Хозяйка замка (СИ)

Но к моему удивлению, Артур представил меня как свою жену-леди Кеннет. И здесь я даже не знала, что хуже! Горькая правда или такая сладкая, но ложь!
Джентльмен буквально напросился к нам на ужин, и когда мы вернулись домой, я вынуждена была рассказать Артуру о своих опасениях.
— Боюсь, я не твоя настоящая жена, Артур, — вздохнула я, — пожалуйста, не надо говорить людям подобных вещей.
— Ты предпочла бы, назови я тебя своей любовницей? — приподнял он левую бровь.
Я промолчала. Да и что тут можно было сказать?
Тут Артур подошел ко мне и, взяв мои руки в свои, сказал:
— Милая Гвендолен. Поверь, я уже всё давно решил для себя. Я попрошу развода с Джулией. И после этого ты станешь моей женой. Настоящей. Леди Кеннет. Какой и являешься на самом деле!
— Но, Артур, это будет такой скандал… — начала я.
— Перестань. Я люблю тебя. У нас будет ребенок. Скандал и мнение каких-то посторонних людей – ничто по сравнению с этим.
На рождественском ужине оказалось, что Ротшильд весьма близко знаком с нашим новым приятелем-мистером Вортелом. И после художник еще долго смеялся над ситуацией, которую сам же и назвал: «Одна маленькая ложь».
— Но помните, — сказал он нам, уезжая из замка, — даже одна маленькая ложь порой несет неотвратимые последствия.
Конечно же, Ротшильд был прав.
В конце весны родился наш сын-Сэлвиг. Артур был необычайно рад, и мир, который мы себе создали, казалось, стал ещесчастливее. Но радость никогда не приходит без горя. Вскоре после рождения ребенка Артур получил письмо из Лондона. Его отец был тяжело болен и желал видеть сына. Артуру срочно нужно было уехать. Мы с Сэлвигом остались в Кеннет Кастл. И тогда, как в старинных сказках, где ведьма караулит принцессу, когда уедет её принц, в замок вернулась его истинная хозяйка.
В этот раз леди Джулия не стала загодя предупреждать о своем приезде. Как не стала она и выстраивать слуг в длинную шеренгу перед главным входом. Напротив, настоящая хозяйка замка прокралась домой в сумерках, остановившись до этого в одном из частных домов близ Кеннет Кастл. Более того, чтобы войти в замок леди использовала черный вход для прислуги.
Как после объяснила она мне, разговор между нами должен был состояться личный. Без лишних глаз и ушей. И разговор этот состоялся.
Леди Джулия встретила меня в детской, словно коршун, склонившись над моим маленьким Сэлвигом.
— Прелестное дитя, дорогая, — сказала она вместо приветствия.
Я кинулась к колыбели, чтобы удостовериться, всё ли в порядке с ребенком, и была рада увидеть, что малыш всего лишь спит.
— Вы думали, я выклюю ему глаза или превращу его в лягушонка? — с интересом спросила леди Джулия.
Я молчала, не желая вступать в её игру.
— Нет, мисс Баррет, это не так. Вы удивитесь, но я хорошо умею обращаться с детьми. Мой отец отчаянно пытался сделать наследника своему прекрасному имению, поэтому почти каждый год у нас в семье рождалась новая девочка. Я нянчила сестер и знаю, что нужно, чтобы успокоить младенца.
Мы стояли с разных сторон колыбели, разделяемые ею. Я всё еще не понимала, чего хочет эта женщина? От этого на душе становилось холодно и страшно.
— Не всем моим сестрам повезло, как мне, – продолжила Джулия, — две умерли во младенчестве. Две стали женами весьма серых и скучных мужей. Одна предпочла стены храма всем мирским заботам. И лишь я стала настоящей леди.
Джулия вздохнула и как-то мечтательно улыбнулась. Улыбка эта, почти красивая, смотрелась очень неуместно на её бледном лице, сегодня лишенным нежной пудры и яркой помады.
— Вы можете не верить, но наш с Артуром брак был по любви. И первые два-три года мы были очень счастливы. Муж не мог налюбоваться на меня, почти носил на руках… Думаю, вам это хорошо знакомо, – она ухмыльнулась.
 
Внутри меня всё начало холодеть, хоть я и уговаривала себя изо всех сил не верить этой женщине. Ведьме.
— Но всё рано или поздно проходит. Чувства остывают. Знаете, Артур из тех мужчин, которым нужна молодость. Свежесть. Новизна. Поверьте, я знаю. Видела ни одну вашу предшественницу, – снова печальный вздох прервал её слова, будто ей в самом деле было жаль говорить это, — если не верите, я покажу вам письма. Порой несчастные девушки возвращали их отправителю, когда Артур бросал любовниц.
Леди Джулия потянулась к своей изящной модной сумочке, но я отрицательно покачала головой. Я не хотела читать никаких чужих писем. И верить Джулии тоже не хотела.
— Как знаете. Тем более я приехала вовсе не за этим.
Леди Джулия, наконец, отошла от колыбели и села в большое кресло, находившееся в комнате.
— Я приехала предложить вам сделку.
— Сделку?
— Да. И поверьте, это соглашение много лучше того, что ждет вас, если вы откажитесь от моего предложения.
Голос её звучал совсем тихо. В люльке мирно спал наш с Артуром новорожденный сын. А моему миру приходил конец.
— Я предлагаю вам уехать, — начала с главного Джулия, – в Америку. Семье моих знакомых, проживающих там, как раз нужна гувернантка. Американкам они не доверяют, считая тех чересчур ушлыми. А такая леди, — на этом слове Джулия сделала насмешливое ударение, — как вы, им очень подойдет. Также я положу на ваш счет достаточную сумму денег, чтобы вы могли не нуждаться и при желании сменить род деятельности. Вашу сестру пристроят в частный пансион в Англии, как и обещал мой муж.
Меня слегка передернуло от того, что эта женщина знает о делах, происходящих между мной и Артуром, но я постаралась не думать об этом.
— Что же до ребенка… – леди Джулия бросила взгляд на колыбель, – я готова признать его своим. Всю зиму я провела в Бадене, мало встречаясь с друзьями из Лондона, и потому вполне могу сказать свету, что была беременна, опасалась за ребенка и молчала до определенной поры.
На этом мое терпение закончилось.
Я крепко сжала кулаки, чтобы не расцарапать этой женщине лицо.
— Кто вы такая, чтобы предлагать мне подобные вещи? Я никогда не брошу своего ребенка. И я никогда не брошу Артура.
Джулия вздохнула, будто я была глупым, непонятливым ребенком.
— Послушайте, – мягко проговорила она, — вопрос не в том, бросите ли вы Артура, а в том, когда Артур бросит вас. Ваши красота и свежесть еще некоторое время будут привлекать его, это я точно знаю, — Джулия горестно вздохнула. — Поверьте, вы далеко не первая женщина, поверившая в галантность и честность моего мужа… Иногда они пишут ему, сердце кровью обливается. Бедняжки…
Леди замка всё-таки достала из сумочки пачку писем. Просмотрела их. Достала одно, пожелтевшее от времени.
— Вот это от Марты Фьюжер, дочери владельца виллы, где останавливался Артур во время своего путешествия по Франции. У неё с моим мужем была такая горячая любовь… И прекрасная синеглазая девочка, дочь! Вот, — леди Джулия кинула письмо на комод, — можете сами почитать, как бедняжка Марта просит прислать ей хоть немного денег на содержание ребенка.
— Вы лжете, — холодно произнесла я.
Джулия улыбнулась.
— Не верите мне? — спросила она. — Это ваше право. Но раз так, то уезжайте хотя бы ради вашей с Артуром любви. Вы ведь любите моего мужа, мисс Баррет?
Я упрямо молчала, стараясь оградиться от всего, что говорит эта женщина, но слова её ядом проникали в мою кровь.
Джулия продолжала:
— Старый лорд Кеннет сильно болен. Еще немного, и его заберет господь. Артура же ждет прощание с его вольной жизнью. По праву наследника, место в палате лордов станет его. Подумайте, сколько всего он сможет сделать. Что сможет совершить.