Улей. Книга 3 (СИ)
Дьявол не носит Prada. Бренды создаются для людей, чтобы потешить их тщеславие. Высокая мужская фигура в иссиня-черном костюме однозначно принадлежит человеку.
Я помню эти мысли… Я помню всё до мельчайшей детали. Свой отчаянный ужас и надвигающегося на меня похитителя, отхватившего идеальный набор хищника с расширенной комплектацией, и неподдельное сочувствие в прозрачно-голубых глазах похитителя в тот момент, когда я осознала, что меня не планируют возвращать домой. Я помню подавляющий волю низкий вибрирующий голос, парализующий взгляд и плавные жесты. Все в нем кричало об опасности, но я все равно умудрилась полюбить этого хладнокровного жестокого монстра. Не сразу, но безнадежно и навсегда.
Застыв, я обреченно наблюдаю за приближением крупного широкоплечего мужчины, отгоняя болезненные ассоциации. Конечно же, он не тот, кого я, несмотря ни на что, отчаянно надеялась увидеть.
А это значит — все гораздо хуже, чем я могла себе представить.
Эпилог
Мужчина, облаченный в черный костюм с выглядывающей белой рубашкой, делает несколько уверенных шагов и останавливается в метре от меня. Его пустой, невыразительный взгляд не несет в себе никакой угрозы и не вызывает во мне чувства опасности. Возможно, это апатия, но в данный момент мои защитные инстинкты молчат. Я не могу сходу определить его статус, но явившийся по мою душу незнакомец явно не из высшей лиги, и начинает он совсем не с тех слов, что произнес шесть лет назад его предшественник:
— Вы можете передвигаться? — говорит по-английски, но с заметным акцентом. Это не его родной язык.
— Ну я же как-то стою, — тяжело вздохнув, равнодушно пожимаю плечами. Нахлынувшая волна безразличия позволяет мне держаться спокойно и уверенно.
— Это хорошо, — удовлетворенно отзывается мужчина.
— Да уж. Лучше некуда, — ухмыльнувшись, я без особого любопытства рассматриваю его резковатые ассиметричные черты. Заурядная незапоминающаяся внешность, короткие русые волосы, крупное телосложение. Я не обладаю феноменальной памятью на лица, но абсолютно уверена, что мы никогда раньше не встречались.
— Ты из службы безопасности? — озвучиваю одно из возникших предположений.
— Руководитель службы безопасности, — уточняет мужчина. Бинго, угадала с первой попытки.
— Разве не батлер меня должен встречать?
— Этот вопрос вне зоны мое компетенции, — стандартный ответ из инструкции безопасника. Никаких разговоров с объектом, если они не связаны с выполнением поставленной задачи.
— Улей снова функционирует? — снова задаю вопрос не «по теме». Мне банально интересна реакция, но ее нет. Совсем нет.
Смерив меня внимательным взглядом, незнакомец, молча, прикладывает ладонь к едва заметному выступу на соседней стене, и та мгновенно разъезжается, открывая проход в просторный отсек с гардеробной и ванной комнатой.
— У вас полчаса, чтобы привести себя в порядок, — взглянув на наручные часы, сообщает он. — Через пять минут вам доставят завтрак. Постарайтесь уложиться в обозначенные временные рамки.
— А сервис, смотрю, изменился в лучшую сторону. Или у меня особые привилегии? — по старой привычке прячу нервозность за иронией.
— Вам стоит поторопиться, госпожа, — мужчина по-прежнему стойко игнорирует мои вопросы. Госпожа? Ого, что-то новенькое. Госпожа — это вам не какая-то жалкая пчелка.
— Почему я здесь? — не двинувшись с места, требовательно спрашиваю я, применяя самый «господский тон».
— Я вернусь за вами через полчаса, — невозмутимо отвечает несговорчивый мудак и, развернувшись, быстро ретируется из белой соты.
Снова оставшись в одиночестве, я быстро принимаю душ, наспех сушу волосы и обмотавшись полотенцем переключаюсь на заполненную до отказа гардеробную. Недолго думая, хватаю первую попавшуюся вешалку, нахожу в выдвижных ящиках нижнее белье своего размера с бирками от модного производителя. Одеваюсь буквально за минуту и придирчиво осматриваю свое отражение в зеркале.
Черное облегающее платье в пол полностью соответствует моему мрачному внутреннему состоянию. Село отлично, словно на меня сшито, и, благодаря Байкальскому загару я не выгляжу болезненно бледной. Этакая роковая брюнетка. Только алой помады не хватает.
Сто лет не носила платья и успела забыть, каково это — чувствовать себя сексуальной и женственной. Немного раздражает вырез на спине, открывающий верхнюю часть ненавистной татуировки. Я так и не нашла времени, чтобы ее свести, а, может, не особо сильно хотела избавиться от клейма принадлежности Улью.
Изучив полки с обувью, я останавливаю выбор на черных туфлях с высокой шпилькой. Без каблука вариантов, увы, нет, но вряд ли меня потащат с порога в игровую.
Завтрак (его принесли, пока я плескалась в душе) съедаю без особого аппетита, просто потому что надо. Через минуту уже не помню, что было в тарелках. Даже кофе показался абсолютно безвкусным.
Немногословный руководитель службы безопасности возвращается как раз, когда я допиваю последний глоток остывшего напитка.
— Следуйте за мной, — без лишних предисловий, коротко произносит он.
Сделав глубокий вздох, я расправляю плечи и послушно цокаю каблуками к выходу. Перешагнув границу белой соты, сразу попадаю в просторный лифтовый холл с облицованными белым мрамором стенами, зеркально-черным потолком и выложенным шахматной плиткой полом.
Резко остановившись, изумленно озираюсь по сторонам, не наблюдая ни одной знакомой детали.
Что это за место? Где гребаные соты?
Что самое поразительное — в закрытом пространстве, выполненном в строгом минималистическом стиле, нет ни одного панорамного окна, ни одной стеклянной перегородки, ни одного даже искусственного растения и ни одной живой души, кроме меня и моего сопровождающего.
Растерянно оглядываюсь через плечо, натыкаясь взглядом на ровную непрозрачную стену, где еще десять секунд назад находился проход в белую соту. Мой мозг взрывается, отказываясь давать какую-либо оценку происходящему.
Ясно одно — я не в Улье. Точнее, не в том Улье, где очнулась шесть лет назад. Может, это третий секретный объект Корпорации? Версия вполне рабочая. За то время, пока я колесила по миру, его вполне могли достроить и ввести в эксплуатацию.
— Вы идете? — поторапливает меня дико раздражающий конвоир.
Спрашивать у него о чем-либо — напрасная трата времени и нервов. Поэтому я согласно киваю и вместе с ним захожу в раскрывшиеся двери лифта. Тут тоже никаких стекол и гексагонов. Зеркальные стены и цифровая панель без указателей и наименований, на которой мой спутник быстро набирает двухзначную комбинацию цифр. Кабина начинает вибрировать и перемещаться, но я не могу понять, куда именно движется лифт — вверх или вниз.
Через минуту или чуть меньше звуковой сигнал оповещает об остановке, зеркальные створки бесшумно раздвигаются, выпуская нас из замкнутого пространства.
Я снова торможу, с глупым видом глазея по сторонам. Ненавижу чувствовать себя идиоткой, но иначе не выходит. Помещение, где я сейчас нахожусь подозрительно сильно напоминает роскошную офисную приемную.
Мягкие кожаные диваны и кресла для ожидания, столики с рекламными буклетами, куллеры с водой, автоматы с напитками и снеками, пустующая стойка ресепшен из натурального камня и, о боже, панорамное окно во всю наружную стену. Правда толку от него ноль, со своей локации я вижу только розовеющее предрассветное небо. Видимо, мы находимся очень высоко над землей.
— Почему здесь нет людей? — вырывается у меня, хотя на ответ я совершенно не рассчитываю, но мой сопровождающий неожиданно удивляет:
— Еще слишком рано. Рабочий день начнётся через три часа.
— Это офис…. — растерянно бормочу я, упираясь взглядом в единственную дверь.
Может быть, есть и скрытые, но мне однозначно нужно в эту. Туда, к слову, меня и ведут, как безропотную овцу на заклание. Дергаться, упираться и психовать — точно не вариант. Я даже почти расслабилась, а еще мне чертовски любопытно, что за страшный зверь прячется за респектабельной массивной дверью. И возможных вариантов только «человек без имени», но я склонна думать, что это не так.