Почта Приграничья
– Ты, наверное, забыл, почтарь, с кем имеешь дело? – она вскинула носик, смотря на своего напарника как бы сверху. – Я не просто Анастасия из рода Маловых, я еще и урожденная ведунья, признанная в отличие от некоторых. И ты всерьез сейчас у меня спросил, могу ли я отличить друг от друга растения для печати? Да я ее тебе за пять минут сделаю!
– Лучше не надо, – почтарь словно бы не обратил внимание на выпад девчонки. – Отвар для чернил варится ровно час, так что не стоит спешить и нарушать рецепт. А то вряд ли у нас будет время, чтобы начинать все заново. А сейчас идем. И под ноги смотри.
– Я и так смотрю! Как я еще, по-твоему, пион найду с папоротником? – фыркнула красная как помидор Настя, раздосадованная тем, что умудрилась так подставиться с этими пятью минутами. И до чего же глупо получилось: секунду назад говорила, сколько всего знает, а потом такая детская ошибка.
– Да я не об этом, – добродушно ответил почтарь. – Тут просто змеи водятся, под ноги надо смотреть…
Хорошо, что Олег в этот момент не смотрел на девочку – как она подскочила на месте! Хорошо еще, что не ахнула и не ойкнула, сдержалась. Опять подловил ее почтарь, не мог последнее слово за ней оставить. Но сейчас лучше и впрямь не терять время на взаимные шпильки, а хорошенько подготовиться. Необходимые для печатей наговоры Настя хорошо знала, сухой пергамент был аккуратно сложен в ее сумке, и теперь нужны только два растения да телячья кровь. Так, а вот, кстати, и заросли папоротника.
Девочка аккуратно нарвала несколько листьев, отщипывая по одному с каждого растения, чтобы не загубить ростки целиком и не прогневить духов леса. А пион обнаружился уже на входе в деревню – так как это растение частенько использовалось не только в ритуалах, но и в целительных смесях, его специально выращивали в населенных пунктах – об этом Настя хорошо знала, безошибочно выделив нужную клумбу.
– Молодец, – одобрительно посмотрел Олег на ее приготовления. – А теперь нам нужно поторопиться, смотри, как луна поднялась…
Тревожно было не только почтарю и почуявшей неладное юной ведунье, но и всем жителямОковиц. Несмотря на поздний час, многие из них еще были на улице, но жались при этом к пожарному депо, стараясь держаться друг к другу как можно ближе. Плакали дети, которых некоторые женщины зачем-то взяли с собой, скулили старухи, перемежая свой скулеж с защитными наговорами.
– Давайте домой! – крикнул, испуганно обернувшись при звуках шагов Олега и Насти вихрастый парень, который поддерживал сегодня на сходке Всемила. – Любава, Лебедина! Детей-то зачем потащили!
– Здесь бабка Ведара, она защитит! – плачущим голосом отозвалась одна из девушек, и вихрастый, вздрагивая от каждого звука, вновь принялся уговаривать ее пойти в дом.
По площади пробежал Мышата, с ним какой-то мужик, но вроде не Влад, присмотрелась Настя. Староста о чем-то прямо на ходу переговаривался со своим спутником, но слов было не разобрать – слишком далеко. Впрочем, почтарь этому был только рад – общаться сейчас со старостой ему явно не хотелось. И дело тут было не только в старых обидах, но и в данном обещании.
– Олег! – раздался знакомый испуганный голос.
Почтарь тяжело вздохнул, а Настя так и вовсе помянула злыдней. Опять эта Снежана, думала девочка, и чего ей от Олега вечно нужно? Вон он как скривился, лишь только ее услышал.
– Что происходит? Ты знаешь? – задыхаясь то ли от волнения, то ли от быстрого бега, спросила Снежана, глядя на почтаря округлившимися глазами. – Страх-то какой! Неужели Навь на нас атакой пошла, как Всемил рассказывал? Предупреждал же он, и почему староста его не послушал!
– Вот что, – мрачно сказал Олег, остановившись, – бери-ка ты детей, Снежа, и запрись в доме. Муж где?
– Убежал куда-то мой муж, – сердито ответила женщина, и страх ее словно бы в тот же миг улетучился. – Не могу, говорит, Снежа – ужас какой-то гонит из дома… А детьми мы так и не обзавелись…
Только Настя подумала, что сейчас им придется тратить время на то, чтобы довести бывшую подружку Олега до ее дома, а по пути еще и выслушивать грустную историю замужней девицы, чей супруг оказался трусом, как все неожиданно завершилось совсем по-другому.
– Боишься? – Олег посмотрел на свою старую знакомую, почему-то немного наклонив голову набок, словно пытаясь что-то высмотреть у нее в зрачках.
– Боюсь!
– Так иди домой и жди, пока мы со всем разберемся!
И, не дожидаясь ответа, Олег двинулся в сторону гостиницы, напоследок что-то невнятно пробормотав замершей посреди улицы Снежане. И Настя, внимательно прислушивавшаяся к разговору, готова была поклясться, что это был не какой-нибудь наговор, а простое и хлесткое ругательство человека, который хотел, чтобы его оставили в покое. С одной стороны, это было грубо, особенно с точки зрения столичных правил приличия. Но с другой, в душе девочки неожиданно затеплилось странное облегчение. Вот не нравилась ей этазлыднева Снежа, и все тут.
– Что тут происходит? – спросила Настя, когда они поднимались по ступенькам гостиницы, оставив позади трясущихся от страха жителей и женщину из прошлого почтаря с ее проблемами.
– Смотри, луна-то какая, – покачал головой Олег. – Кто-то бродит вокруг деревни или уже в ней, вот народ и боится. А ты ничего не чувствуешь?
Настя задумалась – а ведь и впрямь какое-то странное чувство, словно аптахи по душе пробежались.
– Такой сильный страх только в одном случае может быть, – нахмурившись, покачал головой Олег, когда девочка поделилась с ним своими переживаниями. – По крайней мере, как мне самому известно…
– Что? – мгновенно заинтересовалась Настя. – Ты о чем?
Олег не ответил, открыл дверь и пропустил ее вперед, по-прежнему хмурясь. Сонный гостиничный сторож, прикорнувший за столом, впустил их, хлопая слипающимися глазами и хотел было предложить иван-чая, но почтарь отмахнулся, и довольный мужичонка вновь завалился спать. Олег же уверенными шагами двинулся к кухне и, немного потоптавшись с газовой лучиной, нашел подпол с мясом. Нырнул, попыхтел там, обо что-то споткнулся, пробормотав какой-то незнакомый Насте наговор, а потом вынырнул обратно, держа в руке две колбочки с нацеженной телячьей кровью. Как Олег это сделал, девочке даже думать не хотелось. Но потрудиться, чтобы извлечь кровь из заготовленных мясных кусков, ему явно пришлось.
– На худой конец можно было мышиную кровь взять, – довольно проговорил он, разглядывая в свете лучины содержимое колбочки. – Но это бы надолго печать не связало.
– И это мягко сказано, – насмешливо подтвердила Настя. – Вот еще выдумал, мышиную кровь…
– Ты знаешь, не всегда под рукой есть нужные ингредиенты, жизнь порой заставляет крутиться, если хочется жить, – Олег серьезно посмотрел на ведунью, словно пытался втолковать ей важную истину. Впрочем, так оно, по сути, и было. – Ладно, давай сюда пергамент. Если все, как я думаю, только телячья кровь и подойдет. Да и то ненадолго…