Ты меня предал (СИ)

Затаив дыхание, провожу пальцами по небольшой, но высокой груди, спускаюсь к тонкой талии и округлым бедрам. Кожа после скраба нежная и бархатистая. Надеюсь, ему понравится. Хочется, чтобы все было идеально. Все только для него одного. Любимого. Единственного.
Смотрю на часы и качаю головой. Я так опоздаю, надо бы ускориться. Быстро вытираюсь и, откинув полотенце, надеваю белье и чулки, специально купленные для этого дня. Так непривычно, я никогда не носила кружево. Это очень красиво и сексуально. И снова внутри дрожит от фантазий, как Павел будет с меня эту прелесть снимать. Как будут гореть его глаза…
Шумно выдыхаю и машу ладонями на лицо, чтобы немного остудить пыл. Как-то я слишком резко с места в карьер. Проверяю сообщения — тишина. Паша молчит, словно специально изводит меня ожиданием. Немного волнуюсь, но он уже неоднократно пропадал ненадолго, а потом появлялся. Лучше не накручивать себя.
Собираюсь в институт, но вместо учебников в моем рюкзаке только платье, балетки и венок, что я сама сделала из живых цветов. Все аккуратно упаковано, чтобы не помять. Натягиваю джинсы, толстовку и замираю напротив зеркала. Неужели я правда это сделаю?
Смотрю сама себе в глаза и вижу там стальную решимость. Назад дороги нет. Страшно. Особенно после того, как ночью украла паспорт у отца. Надеюсь, он не спохватится раньше времени. Даже думать не хочу, как он отреагирует, когда узнает о моей выходке. Но это моя жизнь. Я не собираюсь ее кому-то дарить. Хотя нет, не так. Мечтательная улыбка скользит по моим губам. Я уже подарила и жизнь, и сердце, и тело.
Очень нервничаю, но отец ничего не замечает и не задает вопросов. Ему, как и всегда, не до меня. Отвозит меня в институт и дожидается пока я войду в здание. Смотрю из окна, как отъезжает его машина и только после этого выдыхаю. Пока все идет по плану. Надеюсь и дальше все будет хорошо.
— Ахмедова, ты куда?
Вздрагиваю, услышав свою фамилию и оборачиваюсь. Косолапов. Хитро прищуривается и улыбается во все тридцать два, словно знает все мои секреты. Но ему меня не провести.
— Что ж ты так пугаешь? — качаю головой.
— Ты куда собралась-то? — он вопросительно изгибает бровь. — У нас пара вообще-то.
— Я знаю, но мне уйти надо, — складываю ладони в умоляющем жесте. — Прикроешь?
— Да куда ж я денусь.
Он хороший друг, на которого всегда можно положиться. У меня таких очень мало.
— Но ты мне потом расскажешь, — хитро щурится Алексей. Ну точно кот, мартовский.
— Спасибо, — поддавшись порыву, мажу губами по его колючей щеке и сбегаю из института.
Ноябрь в этом году выдался очень теплым. Прям аномалия какая-то. Надеюсь, это хороший знак.
Заранее просчитанным маршрутом пробираюсь к месту назначения. Минуя большие улицы, где меня могут заметить, иду дворами и буквально через пятнадцать минут вхожу в ЗАГС. До регистрации еще час, но Павел так и не появился. Это нервирует, но я не позволяю панике испортить такой сказочный день. Внимательно осматриваюсь и терпеливо жду.
— Добрый день, — оборачиваюсь на звук голоса. — Вы с Гараниным?
Теряюсь, не понимая, чего от меня хочет девушка.
— Простите… — виновато пожимаю плечами.
— Вы невеста Павла, Ирина?
— Д-да, — от волнения начинаю заикаться. Да и фамилию эту я слышу в первый раз.
— Давайте паспорт, — дрожащими руками достаю и отдаю документ. — А Павел?
— Его еще нет, — поджимаю губы от досады.
Пашенька, миленький, ну, где же ты. Мне так страшно одной.
— Пойдемте со мной.
Меня отводят в комнату. Здесь есть все для комфортного ожидания, а главное зеркало. Как только за девушкой закрывается дверь, я сразу же кидаюсь к рюкзаку. Достаю наряд и осторожно надеваю, стараясь не помять и ничего не испортить. Прикалываю венок на небрежно собранные волосы и улыбаюсь. Из зеркала на меня смотрит самая счастливая на свете девушка. И совсем не верится, что это я.
Очередной тревожный взгляд на часы. Время летит вперед, словно взбесилось, а Павел так и не появился.
— Жених пришел? — в комнату снова заглядывает та самая девушка.
 
— Пока нет, — качаю головой и сжимаю кулаки. Паша никогда не опаздывает.
— Надо бы поторопиться, — она выразительно смотрит на часы и еще сильнее меня нервирует.
— Да, я сейчас ему позвоню.
Достаю из рюкзака телефон. Мое сообщение доставлено, но ответа нет. Набираю — гудки идут, но никто не отвечает. Звоню еще и еще. Да что такое? Всеми силами стараюсь не поддаваться паники. Пью воду и часто дышу. Все хорошо. Ничего не случилось. Он успеет. Просто немного задерживается.
— Пришел?
— Нет.
— Может передумал?
— Да что вы такое говорите! — меня едва не накрывает истерикой. Как они могут так про него думать. Ведь совсем не знают.
— Ну, девушка… еще пятнадцать минут и возьму следующих.
— Он придет, — уверенно повторяю как мантру и свято верю, что так и будет.
Но не через пятнадцать минут, ни через час Павел так и не приходит. Все мои звонки и сообщения остаются без ответа, а я растерянно смотрю на свое белое платье и не знаю, что теперь делать.
Паша не мог меня бросить. Я отказываюсь в это верить. Он не мог так поступить. Наверное, что-то случилось. Может ему нужна помощь? Хватаю рюкзак и со всех ног бегу к нему. Благо знаю адрес.
Сбежавшая невеста выглядит эффектно. На меня косятся люди, но мне плевать. Страх за любимого перекрывает все остальные эмоции. Черт с ним с платьем, главное, чтобы с Павлом все было хорошо.
Без труда нахожу его квартиру. Нажимаю кнопку, но не раздается ни звука. Звонок не работает. Стучу в дверь. В ответ проклятая тишина. Да что ж такое! Судорожно всхлипываю и колочу кулаками по двери, но мне никто не открывает.
— Паша, Пашенька, — кричу, давясь слезами. — Открой мне.
Страх потерять любимого оглушает и ослепляет. Я почти себя не контролирую, вся энергия уходит на то, чтобы спасти его.
— Что ты тут устроила? — скрипучий женский голос раздается откуда-то сверху. — Чего колотишь?
Поднимаю голову и вижу пожилую женщину этажом выше. Соседка. Может она сможет мне помочь.
— Мне нужен Павел, — всхлипываю я и умоляюще смотрю на нее. Как будто она может взмахнут палочкой и сотворить чудо. Как в сказках.
— Не стучись, нет его, — строго говорит соседка и поджимает губы.
— Как нет, а где?
— Уехал слава богу.
Ничего не понимаю. Информация не усваивается в моем сознании.
— Куда?
— Откуда я знаю? — грубо огрызается она. — Вещи собрал и был таков.
Совсем? Земля дрожит под моими ногами, а глаза застилают горькие слезы. Как же так? Как такое возможно? Ведь мы… Ведь я… Больно. В груди давит так, что вздохнуть тяжело. А рыдания, что недавно рвались наружу, внезапно законсервировались внутри. Наступает тишина и какое-то гадкое отупление. Ничего не чувствую. Онемело все внутри. Выжгло яростной струей напалма.
Открываю рот, как рыба, но не могу ничего сказать. Да и не знаю, что говорить. В груди словно образовывается дыра. Там, где раньше была душа. Мое сердце, что так отчаянно билось для него одного, медленно умирает. Истекает кровью и корчится в предсмертной агонии. А я ничего не могу сделать. Лишь обессиленно сползаю по стене на пол. Смотрю прямо перед собой и пытаюсь понять, как жить дальше.
— Ну, что ты здесь сидишь, убиваешься? — все тот же скрипучий голос. — Ты не первая у него, и всяко не последняя.
Режет без ножа. Засыпает в мои раны соль. Зачем? Поднимаю глаза. Что ей от меня нужно? Ничего не понимаю.
— А?
— Холодно ведь, простудишься. Домой иди.
Неуклюже поднимаюсь на ноги и придерживаюсь за стену, чтобы не упасть. Телефон выскальзывает из дрожащих рук и улетает в лестничный проем. Эхом падает на бетонный пол, трещит пластик, наверняка раскалываясь на куски. Прямо как моя жизнь в эту самую секунду.
— Нет у меня дома… — едва слышно отвечаю женщине.
Ничего больше нет. Я все отдала.
Чувствую себя маленькой брошенной девочкой. Мой мир рухнул, а я осталась посреди безжизненной пустыни.