К терниям через звёзды

– Надень скафандр! – бросил он, не оборачиваясь.
Марк рванул к стенду, где ещё оставались несколько запасных скафандров, и поспешил облачиться в массивную броню. Обернувшись, он не увидел ни мистера Шейнца, ни капитана. Раненый пират отполз в сторону, прильнул спиной к стене и сидел там, натянув на лицо обиженную гримасу. Казалось он плачет, но это был эффект от действия «гидры».
Гермодверь в сторону кабины пилотов на сей раз не была закрыта, и Марк догадался, что командование удалилось туда.
Так и оказалось. Когда Марк быстрым шагом вошёл в проём, просачиваясь мимо суетящихся людей, он увидел Райана Фостера, уже занявшего место диспетчера в радиорубке; Шейнц стоял за его спиной, вглядываясь в динамики на панели.
– Мы будем вести бой? – спросил Марк.
Но ответа не последовало. Учёный с капитаном проигнорировали его, а стоящий диспетчер наградил его взглядом наполненным испуга.
Ответ и не требовался. Давать отпор – единственный выход. Чтобы пустить в ход двигатели на антиматерии, придётся потратить, что наименьшее, восемь часов. Только после того корабль сможет скользнуть в ближайшую червоточину. В обычном космическом сражении выживать в течении восьми часов было реально. В космическом сражении с «иными» – нет. Чтобы уничтожить целый флот, им нужно несколько минут. И вот эти последние несколько минут жизни были дарованы «Колоссу». Раненый левиафан, загнанный в угол. Ему ничего больше и не оставалось, кроме как выпустить когти и оскалить оставшиеся зубы.
– Третья эскадра! Третья эскадра! Мартинес! – кричал капитан Фостер.
Сквозь шипение раздались звуки испуганного голоса какого-то юнца:
– «Одинокая Надежда»уничтожена, капитан Фостер! Мартинес мертва! Что нам делать?
– Рассчитывайте их траекторию. – Фостер стал говорить спокойным тоном. – Стреляйте картечью. Следом ракетами. Не жалейте боеприпасов. Обстреливайте всё пространство их теоретического движения.
– Кэп, у нас треть эскадры уничтожена! Они просто режут наши корабли!
– Значит, бежать вам некуда. Перед смертью укусите этих тварей побольнее! И заберите с собой хоть парочку из них! Тьяринг! Вторая эскадра. – Он мельком отклонился назад к диспетчеру. – Телескопы на экран. На Каменный Сад.
Казалось каждые несколько секунд Райан доходит до точки кипения. И в этот момент что-то невидимое высыпает ему на голову ведро со льдом. Как он ни старался, но скрыть свою взвинченность ему не удавалось.
– Тьяринг на связи! Фостер, ты видел, как эти пидоры в дыру прыгнули?
Фостер застыл, глядя на экран, на котором диспетчер вывел изображение планеты Каменный Сад-3. На её орбите кишели обломки третьей эскадры. Не такие, которые остаются после обычных боёв, нет. Это были не те миллионы разъярённых металлических крупиц. Орбиту заполнили огромные цельные куски кораблей, разрезанных с точностью хирургической док-станции.
Плавным движением руки капитан сдвинул изображение в сторону. Появились и целые корабли. С десяток синих лучей впивались в их обшивку, проходя вдоль корпуса, размазывая на нём мазутно-чёрную краску. Открытая рана в пространстве-времени тут же затягивалась, впитав в себя часть корпуса. Всё чем могли ответить корабли пиратского флота – тонны шрапнели, яростно, но бессильно мчащейся к обидчикам. Изредка мелькали ракеты.
Райан сдвинул изображение ещё левее, в сторону исходящих лучей. На пути телескопической камеры встречались всё те же синие лучи, врезающиеся в ракеты. Ракеты уходили туда же, куда и корпуса кораблей – в неизведанное пространство. Вскоре на экране появились и сами агрессоры. Марк насчитал двенадцать беспокойных, чёрных как сам космос, угловатых кораблей. Носовая часть каждого из них и исторгала тот необъяснимый луч, изгибающийся, как кисть в руках художника по сенсорному экрану. Позади оравы боевых суден плёлся безмятежный корабль побольше – носитель генератора червоточин.
– Фостер! Что нам делать?! Мы с вами на расстоянии в девяносто пять тысячных микропарсека! Без «Колосса» нас ждёт то же, что и третью эскадру! – кричал капитан Тьяринг.
– Вам и «Колосс» не поможет… – прошептал капитан Фостер, не отрываясь от экрана.
– Что? Что, Фостер?! Твою мать, так и знал, что надо было бежать в Технократию! Ваши блядские речи об анархии, о спасении человечества! А привёл нас всех на убой, вместе со своим селтинским мудозвоном! Вторая эскадра, я вас распускаю. Разбредайтесь на импульсных по сторонам. Готовьте двигатели антиматерии и молите Всесоздателя!
Капитан Фостер ничего не ответил. Он наблюдал за летящей шрапнелью. Секунд через тридцать, когда она прошла треть пути, корабль-носитель «иных» исторг луч, размерами превышающий все остальные мелькавшие на экране. Ткань пространства-времени закружилась и надорвалась. Бросив атаковать, двенадцать кораблей двинулись в открывшуюся червоточину. Их движения были медленными, что говорило о примитивности их двигателей. Через двадцать секунд они проскочили в подпространство. За ними следом прошёл и ленивый корабль-носитель.
– Мы потеряли половину кораблей! – кричал кто-то со второй эскадры. – Мы тоже расходимся! Нет смысла их атаковать! Они неуязвимы!
Фостер вывел на экран данные сенсоров, найдя на них координаты червоточины выхода, и перевёл изображение на неё. Эскадра «иных» уже была там. Лазеры снова принялись рисовать раны на телах пиратских кораблей, которые теперь безуспешно пытались бежать. Обе червоточины захлопнулись; ткань пространства-времени снова стала гладкой.
Сотни тонн шрапнели, которые были запущены кораблями второй эскадры, полетят в неизвестном направлении, ведь «иные» сменили свою дислокацию. Всё, как и говорили холдманцы. «Иные» просто не дадут в себя попасть, сколько бы орудий на кораблях ни было, и каких бы размеров они не достигали. Хоть дредноут, хоть «Колосс» – любой станет ничтожным, столкнувшись с пришельцами. Их технология перечеркнула все человеческие достижения. Не просто перечеркнула, а растоптала и сожгла, не оставляя за ними и ничтожного следа в виде золы. Что может пресловутая антиматерия, если ракеты с ней летят с мизерной скоростью в 612 км/c? Или рельсотроны, разгоняющие шрапнель до 64 км/с? Стрелять из них по кораблям пришельцев – всё равно, что кидаться камнями в небо.
– Фостер, мы можем попробовать ещё раз выйти с ними на связь! – сказал мявшийся до этого момента Шейнц. – У нас же есть дешифровка!
– Вам же сказали, мистер Шейнц, – обречённо проговорил капитан Фостер. – Они не отвечают и не отвечали никому до вас… Эскадры! – Он оживился. – Если хотите получить хоть малейший шанс на выживание, садитесь на планеты. «Омега»!.. «Омега»?! Твою мать!
И не было той вожделенной геройской битвы, которую воспевали бы спустя много лет в легендах. Не было «Колосса», рвущего на части корабли чужих. Лишь стая разбредшихся испуганных пиратов во главе с раненым левиафаном, склонившим голову для того чтобы её срубили. Человечество проиграло ещё одну битву, даже не дав достойного отпора.