, или Карос просто страдал приступами паранойи?
Тор шел, вернее, шествовал по залу, на лице — торжественное выражение, во взгляде — высокое вдохновение… Я отвела взгляд, изо всех сил борясь с сильнейшим искушением выбросить перед ним всего одну Нить, маленькую и незаметную, но достаточную, чтобы надутый от важности принц ткнулся в пышный ковер носом. Я даже прикусила губу, пытаясь это искушение подавить. Карос и так не особенно меня любил, не стоило давать ему еще один повод.
Тор подошел ближе к месту, где я стояла. Я подняла голову, наши глаза на мгновение встретились… Увы, младший Аш–Когрэ всегда умел предугадывать мои еще невысказанные желания и идеи.
— Даже не вздумай, кузина! — прошипел он сквозь зубы.
Я проводила его взглядом. Даже если бы я попробовала сейчас что–нибудь, Тор уже насторожился и успел бы вовремя заметить. Жаль.
Поклон со стороны Тора, вежливый кивок со стороны Кароса, продолжительные взаимные расшаркивания и уверения в приятности встречи. Вскоре я с удивлением поняла, что кузен говорил абсолютно искренне: встреча с Драконом для него не просто необходимость, а величайшая честь.
Да, действительно, я как–то подзабыла, что жречество островной империи последнюю тысячу лет клеймило нас проклятыми еретиками как за первую войну с Драконом, так и за последующие набеги. После смерти моего деда отношения между нашими государствами немного наладились, отец даже взял в жены дочь ныне покойного императора — мою маму. Мы были союзниками несколько десятилетий, но все начало распадаться, когда отец заключил договор с Адептами Хаоса. Окончательный разрыв произошел пять лет назад — именно тогда я в последний раз видела Тора.
Старший кузен не очень–то изменился за прошедшее время. Высокий — выше меня почти голову — темноволосый, загорелый и такой же франт. Вся эта золотая вышивка, кольца, бесценные камни, браслет из тирина стоимостью в целую провинцию… Я невольно сравнила его с Каросом, одетым во все черное, без единого украшения. Внешне, если не обращать внимания на одежду, эти двое казались похожи; вот только выражения лиц, глаза, магия — было иным. По меркам эль–туань у Тора был сильный Дар, но по сравнению с тем, что я ощущала в Дакаанте, он казался крохотным.
Едва официальная часть аудиенции закончилась, как я ощутила легкое прикосновение к руке.
— Тор хочет поговорить с тобой, — сказал Мервин.
Кузен ждал меня в малой приемной. Когда я вошла, Тор стоял у окна, рассматривая закатный город. Потом повернулся и стал с таким же задумчивым видом, чуть склонив голову набок, рассматривать меня. Несколько мгновений я отвечала ему столь же пристальным взглядом. Впрочем, игра в гляделки мне быстро надоела. Окинув взглядом комнату, я остановила выбор на самом удобном на вид кресле. Уселась, аккуратно расправила юбки, потом снисходительно кивнула Тору:
— Ты тоже можешь присесть, кузен.
Моя фраза было нарушением всех норм этикета. Тор был старше меня, выше по положению и титулу. Приглашению следовало исходить от него…
Кузен вскинул брови, потом покачал головой и рассмеялся:
— Ты невозможна, Риэль!
— Разве? Просто пытаюсь быть гостеприимной, — я обиженно надула губы. Тор не стал спорить, сел в соседнее кресло, развернувшись так, чтобы лучше меня видеть.