Жена с изъяном

— Н-нет, — покачала я головой и попыталась прислушаться к ощущениям. Но, кроме дрожи в руках и спазмов желудка, ничего больше не могла в себе найти. Особенно настолько странного, как связь с душой Адель.
— Значит, ты еще слишком слаба, — припечатала она. — Окрепнешь, индовиром напитаешься, ощутишь. Отыщем душу Адель. И я помогу тебе вернуться в свое тело.
— Хорошо, — ошарашенно прошептала я. — Спасибо.
— Только поклянись, — потребовала она. — Что ты здесь не по своей воле. Что не ты виновница случившегося.
— Клянусь, — ляпнула я. Полностью уверенная в том, что точно ничего не делала для того, чтобы очутиться в чужом теле.
— Хорошо, — Пифаль кивнула. — Я тебе верю.
— А откуда вы это знаете? — спросила я, аккуратно примостившись на край соседнего кресла. — О переселении душ. Это известно всем? И как поняли, что я не Адель?
Я думала, что женщина не расскажет. Но ошиблась. Она рассказала — обо всем.
И о том, как во времена своей молодости служила при каком-то круге магов в самом Священном граде. И как обучалась у них магии. Оттуда же почерпнула много знаний, которые в нынешней жизни ей были не особо-то и нужны.
Все было до банального просто. Помимо того, что, как оказалось, все в той же молодости Пифаль принимала участие в какой-то войне. Там же стала мишенью для проклятия, которое больше не позволяло ей колдовать.
— Самые простые чары мне еще подвластны, — объяснила она. — Но боевым магом мне после того случая быть не дано.
Я только кивала, ничего толком не понимая из этой части рассказа. Зато, когда женщина начала говорить о том, как раскрыла мой обман, все встало на свои места.
Она мне попросту солгала.
Да, Пифаль была няней Адель с десяти лет. Но во дворце короля она появилась на пять лет раньше. И следила за старшей сестрой принцессы — Шарлин. Потому знала, какой росла принцесса. И даже если пятнадцать лет болезни могли изменить характер Адель, она бы в жизни не стала обращаться к простому человеку на «вы».
— Ко мне в том числе, — добавила камеристка принцессы. — А еще в то утро, когда все произошло, в покоях миледи стоял запах особой магии. Кто бы ее ни сотворил, это из-за нее ты сейчас находишься тут.
— И кто мог это сделать? — ужаснувшись в который раз за разговор, спросила я.
— Это, пожалуй, знает только ее высочество, — предположила служанка. — Она могла видеть того, кто пробрался в ее покои ночью. И раз ты говоришь, что сама не отсюда и хочешь вернуться домой… Пока тебе придется занять место ее высочества.
— Что? — мне на мгновение показалось, что я ослышалась.
— Пока мы не вернем леди Адель, ее роль должна отыграть ты. Больше никому не стоит знать о том, что ты мне сейчас рассказала. Любой из этого замка может быть тем, кто пытался навредить ее высочеству. А я поклялась королеве, что уберегу ее дочь.
— Но я не смогу, — голос дрогнул. — Я ничего не знаю, могу проколоться в любой момент!
— Проколоться? — Пифаль нахмурилась.
— Эм… быть раскрытой, — я с трудом подобрала выражение.
— Это я уже вижу, — поджала губы камеристка. — Но я не дам ни тебе, ни кому-то другому испортить репутацию леди Адель. Начнем обучение с завтрашнего дня.
Камеристка встала, поставив пустой стакан на стол. И я только тогда заметила, как ее руки дрожат.
— Обучение?! — я обернулась. — Чему?
— Всему, — она опустила руки и мягко улыбнулась. В уголках глаз опять появились морщинки-лапки, а глаза засияли. Пифаль надела маску — ваше высочество, мы обучим вас всему, что вы пропустили. Не стоит переживать.
    
Глава 7
Жизнь принцессы оказалась до безумия скучной. И почему только в фильмах показываются сплошные балы и приемы? Это же ложь.
Я в этом мире всего ничего, а уже успела заскучать. Надо срочно искать себе дело, на то время, пока мы ищем Адель. Иначе я взвою.
Но Пифаль не оценила даже моего желания выйти в сад, что уж говорить о чем-то большем? Камеристка принцессы самым милым голосом попросила отдыхать побольше, любезно улыбнулась после этого и нагло заперла меня в комнате. До самого вечера.
Я со злостью прожигала взглядом дверь и ужасалась тому, насколько же сильно ошиблась в этой женщине. Первое мнение оказалось обманчивым — как и сама Пифаль.
Она настолько умело вернулась в роль покорной служанки, что у меня мурашки по коже побежали.
Но скучала я только до следующего утра.
— Миледи, просыпайтесь, — Пифаль разбудила меня на рассвете. — Пора вставать, ваше высочество. Преподаватель этикета уже ожидает вас.
— Чего? — хриплым со сна голосом пробормотала я, желая зарыться в подушку поглубже.
Весь вчерашний день я пыталась почувствовать эту проклятую ниточку, которая связывала меня с душой Адель. Но то ли плохо искала, то ли нитки не моя стихия — во всяком случае, у меня ничего не получилось. Я не чувствовала ровным счетом ничего. И от этого становилось страшно.
Ведь если Адель окончательно умерла, то я тут застряну. Правда, оставался еще шанс, что ее душу занесло, как и меня, в другой мир.
Смогу ли я тогда ее почувствовать?
— Преподаватель ожидает вас в лиловой зале, — подталкивая к кровати стул-ступеньку, приговаривала Пифаль. — Вам нужно поторопиться. Давайте же.
— Вы же знаете, что я не Адель, — заметила я, когда после короткого и не очень сытного завтрака меня усадили перед зеркалом и принялись наводить марафет. — Может, прекратим этот театр?
— Да, мы с вами это знаем, миледи, — спокойно отметила Пифаль, натягивая волосы мне на затылок с такой силой, что брови за ними поползли, — но другим об этом знать не полагается. Играйте свою роль, пока все не закончится. Играйте полностью, или никто не поверит.
Вот и весь ответ. Больше Пифаль ни слова не произнесла. Ни пока подбирала туфли, ни пока туго шнуровала корсет синего платья с объемной, но легкой юбкой. Ни даже когда строго смотрела на меня, пока я пыталась подтянуть слишком уж длинные узкие рукава.
— Вы готовы к занятию, — это были первые ее слова где-то за час. — И вот это возьмите.
Служанка протянула мне белоснежный носовой платок с золотыми вензелями по бокам. В центре красовалась вышивка гладью — Серая птица, расправившая крылья. На ее груди желтел цветок, похожий на лилию.
— Отдайте герцогу Этьенскому, как встретите, — выдала она мне новое задание.
А я даже руку отдернула, хотя почти коснулась носового платка.
— Хотите, чтобы я сделала вид, будто сама его вышила?! — голос задрожал от возмущения.
Вот еще! Этот хам вместо того, чтобы быстренько помочь с возвращением домой, отправил меня вышивать для него носовые платки. Фига два ему, а не удовлетворение этой просьбы! Сама вышивать не буду и чужую работу за свою выдавать тоже не стану!