Ненастоящий герой. Том 2 (СИ)
Сделав пару небольших глотков, фор Корстед вылил немного на ладонь и протер лицо и шею. Стало полегче. Над головой чирикнул неутомимый стриж, с любопытством наблюдавший за расположившимися внизу созданиями. Его даже не волновала крутившаяся вокруг стрекоза. Ну или она казалась птице не достаточно аппетитной.
Потянувшись, Радремон размышлял над тем с чего начать — проверить результат работы Алхимической Шкатулки или поупражняться немного в тени с новой шпагой, — как сонную тишину полуденной дремы неожиданно прорезал тонкий радостный крик.
Именно с ним из своего фургона буквально вывалился Налланномом. Поднявшись на ноги, и даже не думая отряхивать с одежды пыль и налипший лесной сор, он ошалело покрутил головой и, заметив маркиза, рванул к нему, хлеща себя по щекам собственными щупальцами.
— Рад! Я! Тут! Вот! Это! Ну! — затараторил он, схватив фор Корстеда за руки, после чего окончательно сбился и издал еще один радостный вопль.
К которому присоединился другой, более низкий — на поляну выбрался Банарв с не менее шальным чем у иллита взглядом. Дварф с разбегу врезался в Радремона с Налом, обнял их и принялся прыгать на месте даже слегка приподнимая обоих.
Маркиз сразу понял в чем дело.
Он заглянул в параметры группы и заметил выросшие значения здоровья у мужской части спаты. У Налланнома заодно подскочил запас маны, а у Банарва тот так и остался равен нулю.
— Получилось? — коротко спросил фор кор Корстед.
— ДА! — выпалил бородач. — Да, задави меня валун! С первого, люби его переломанный господь, раза! Руда и камни, не знаю как, но да!
— Вы там заткнетесь может быть⁈ — недовольно крикнул из-под соседнего дерева мужчина в расстегнутой рубашке. — Тут некоторые спать пытаются!
— Ты что сказал? — тут же взъерепенился дварф. — Ко мне решил лезть, дерьмо собачье? Иди сюда, говноед, я всех вас тут уделаю! Я и до этого уделал бы, а теперь вообще!..
Он пытался отцепить от пояса дубину, но случайно схватился за рукоять меча, ударил себя ножнами по ноге, споткнулся и чуть не упал. Рядом воинственно пыхтел иллит, топорща щупальца и хрустя костяшками пальцев.
Эк их проняло.
— Отставить резню! — скомандовал Радремон. Уж он-то догадался почему этим двоим понадобился всего один обряд для повышения ранга. Наконец стало понятно куда уходил опыт, выделяемый им за убийство монстров. Что ж, весьма удобно. Не как с уровнями, но тоже вполне себе неплохо. — Лишние ресурсы собрать и отдать эльфийкам.
Теперь этим двоим точно хватит. И без волшебного пенделя в виде опыта.
— Но, Рад, чего он… — начал было Нал, однако наткнулся на непреклонный взгляд маркиза и вытянулся по стойке смирно.
Рядом то же самое повторил улыбающийся от уха до уха Банарв.
— Есть, командир! — радостно отсалютовал он. — У тебя-то вышло? — и, получив утвердительный кивок, отправился выполнять приказ. — Эх, хорошо-то как!
Схема, значит, рабочая. Одной проблемой меньше. Теперь надо добыть эссенцию жидкого пламени. Ну и ритуал на второй ранг, естественно.
Гатонда, жди!
Глава 39
Караван медленно полз по извилистой пыльной дороге, с каждым днем неумолимо сокращая расстояние до Гатонды — столицы королевства Битос. Страны отнюдь не маленькой, с обширными территориями, захваченными и удержанными еще в смутные времена, наступившие после окончания эпохи Блуждающих Материков.
Битос имел плодородные земли, различные шахты (в том числе железнорудные), сильную армию и выгодное соседство с государством дварфов в Мадосских горах. Наличествовала граница и с эльфийским княжеством, однако с ним дипломатическая ситуация оставляла желать лучшего. Хотя до открытой войны дело уже пару веков не опускалось, и различные семьи успешно посылали друг другу «лишних» детей для обучения и укрепления связей.
Кроме того корона контролировала несколько древних, не до конца зачищенных данжей. В одних обитал настолько сильный монстр, что все попытки его победить неизменно заканчивались катастрофой, и их перестали предпринимать; другие же, наоборот, специально не проходили, чтобы время от времени убивать плодящихся в монстров. Таким образом обеспечивался весьма тонкий, но стабильный приток рем в королевскую казну.
Но основным преимуществом Битоса несомненно являлась Свита Темного Маршала. Этот род силой, деньгами, угрозами и хитрыми авантюрами распространил свое влияние на треть Ахалдаса. Его резиденции располагались не только в соседних странах, но даже и в тех, с кем Битос вовсе не имел границ. Размах организации поражал воображение, на нее трудились лучшие умы и руки трети континента, и, по слухам, они даже имели связи на Дуинитоне, куда время от времени отправлялись самые амбициозные члены рода.
А поскольку именно в Гатонде располагалась главная резиденция Свиты, то в тесных взаимоотношениях монарха и герцога Маруана фон Кацверта — патриарха главной семьи Темных Маршалов — не сомневался никто.
В общем дни сменялись днями, эльфийки, неистово завидуя Банарву с Налом, проводили все свободное время за медитациями и тренировками, стремясь как можно скорее их догнать; дварф в основном гремел молотом, совершенствуя кузнечное мастерство (его услугами так же пользовались рядовые торговцы каравана); а Налланномом пиявкой прилип к местному лекарю, донимая его бесконечными расспросами.
Радремон же шел вдоль самого края дороги, тщательно вглядываясь в подвявшую от недостатка влаги зелень. И стоило системе вцепить хоть что-то, обладающее полезными свойствами, как он от тут же срывался с места, чтобы срезать растение, а затем использовать его в своих опытах.
Навык травничества рос, как и навык алхимии.
Каждые шестнадцать часов маркиз доставал волшебную Шкатулку и проверял обновившиеся данные о различных рецептах. Он не стеснялся экспериментировать, а потому уже открыл состав лекарства от поноса, жгучую приправу к супу, увлажняющую мазь, три вида чрезвычайно вонючих газов и еще несколько зелий разной степени бесполезности.
В принципе, если бы Радремон хотел, он уже мог бы открыть свое дело и иметь неплохой доход. Однако, во-первых маркиз не желал привлекать лишнее внимание и афишировать свое умение, а во-вторых это получился бы бессмысленный перевод трофейных монет в фанталы. Пусть и по весьма выгодному курсу.
Дело в том, что Шкатулка принимала для работы исключительно купленные у старика колбы, а любая попытка перелить готовый продукт в иную тару заканчивалась мгновенным скисанием изделия. Поэтому фор Корстед просто-напросто выплескивал неугодные ему зелья, мыл склянки и запускал в дело по новой.
Хотя несколько раз раскошелится все-таки пришлось.
Пару сосудов он нечаянно разбил сам, еще три лопнули, после серии неудачных экспериментов (да-да, далеко не каждая смесь случайных трав давала результат), а еще в один Радремон высыпал горсть светящегося голубого не то песка, не то пыльцы, которую подарила ему маленькая девочка.
Кроха так искренне улыбалась и светилась простым детским счастьем, что сердце маркиза дрогнуло. В конце концов, где-то там своего отца ждали его собственные дети. И он к ним обязательно вернется!
Но главным достоянием, без всякого сомнения, стало-таки останавливающее кровотечение снадобье. Причем не простое, а улучшенное. Оно получилось, когда фургон качнуло на какой-то колдобине, и в колбу просыпалось немного ремной пыли. Фор Корстед тогда знатно выматерился и даже изобрел парочку новых ругательств, но зато в результате ему открылся последний недостающий ингредиент, да и эффект получился что надо.
Ввиду отсутствия того самого ингедиента (какого-то корпускного мха), Радремон сварил еще два зелья, используя ремную пыль (для стратегического запаса), и даже смешал ее в одной склянке с водой без добавления чего-либо еще. Так получилось микстура, способная разово снять любые эффекты контроля. Вот только необходимые для ее приготовления компоненты так и не открылись, и маркиз бросил это дело.