Почта Приграничья 2
Огонь, покончив с бывшим старостой, вернулся к Олегу, и тот с удивлением уставился на свою коптящую руку, куда он и впитался… А вскоре и она погасла, а самого почтаря словно подбросила вверх загадочная сила, и он перестал дышать.
* * *
Почтарь открыл глаза и увидел небо с постоянно меняющими положение звездами. Олег был в Нави и чувствовал себя как после попойки с дракой. Так же разбито и тошно. Но при этом с каким-то удовлетворением.
— Очнулся, — послышался чей-то знакомый голос.
Олег повернул гудящую голову в сторону звука и увидел какую-то девочку с короткой стрижкой, но очень родными чертами лица.
— Настя? — еле ворочая языком, спросил он.
— Ага, — радостно кивнула девочка, и почтарь теперь уже точно узнал ее.
— Ты тоже погибла? — спросил Олег. — Что с волосами? Где твои косы?
— Сильно обгорели на пожаре, — грустно ответила Настя. — Пришлось состричь. Оковиц больше нет… Но почему ты думаешь, что мы погибли? Мы живы — и ты, и я. Богша, Хотен, Храбр — они тоже живы.
— А?.. — Олег закашлялся.
— Если ты обо мне, то я тоже здесь, — над почтарем склонилась Мара. С ровно причесанными темными волосами и идеальной человеческой улыбкой. Никаких следов черного пламени и чудовищных шрамов. — Маленькая девчонка бросила твое тело в лодку, чтобы условия для возвращения сработали, а потом сама села на весла и перевезла меня на мой берег. А здесь уже под пологом Нави мои силы быстро восполнились, и я полностью пришла в себя.
— Одна? — почтарь даже нашел в себе силы слегка приподняться и никого не увидел.
— Я прилежная ученица, Олег, — улыбнулась маленькая ведунья. — Мне помогли донести тебя до лодки, Богша поддерживал твои раны… А уже здесь Мара окончательно спасла тебя.
— Не без помощи мамы, — усмехнулась дочь богини смерти. — Сама-то она спасибо не скажет, а так хоть я отблагодарю. Печати на тебе больше нет, можешь радоваться. Хотя любой бы на твоем месте, наоборот, лил бы слезы. Но ты же странный человек, Локов.
— Спасибо, — Олег позволил себе немного расслабиться и снова рухнул на спину.
— Я предлагала матери одарить тебя, — Мара неожиданно снова заговорила. — Но она сказала, что не стоит привязывать тебя к нам. Так что пусть свобода, которую мы тебе оставили, и будет твоей наградой.
— Спасибо, — Олег еще раз кивнул. Со стороны слова дочери Мораны могли показаться настоящим издевательством — ну как можно считать наградой то, что с ним ничего не сделали? Но почтарь уже успел хорошо понять, что собой представляют сильные мира сего, и то, что ему позволили сохранить свободу воли после того, как он заинтересовал настоящих небожителей — это действительно был очень и очень серьезный подарок.
— Прощай…
Мара развернулась и пошла в темноту, сверкая белым одеянием. Вскоре она скрылась из виду. Олег же собрался с силами, оттолкнул себя локтями от земли, привстал. Настя помогла ему подняться на ноги, и почтарь удержался, хотя при этом его невыносимо шатало.
— Идем к лодке, — сказала Настя. — Ты же знаешь, мы должны покинуть Навь до рассвета.
— Владимирович мертв? — Олег ковылял к берегу, а маленькая ведунья бережно придерживала его, несмотря на свой маленький рост.
— Ты сжег его, — ответила она. — Его и почти всех двойников Юдаса. К сожалению, паре из них вроде бы удалось сбежать, и сам страж Калинова моста тоже, естественно, исчез. А вот кабана и двоедушника Влада убили дружинники Хотена. Их самих очень много погибло, больше половины…
Олег молча кивнул, принимая в себя боль, которая прямо-таки сквозила в голосе девочки. Больше пятидесяти человек, половина дружины Хотена, славные воины. Они погибли не зря, защищая Приграничье, страну и весь мир. Правда, как говорит Настя, им все же не удалось спасти Оковицы. Что ж, были бы люди, а деревня появится. И старосту нового уже ведь наверняка выбрали…
— Всемил наконец-то дождался своего часа, — улыбнулась маленькая ведунья, словно прочитав мысли Олега. — Командует теперь восстановлением Оковиц.
— Хочется домой, — просто сказал почтарь.
— Уже скоро, — Настя помогла ему забраться в качнувшуюся лодку. — Эх, тяжелы весла…
— Я помогу, — пробормотал почтарь, чувствуя, как силы постепенно возвращаются к нему. — Следи лучше за рекой.
— Потому что пока ты на стороне Нави, ты все еще подвергаешься риску, — с улыбкой процитировала Настя «Книгу почтарей».
Гребки отдались болью во всем теле Олега, но тот лишь поморщился, ничем больше не выдав своего состояния. Он — почтарь, последний из Локовых, и должен с достоинством нести свою славную фамилию. Потому что теперь ему не нужно найти и убить своего врага, он просто планирует жить. По-настоящему… А еще — тут взгляд Олега упал на грозно сверкающую глазами Настю — он больше не один. Даже здесь, между Навью и Явью!
Оковицы, пожарище, неделю спустя
— Не могу поверить, что Хотена забирают отсюда, — Настя привычно тряхнула головой, не сразу опять вспомнив, что новые косы отрастут не скоро.
— Обычная ситуация, — пожал плечами Олег. — С одной стороны он не ошибся, доверившись нам, и принял участие в операции по уничтожению последнего потомка Владимира. А с другой, официально это считается самоуправством. Столицу же он не предупредил, посланницу князя не уберег. А тут еще такое дело… Почтарь применил в битве темное мастерство. Хорошо, что в деревне все единогласно решили об этом не рассказывать. А то бы и моя голова полетела, и сотника. Хорошо еще, что фигурально выражаясь…
Они сидели во вновь открывшемся «Одиноком гусляре», здание которого отстроили еще больше и просторнее. Почтарь потягивал сбитень, а Настя яблочный сок.
— Зато теперь его точно повысят, — усмехнувшись, добавил Олег о Хотене. — Тут он вроде как дел натворил, а в целом страну спас. Пусть и не сам. А из Храбра, я уверен, тоже хороший сотник получится.
Он замолчал и погрузился в раздумья. За прошедшее время Олег и маленькая ведунья стали очень близки, и оба знали, что долго сидеть вот так в обеденном зале новой гостиницы они не смогут. Великий Договор оказался спасен, и никто не отменял труд почтарей.
— А знаешь, — первой решилась озвучить очевидное Настя. — Я ведь так даже до половины дюжины не дошла. Копии Юдаса не засчитываются, так как он сам выжил. Обидно.
— Всемил рассказывал, что в Трунове волколаков видели, — хитро прищурился почтарь.
— Так чего же мы тут расселись? — с наигранным возмущением воскликнула Настя.
И оба весело рассмеялись.
Конец второй книги.
* * *
Олег раскрыл тайну своей семьи, Настя нашла настоящего друга и наставника. Они много прошли вместе и еще больше их ждет впереди, но, как говорят, это уже совсем другая история.