Миллион миров
– Я понимаю продуктовые и сувенирные, они как аттракционы и музеи. Но зачем ходить по техническим магазинам? – вздохнул Фокс. – Только тоску на себя нагонять. Можно же всё заказать с доставкой.
– В магазинах гораздо дешевле, приходи и забирай, – пожала плечами бывшая принцесса. – Компании дают наилучшие условия при личном визите, такова экономика. И вообще, я раньше почти никогда не ходила за покупками и думаю, что это очень интересно!
Она впервые по-настоящему улыбнулась.
– Так что выше нос, Фокс-младший.
«Я тебе покажу младшего» мысленно пообещал Одиссей.
Но следующий сектор его и правда приободрил. Шейный мученик с удивлением и надеждой взирал на раскинувшиеся вокруг цветастые ландшафты, состоящие из мягкой мебели, полные манящих посадочных мест. Это были холмистые луга и долины, украшенные диванами, креслами, оттоманами и флюксами всех цветов, размеров и форм.
– «Нибодак»!
– Нет, «Лавфлюис»!
Они стояли меж двух шикарных диванов и спорили, какой взять. Прямо как семейная пара.
– Он слишком вычурный, на таких спят манерные дивы. Я буду чувствовать себя не в своей тарелке.
– Зато на своём диване, – фыркнула Ана. – И, кстати, дива из тебя однажды вышла хорошая.
Будущий дивановладелец с сомнением посмотрел на «Лавфлюис» и недоверчиво скривился.
– Да, он немного весь розовый, – кивнула Ана, – Зато у «Нибодака» нет рефлективной функции. Как вообще можно спать без рефлективной функции?
– Как спали наши предки на протяжении тысяч лет, – назидательно ответил парень без апгрейдов. На что изнеженная королевским воспитанием девушка посмотрела на него, как на дикого аборигена, которого нужно срочно перевоспитать.
– Ещё у «Лавфлюиса» технология второй кожи, – заметила она. – Вот, читай сам.
– «На время сна поверхность дивана становится продолжением вашей кожи и обеспечивает глубокое очищение, а также питательную минерализацию через дермальные поры», – прочитал детектив и помотал головой. – Брр, звучит ужасно, я уже не хочу быть дивой.
– Ну, немножко так себе, – согласилась Ана. – И очищающая функция не означает, что с таким диваном не надо мыться. Но будешь просыпаться бодрым и свежим, удобно.
– Ты-то откуда знаешь? Тебе эти примочки никогда не были нужны, – поднял брови Одиссей. – Твои королевские контуры наверняка обеспечивали идеальный обмен веществ, постоянное очищение и ещё пятьдесят функций. Небось, ты и мылась-то в последний раз… примерно никогда.
– Королевские функции у меня забрали, – сухо ответила девушка. – Оставили только улучшения привилегированных граждан империи. Так что нам понадобится нормальная мульти-ванная капсула.
Она слегка покраснела.
– Вместо твоей примитивной туалетной.
Фокс вздохнул, но возражать было нечему. Он вообще-то любил тратить деньги на всякую интересную фигню.
– Дива! – Ана артистично махнула рукой и театрально бухнулась на розовый диван.
И глядя на неё, полную ожиданий и надежд, Одиссей против воли рассмеялся.
Заказав дивный «Лавфлюис» (за четыре тысячи, половину стоимости малого трейсера!), он согласился ещё и на хороший стол для обедов и общих сборов, а затем купил к нему пять кресел-трансформеров с цепким ворсом, которые можно было прилепить хоть на потолок.
– Зачем пять? – удивилась Ана. – Ведь нас трое: ты, я, да Фазиль.
Остальные обитатели «Мусорога» в креслах не нуждались.
– Пока трое, – согласился Одиссей. – Но нарративное мифотворчество подсказывает, что этим дело не кончится.
– Хочешь сказать, мы главные герои, и в следующей главе к нам прибьётся агрессивный и туповатый, но вызывающий симпатию вояка? – с иронией спросила Ана. – А за ним яркий и харизматичный представитель какого-нибудь меньшинства?
– Ты явно смотрела сериалы, – одобрительно улыбнулся Фокс.
И купил пять кресел.
Ещё час они летали по секциям и выбирали всякие милые и удобные штуки, которые грозили и в самом деле превратить неуклюжий бронированный мусоровоз в уютный дом. По крайней мере, часть «Мусорога»: угол того самого зала номер 3, где высилась мусорная гора, тянулись ряды нестройных полок с продуктами, и где за бронированной плитой прятался древний корабль сайн.
– Смотри, Конфигуратор! – воскликнула Ана. – Я думала, таких уже не найдёшь!
Громоздкий аппарат затрясся, заискрил, практически задымился, от него пахнуло неописуемой смесью запахов. Он выплюнул на выходную ленту аккуратный стульчик с мягким сиденьем и резной спинкой.
– Отлично, – потирая руки, одобрил элегантный этноид в полосатом шарфе и шляпе, он даже прищёлкнул лакированными ботинками. – Теперь ещё одиннадцать таких же.
– Создание двух идентичных объектов не предусмотрено программой Конфигуратора, – пробурчала машина.
– Что?!
Платформа покинула зал, и Одиссей с Аной так и не узнали, чем закончилась эта история.
– Что-то я разрываюсь между личной капсулой и этой винтажной кроватью, – задумчиво говорила Ана, теребя желтеющий локон. – В кровати можно спать только лёжа, это конечно смешно. Зато она такая стильная и антуражная. А в капсуле хоть вниз головой, она скорректирует биоритмы. Включаешь режим сновидений, и… Куда ты уставился?
Одиссей, не отрываясь, смотрел на маленькое кресло-колыбель, стоящее в дальнем углу. Оно было почти скрыто за могучей лурианской кроватью-дворцом, рассчитанной сразу на пятерых (у пятиполых лурианцев бурная личная жизнь). Но Фокс его заметил. Овальное кресло походило на уютное мягкое гнездо миролюбиво-серого цвета, лёгкое и пушистое, будто сплетённое из шерстяных волн. Черты Одиссея неуловимо отвердели, в чёрном глазу мерцала далёкая звёздочка: красная, зелёная, синяя.
– Фокс-младший! – льдистым тоном потребовала девушка, которой не нравилось, когда её оставляют вне контекста. – Ты чего там нашёл?
– Твоё новое спальное место.
Детектив во мгновение ока вскинул свой верный инфо-кристалл и метко сверкнул им, пытаясь купить гнездо. Но приятного «дзынь» так и не раздалось. Промашка? Фокс попробовал снова, и ещё раз, но колыбель и не думала покупаться.
Одиссей уже почти бежал в её сторону, лавируя сквозь диванные завалы, Ана ловко и грациозно двигалась следом, и совершенно не напрягаясь перемахнула двухметровый топчан. Подбежав, они заметили, что над колыбелью мерцает маленькая аккуратная визиограмма: «Товар повреждён, замена: 2 витка».
– Что?.. – изумился сыщик, и на мгновение замер, но тут же просиял. – Гениально!
– Что гениально? – пытаясь успеть за галопом его размышлений, нервно спросила Ана. – Ну бракованный товар, и что? Думаешь, в IKEA не бывает брака?
– Это не один из товаров IKEA, – очарованно сказал Одиссей. – Кто-то тайком пронёс его сюда и поставил визиограмму без конкретной даты! Хотел надолго спрятать посреди миллиона разных кроватей и диванов. Скрыть у всех на виду.