Принцип неизбежности
– Евгений, – протягивает ладонь, которую я тут же пожимаю.
– Аня. Приятно познакомиться. Слышала о тебе только хорошее, – лукаво посматриваю на Дину, выражение лица которой просто кричит, что я поплачусь за свои слова, если выдам её секрет.
– Я предлагал Дине сегодня прогуляться в центре, но, наверное, Вера Анатольевна ещё слаба, чтобы оставлять её одну? – бегает глазами между мной и подругой.
– Ничего я не слаба. Идите, куда хотите, – слышится из кухни, что означает: мы получили официальное разрешение на выгул Дины.
– Идём? – Подруга, едва не плача, пытает меня взглядом, умоляя согласиться. И им бы побыть вдвоём без дополнительного элемента в виде меня, но, скорее всего, мой отказ спровоцирует отказ Дины, поэтому кивком выражаю согласие, чем заслуживаю улыбку парочки. – Значит, в семь тебя ждём.
И как только дверь закрывается, Дина прижимает ладошки к лицу и скачет на месте, сдерживая радостный писк. Безграничная чистая радость человека, который получил желаемое, увеличивает градус и моего настроения.
– Я так понимаю, Мориц отпадает? – шепчу, чтобы Вера Анатольевна не услышала.
– Да-а-а, – крутится на месте, подскакивая на одной ноге. – Кому нужны чопорные европейцы, если рядом такой парень, как Женя?
С трудом сдерживаюсь, что не сказать «и мне не нужны», но, увы, за две с половиной недели невозможно встретить кого-то, способного разжечь чувства до состояния стихийного бедствия. Иногда мне кажется, что я зажата, как папа, научившийся за двадцать лет делиться лишь с мамой, понимающей с полувзгляда родного человека. Чтения Барнаби не требуется. Привыкший говорить открыто, он лишает наши отношения интриги и огня. А может, мне нужен такой же, как Женя? Пусть не навсегда, лишь на время, что я проведу здесь. А вдруг моя поездка – единственная память о тех временах, когда я могу быть самой собой, совершать неразумные поступки и не задумываться о правильности своих действий? А потом… только Барни и правильность до тошноты.
И пока я поглощена внутренней борьбой послушной дочери и бесшабашной девицы, желающей найти приключения на свою задницу, Дина доносит маме информацию о приглашении Жени. И кажется, что Вера Анатольевна приободряется и с радостью убеждает дочь, что и сама справится, пока парень будет выгуливать нас в городе.
Глава 5
– Итак, девочки, за ваш приезд! – Женя салютует нам стаканом с соком, а мы отвечаем кофе.
Поддержала Дину, отказавшуюся от алкоголя, потому как, по скривившемуся лицу поняла, что ее организм ещё помнит поход в клуб и нескоро сорвётся в хмельное веселье.
– Жень, а чем ты занимаешься? – задаю вопрос, которые хотела бы озвучить Дина, но последний час подруга сжимается и заливается румянцем каждый раз, когда объект её симпатий обращается напрямую.
– Как только из армии вернулся, устроился в ЧОП. Год поработал, а потом двоюродный брат предложил пойти водителем к одному большому человеку. Дал мне хорошую характеристику, замолвил, так сказать, словечко. И вот я у него уже пятнадцать месяцев на службе.
– Бизнесмен какой-то?
– Можно и так сказать. – Парень ухмыляется, вероятно, не желая делиться нюансами, и тем самым разжигая интерес. – Он контролирует этот город.
– Мэр, что ли?
– Нет, Аня, – потирает переносицу, посматривая на Дину, которая с открытым ртом ждёт продолжения. – Есть те, кто руководят территориями законно, а есть такие, как мой шеф. Его часто называют «хозяин города», и, как ты понимаешь, к официальным должностям это не имеет никакого отношения.
Быстро складываю короткие сведения, прекрасно понимая, о чём говорит парень, считающий меня далёкой от мира, где правят сила, деньги и оружие. Думаю, мой отец тоже когда-то носил титул «хозяин города», что и заставило его схватить маму и уехать из страны, где безопасность его самого и близких была под вопросом.
– Уточни, пожалуйста, города или области? Если только первое, то уверена, есть масса людей, которые находятся на ступень выше. Если же второе, то, скорее всего, контролировать такой большой регион сложно, а значит, есть те, кто желают занять его место, прибрав территорию к своим рукам.
– Второе. – Сухой ответ и замешательство на лице парня кричат о том, что он не ждал подобных суждений от девочки, по его мнению, далёкой от этого мира. – И ты права – желающие имеются. Но сейчас люди предпочитают «воевать» на информационном поле: компромат, заказной слив, свидетели за деньги, вброс фейков. В общем, что угодно, чтобы испортить репутацию. Есть множество способов уничтожить человека, не прибегая к физическому насилию. Но и классическими вариантами не брезгуют. В крайних случаях.
– Жень, ты работаешь на бандитов? – Губки Дины вытягиваются в букву «о», и, кажется, она уже не так вдохновенно реагирует на того, о ком ещё несколько часов назад говорила с придыханием.
– Я работаю на человека, у которого легальный бизнес. Подробностей незаконной деятельности не знаю. Только слухи, но и они часто оказываются лживыми.
– Ладно. – Подругу немного отпускает, но заметно, что тревожность не ушла до конца и, скорее всего, Дина задаст ещё не один вопрос парню. – Не хотелось бы, чтобы у тебя возникли проблемы.
– Их нет, – отрезает Женя, допивая сок и подзывая официанта. – Я выполняю обязанности и получаю деньги. Всё. Работаю по сменам. Кстати, моя начинается через полтора часа, – щёлкает телефон, чтобы посмотреть на время и дать понять, что продолжим вечер мы уже без него. – Я сегодня в ночную.
– А разве ночью нужен водитель? – Дина не прекращает допрос, видимо, решив выудить из Жени всё.
– Иногда да. Ночные смены спокойные, за редким исключением.
– Каким?
– Когда к шефу его женщина приезжает. Кстати, ты чем-то на неё похожа, – прищуривается, внимательно меня осматривая.
– Ань, это не совпадение, – звонко смеётся Дина, – может, у Островских тут родня осталась? Или у тебя есть сестра, о которой ты не знаешь?
– Как ты сказала, Островские? – Парень заметно напрягается, не обращая внимания на вопросы подруги.
– Именно так, – подтверждаю.
– Интересно… Недавно шеф с кем-то общался по телефону, несколько раз произнёс «Островский», а затем назвал его так интересно… – щёлкает пальцами, прикрыв глаза и силясь вспомнить, – впервые такое слышу…
– Парето?
– Точно!
– Прозвище отца. Достаточно запоминающееся, чтобы вызвать интерес.
Парень замирает, сосредоточив на мне внимание. Неприятный взгляд, наполненный колючим холодом, заставляет повести плечами и съёжиться. Лишь на секунду, а затем я привычно выпрямляю спину и жду атаки, которая отменяется, когда Женя поднимается, предварительно расплатившись, и кивает на выход.
– Ну всё, девочки, я поехал, – касается губами лба Дины, которая растекается от мимолётного жеста и практически висит на Жене. – Долго не гуляйте, с незнакомыми дядями не разговаривайте. Завтра позвоню.
Помахав рукой, садится в подъехавшее такси, и уже через несколько секунд мы остаёмся вдвоём у дверей кафе. Неприятный осадок после реакции Жени напрягает и заставляет насторожиться. Кто он, человек, на которого работает сосед Дины? И откуда знает папу?
– Ты разочарована? – спрашиваю подругу, как только начинаем движение, идя в произвольном направлении.
– Чем?
– Мне показалось, что ты расстроилась, когда он сказал, что работает на человека, имеющего проблемы с законом.
– Пока я не поняла, как к этому относиться, – пожимает плечами, накидывая кофту с длинным рукавом. Солнце давно спряталось, и августовское тепло сменилось лёгкой прохладой ночи. – Но он работает. Некоторые из моих одноклассников в свои двадцать с хвостиком значительно опустились, а двое даже отошли в мир иной. Женя же нашёл приличное место с хорошим заработком и, насколько я знаю, помогает матери и сестре, которая осталась с маленьким ребёнком после развода. Наверное, это показатель: человек думает не только о себе и умеет заботиться о тех, кто в нём нуждается. И знаешь, он мне всё равно нравится. Не знаю, возможно ли нечто большее, но заинтересованность с его стороны имеется. Вот только…