Гимназист (СИ)

— Спасибо, — отстранился я от светловолосой женщины, и улыбнулся ей. — Вы также можете рассчитывать на мою дружбу Дарья Филипповна. 
Через пару минут, Негина покинула мою комнату, оставляя меня одного с лёгкой тоской в сердце.
Следующий день был насыщен на подготовку к вечерним гулянием. 
Дарья и Ефим поначалу пародировали Николая и Розу, следуя друг за другом по пятам решая организационные вопросы праздника.
Мария Павловна забрав с собой Николая и Розу, отправилась в соседний городок дабы закупить только ей ведомые покупки, а я старался не мешаться под ногами, засев в библиотеке завершая свою работу по описи и расстановки книг.
Несколько раз ко мне в библиотеку заглядывал граф Бельгинский, и на деле он оказался нормальным мужиком, без пафосных заскоков аристократа.
Мы с ним разговаривали на разные темы, и выяснилось, что он был неплохо начитан, и обладал светлым умом.
Также Ефим каждый раз притаскивал с собой алкоголь, который мы с ним и распивали украдкой от хозяйки поместья.
В конечном итоге, когда приехала княжна, я уже успел практически протрезветь, и заимел себе нового знакомого через путь собутыльника. 
А вечером начались гуляния сопровождающиеся катанием на санях и взрыванием подобия петард.
Ближе к полуночи, когда все собрались перед усадьбой, начался праздничный салют. Десятки залпов озаряли ночное небо фейерверками, притягивая к этому зрелищу всё внимание собравшихся.
Я стоял в нескольких метрах позади, держа в руках бутылку шампанского, из которой и пил из горла, смотря то на небо, то на спины счастливых образовавшихся пар под сводами этого дома.
Может из-за алкоголя, или от созерцания счастливых людей, мне было слегка грустно. В голову лезли воспоминания о прошлой жизни. О знакомых и родных, которых я больше никогда не увижу. О том что, мне так же хотелось сейчас быть с кем-то рядом, а не стоять чуть поодаль практически одному.
— Замечательный салют. Вы не находите Григорий? — Обратилась ко мне не пойми откуда, взявшаяся рядом со мной княжна Худалова.
— Да. Очень красиво Мария Павловна. — Ответил я, после чего глотнул шампанского. 
— Надо будет такой же организовать на свадьбе Николая. Смотрите, как они счастливы. Главное чтобы всё получилось, и свадьба состоялась.
Я повернул голову на пожилую женщину, и уставился на неё удивлённым пьяным взглядом. 
Мария Павловна же стояла с фужером шампанского, и смотрела в небо, где сотнями всполохов взрывались салюты.
— Да именно так Григорий, — не поворачиваясь на меня, произнесла Худалова. — Свадьбы может не быть.
— Почему? — Только и смог произнести я.
— В нашем обществе свадьба давно уже не союз двух любящих сердец Григорий. Политика и усиление, вот что для нас заключение брачного союза. Горлицыны очень богатая и сильная семья. Они долго были за бортом политической и экономической жизни страны. Думаете, им захочется отдать свою представительницу рода за Николая, когда они вновь могут влиться в жизнь империи?
Я от услышанного неосознанно поднёс бутылку ко рту и сделал глоток, после чего произнёс:
— Но Николай князь как ни как.
— И что? — пожала плечами княжна. — Титул играет только маломальскую роль Григорий. Николай для Горлицыных не политическая фигура. Ни выдающийся военный. У него нет за спиной той силы, что их привлекла бы. 
А прощеному роду, нужно обустраиваться при новой власти. Нужны связи и поддержка. А как этого легко добиться? Правильно. Через политические браки и союзы.
Да и мне слегка стыдливо это признавать, но Николай даже сам не дотягивает, чтобы взять то, что любит. У него нет того, что есть у вас Григорий. Вы готовы «Идти на Вы» и правы в своём праве. А вот Николай пока не дорос до этого, и для Горлицыных он всего лишь сопливый пацан.
Посмотрите на Дарью. Она хороший пример нашего общества. Молодая и наивная, была выдана замуж по политическим мотивам. Я думаю, вы знаете, что было дальше Григорий. Сломанная жизнь в угоду её семейству. И только сейчас пройдя всё это, она смогла обрести счастье, чему я несказанно рада. Но как я знаю Дарья не была влюблена в момент расчетливой партии. А вот Роза другое дело Григорий. Можете налить мне из вашей бутылки, а то мой фужер практически пуст. — Внезапно произнесла Мария Павловна.
 
Я выполнил, что попросила Худалова, и она слегка стукнув фужером, горлышко бутылки, отпила алкоголь и продолжила говорить, под неутихающие залпы салюта:
— Вы и сами видите Григорий, какова Роза. Нежная и воздушная, словно невинный ребёнок, которая обрела своё счастье в лице Николая. Дав и Коли счастье в своём лице. 
Боюсь даже представить, что будет, если их разлучат, и Роза станет как когда-то Дарья, инструментом выгоды. Я приложу все усилия для их счастья. Но боюсь, одной меня может не хватить. Хотя Николай, как и вы, Григорий, всегда можете рассчитывать на моё плечо. 
Ох, — махнула рукой женщина, — Простите меня Григорий. Что-то меня занесло. Прошу. Пусть это останется между нами. И простите старую женщину, что своими речами, возможно, омрачила вам праздник. — Будем надеяться, что женитьбе Николая и Розы быть. Ведь Николай выбрал вас своим свадебным поручителем Григорий. Но я вам об этом не говорила. Позаботьтесь о нем. — Вновь ударила по горлышку бутылки княжна. — За счастье молодых.
— За счастье молодых. — Поднёс я горлышко бутылки к губам и сделал несколько больших глотков, а Худалова осушила фужер залпом.
— Григорий идите к нам! — кричала Роза, махая мне рукой радостно улыбаясь при этом. — Сейчас поедем с горы кататься! Сани уже ждут! Будьте уверены, я вас точно обгоню.
Я шагнул к своим друзьям под последние опадающие искры салюта, смотря в их счастливые безмятежные лица, к которым присоединились Ефим и Дарья. Создавая тем самым словно контраст двух возможных исходов одного события.
Отгремели праздничные дни, и вот я оказался вновь в Николаевской гимназии. 
Начались обычные учебные будни, где я посещал уроки, после которых шли негласные занятия, на которых нагрузка как мне показалась, выросла вдвое. Это было сильно заметно по измотанным гимназистам, которых инструктора на своих занятиях стали гонять в хвост и гриву, после чего многие даже не могли нормально покинуть тренировочные залы.
При этом мои занятия с княжной пока не велись, так как после отдыха в усадьбе Негиной пожилая женщина, так и не вернулась пока в стены гимназии.
Выдавшееся мне свободное время, я тратил на собственные тренировки, где закреплял выученные знания, или постигал не изученные техники.
Ночами же перед сном я думал над так и не оставлявшим меня разговором с Худаловой в новогоднюю ночь. Однако как я не размышлял над сложившейся ситуацией вокруг Николая и Розы. Я не мог найти ответа как я могу им помочь, если даже княжна была неуверенна в своих силах.
В такие минуты червь моей беспомощности грыз меня изнутри, то и дело, поднимая историю Дарьи накладывая её на Розу, которая, как и Николай стала моим другом.
А первого февраля прогремела новость, которая стала для всех шоком.
Всем в течение дня пройти в учебную канцелярию и получить направления на несение практики. Данное объявление было как гром средь ясного неба, ведь никто не ожидал, что практика начнётся зимой. 
Когда я одним из самых первых попал в учебную часть, то мне вручили бумагу на моё имя, заверенную несколькими печатями. 
Также мне выдали небольшую бумажку наподобие почтового извещения, которое гласило, что мне нужно завтра в шесть утра отбыть от центральных ворот гимназии в Петербург, где моей конечной точкой прибытия должен был стать двенадцатый отдел полицейской канцелярии.
Рекомендую книгу Виктора Глебова "Агентство "Эргоном: Последний ассасин". Цикл: Эргоном: https://author.today/work/227879