Стеклянная свадьба
– Пожалуйста, полторы минуты, Фейт.
– Но знаете ли вы, что иногда бывает дождь из рыб и лягушек?
– Здорово.
– Я хочу рассказать вам об этом малоизвестном аномальном явлении природы. Все знают, что огромные дождевые облака приносят с собой грозы.
– Разве?
– Иногда в их нижней части формируются торнадо.
– Боже, у меня в нижней части вчера, похоже, тоже образовалось торнадо! Я съел вечером ядерное карри.
– Пролетая над водоемом, торнадо словно всасывают в себя лягушек и рыбу.
– Ну да!
– Когда шторм удаляется, торнадо стихает, а лягушки и рыбы падают с неба.
– Ну?!
– Бывали даже случаи, когда дуврская камбала падала в Темзу.
– Не рассказывай. Хорошо, Фейт. Три, два…
– Но, к счастью, такие случаи необычайно редки.
– Ноль. Спасибо.
– Увидимся через полчаса. Направляясь к офису, я увидела на столе для планирования экземпляр журнала «Белла». «Изменяет ли вам муж?» – вопрошал заголовок. Как обычно в эти дни, когда я видела что-либо о неверности, я тут же среагировала. Я схватила журнал и прочла его. Там рассказывались ужасные истории о женщинах, находивших чужие подвязки в корзинах для белья или, придя домой, застававших мужей на месте преступления с au pair. [51] Отдельно говорилось и о тех поистине кошмарных случаях, когда другая женщина решалась распустить язык и рассказать обо всем жене. Ширли из Кента нашла записку на ветровом стекле от любовницы своего мужа, а Сандре из Пенджа. Другая женщина позвонила по телефону и во всем призналась. Я тотчас же преисполнилась ужаса при мысли, что Джин может проделать нечто подобное. Мне казалось, будто я слышу ее угрожающую речь, звучавшую с акцентом, напоминающим по какой-то причине не мисс Джин Броди, а Ирвина Уэлша: [52] «Ну ты, милочка, выслушай меня, – угрожающе говорила она. – Я люблю твоего мужа!
– О нет!
– Не обманывай себя, женщина, – он влюблен в меня!
– Не говорите так!
– Мы встречаемся уже шесть месяцев.
– Боже мой!
– Он собирается оставить тебя и жить со мной!» Меня охватил такой ужас, что мне захотелось тотчас же позвонить Айану Шарпу и спросить у него, как мне быть в подобном случае. Но я не могла этого сделать, так как он настоятельно просит клиентов не звонить ему до конца расследования. И он прав: а) нет никакой возможности позвонить ему из нашего офиса с открытой планировкой и б) если я позвоню ему из дома, то его номер появится в нашем телефонном счете, а это значит, что Питер сможет его проверить. Так что мне придется проявить терпение и подождать, но я так расстроилась, что почти ничего не могла делать. Поэтому я была так тронута, когда Софи заговорила со мной в дамском туалете во время третьей рекламной паузы.
– С вами все в порядке, Фейт? – спросила она, когда я смотрела на себя в зеркало. И я решила, что это очень мило с ее стороны, ведь мы никогда прежде не разговаривали.
– О, со мной все в порядке, – ответила я. – В порядке. Спасибо. Все в порядке. Это правда. Да.
– Ладно, – сказала она. – Дело в том, что вы обычно такая веселая, а сегодня мне показалось, что у вас не очень хорошее настроение.
– О нет, нет.
– Что вы чем-то расстроены…
– Нет. Вовсе нет. Почему вы так думаете?
– Хотя бы потому, что вы только что опрыскали волосы дезодорантом.
– Разве? Действительно. Какая же я глупая… Просто я устала, – стала оправдываться я с нарочитой веселостью. – Тяжело приходится в такую рань, вот и все. Вы же сами знаете, каково это. Нарушенные биоритмы и все такое прочее. Но вы хорошо работаете, – добавила я, меняя тему разговора. – Вы блестящий ведущий и отлично держите себя с Терри. Я на вашем месте постоянно бы плакала. Во всяком случае, – продолжала я, пока она мыла руки, – мне кажется, что вас ждет просто фантастическое будущее на телевидении!
Похоже, мои слова ее удивили. Она состроила гримасу, и мне это показалось странным.
Следующие несколько дней тянулись мучительно медленно. Нервы мои были напряжены, и я почти не могла спать. Хуже всего было то, что имя Джин то и дело со всех сторон обрушивалось на меня. Актриса Джин Трипплхорн снималась в новом фильме – прочла я в «Мейл», а Джин Марш из сериала «Вверх, вниз», писали в «Хэлло!», покупала новый дом. В телевизионной программе передач сообщалось о новой драме, снятой по роману Джин Плейди, и о ретроспективе старых фильмов с участием Джин Симмондз на четвертом канале. Я вздрагивала даже тогда, когда при мне кто-нибудь заказывал джин с тоником. Мне стоило невероятных усилий заставить себя чем-то заняться, пока невыносимо долго тянулась неделя. Я закончила читать «Мадам Бовари» – как дорого она заплатила за то, что разрушила свой брак; иногда ходила в клуб и плавала, поучаствовала в нескольких конкурсах и много времени проводила в обществе Грэма. Каким-то образом мне удавалось устоять перед страстным искушением каждые десять секунд звонить Айану Шарпу. Но я все время представляла себе, как он всюду следует за Питером. Бедный Питер, думала я и ощущала себя предательницей, испытывая жалость к нему. Честно говоря, мне было трудно смотреть ему в глаза, но, к счастью, он был очень занят на работе на этой неделе и мы почти не виделись. Он сказал, что у него три ленча, две презентации и встреча с Энди, ну конечно. И мне очень хотелось узнать, будет ли на одном из этих ленчей Джин и какой ресторан они выберут; что друг другу скажут; будет ли он пожимать ей ножку под столом или произойдет кое-что похуже, а также меня интересовало, испытывает ли она, будучи шотландкой, традиционный комплекс вины, встречаясь с женатым мужчиной. Я вела подробный дневник своих переживаний, так что смогу предоставить Лили неплохие цитаты для ее статьи. Затем наконец-то ужасный день настал, и я снова отправилась на встречу к Айану Шарпу.
Сердце мое бешено колотилось, когда я стучала в застекленную дверь. У меня было такое ощущение, будто я жду результатов какого-то очень важного медицинского обследования. Я глубоко вдохнула и приготовилась к худшему.
– Скажите мне, – взмолилась я. – Я просто должна знать.
– Миссис Смит, – не спеша начал он, – мне абсолютно нечего вам сказать.
– Нечего? – чуть слышно переспросила я. – О!
– Я не нашел никаких доказательств неверности вашего мужа.
– Никаких? – с любопытством спросила я, вдруг ощутив, что испытываю в большей степени удивление, чем облегчение.
– Никаких, – снова повторил он, пожимая плечами. – Ноль. Nada. [53] Пшик.
– Вы уверены? – опять спросила я, ощущая теперь некоторое недовольство. В конце концов, это означало, что я ошибалась.
– Уверен на девяносто девять процентов, – ответил он.
– Но как насчет тех ленчей, о которых он предупреждал? – спросила я. – Я думала, что он мог встречаться с ней.
– Даже если он встречался с «ней», миссис Смит, уверяю вас, у них нет никакого романа. Во всех случаях он вел себя абсолютно прилично – беседовал со своей спутницей, платил по счету, прощался и возвращался на работу. Вот, – раскрыл он свою потрепанную папку. – Я вам сейчас покажу. Вот он на ленче с этой дамой.
– Это Люси Уотт, – заметила я, рассматривая черно-белую фотографию. – Она автор.
Он вытащил еще один снимок.
– Что вы можете сказать по поводу этой дамы?
– А. Это литературный агент. Я с ней встречалась однажды. Кажется, она работает у Тротта.
– Я сидел за соседним столиком, миссис Смит, и ни один раз поведение вашего мужа ни в коей мере нельзя было назвать фривольным. Еще у вашего мужа был ленч с этим мужчиной на Шарлотт-стрит, – сказал он, протягивая мне еще одну фотографию.
– Не знаю, кто это, – заметила я. – Возможно, «охотник за головами», Энди Метцлер.
– Как-то ранним вечером он встретился за бокалом вина в Куаглино с этой женщиной.
Я посмотрела. Снимок был немного зернистым. За столом с Питером сидела привлекательная блондинка, примерно моего возраста, которую я никогда прежде не видела. И хотя Питер улыбался ей, ничего предосудительного он не делал. По правде говоря, он казался немного скованным.