Прикосновение тьмы

Сегодня ее привычный распорядок дня был нарушен.
Она посмотрела на часы, сидя за любимым столиком в «Кофе Хаус». Она ждала сообщения от Лексы. На предстоящих выходных подруга праздновала день рождения, и они планировали сходить куда-нибудь с Джейсоном, Сивиллой, Аро и Ксерксом. А пока ей нужно было закончить последнюю статью о боге мертвых.
Написание статьи оказалось для нее более болезненным, чем она ожидала. Персефона писала со слезами на глазах и стиснутыми зубами. В результате публикация задержалась. Она не ожидала от себя такой эмоциональности, но ей так много пришлось пережить за последние шесть месяцев… Переживания и стресс из-за выполнения условий ее контракта с Аидом сделали свое дело. Вопреки здравому смыслу она влюбилась в бога и теперь пыталась выяснить, как же ей снова собрать кусочки своего разбитого сердца воедино.
Проблема была в том, что они уже не складывались вместе, как прежде.
Она изменилась.
И это было одновременно прекрасно и ужасно. Она обрела контроль над своей жизнью, разорвав те связи, что были у нее раньше. Люди, которым она доверяла шесть месяцев назад, уже не являлись таковыми.
Самым болезненным из всего этого стало предательство ее матери и последующее молчание. После того как Персефона разрушила оранжерею, Деметра держалась от нее на расстоянии. Персефона не знала, где сейчас ее мать, хоть и подозревала, что та в Олимпии.
И все же она ожидала получить от нее хоть какую-то весть – даже простое гневное сообщение.
Молчание стало для Персефоны ударом в самое сердце.
Ее телефон зажужжал – пришло сообщение от Лексы: «Готова к сегодняшнему вечеру?»
Она ответила: «Ты же знаешь! Ты уже решила?»
Лекса еще не решила, где хочет отметить. Они обе сошлись на мнении, что «Неночь» и «Ля Роз» абсолютно исключены.
«Выбираю между “Вакхией” и “Вороном”». Бар «Вакхия» принадлежал Дионису, а «Ворон» – Аполлону. «Что думаешь?»
«Хм-м. Определенно “Ворон”».
«Но ты же терпеть не можешь музыку Аполлона».
Это правда. Персефону ужасал каждый новый альбом бога света. Ее раздражала его манера читать текст, а у него в клубе играла только эта музыка.
«Но это же твой день рождения, – напомнила Персефона. – А «Ворон» больше в твоем стиле».
«Тогда решено. Идем в «Ворона»! Спасибо, Персефона!»
Несмотря на то что теперь они с Лексой виделись реже, Персефона была счастлива за подругу. Рядом с Джейсоном Лекса расцвела, и она навсегда останется в долгу перед двумя этими смертными за услугу, которую они ей оказали. Особенно перед Лексой, которая оставалась рядом с ней целую неделю, пока Персефона отходила от разрыва с Аидом, и смогла сохранить живой Минфу-мяту, о существовании которой богиня напрочь забыла, оставив на подоконнике на кухне.
Она планировала вернуть нимфу в подземное царство, но у нее не хватало смелости встретиться с Аидом лицом к лицу.
Она написала Лексе, что собирается уходить, и начала собирать вещи, когда на ее стол вдруг упала тень. Она подняла глаза и встретилась взглядом со знакомой парой темных глаз.
– Геката! – Персефона вскочила и обвила руками шею богини. – Я так по тебе скучала.
Геката обняла ее в ответ и с облегчением вздохнула.
– Я тоже по тебе соскучилась, моя милая. – Она отстранилась и всмотрелась в лицо Персефоны, чуть сдвинув брови. – Мы все соскучились.
Богиню накрыло волной вины, она сглотнула. Фактически она всех избегала.
– Присядешь со мной?
– Конечно. – Богиня колдовства села рядом с Персефоной.
Богиня весны все никак не могла перестать глазеть на Гекату. Та выглядела совершенно иначе в своем смертном обличье – с заплетенными в косу волосами и длинном черном платье вместо царственной мантии.
– Надеюсь, я тебе не помешала, – добавила Геката.
– Нет, я просто… работала, – ответила Персефона.
Богиня кивнула. Несколько мгновений они обе молчали, и Персефоне стала ненавистна эта неловкость, возникшая между ними.
– Как там все? – осторожно спросила она.
– В печали, – ответила Геката, и Персефона почувствовала укол в груди.
– Ты ведь не из тех, кто ходит вокруг да около, Геката?
– Возвращайся.
Она не могла поднять взгляд на Гекату. Ее глаза горели.
– Ты знаешь, что я не могу.
– Какая разница, что вы нашли друг друга благодаря этому контракту? – спросила Геката.
Персефона широко распахнула глаза и посмотрела на богиню колдовства.
– Он тебе рассказал?
– Я сама спросила:
– Тогда ты знаешь, что он обманул меня.
– Разве? Насколько я поняла, он сказал тебе, что твой контракт никак не связан с его пари с Афродитой.
– Ты не можешь утверждать, что он не задумывался о том, что я могу помочь ему выполнить его контракт с ней.
– Я уверена, что он думал об этом, но только потому, что уже был влюблен в тебя. Разве в его надежде было что-то плохое?
Персефона молчала, пытаясь все осмыслить. Геката пришла сюда, только чтобы попытаться убедить ее вернуться к Аиду?
Она знала ответ – но он был намного сложнее, чем просто «да».
Богиня колдовства пришла, чтобы убедить ее вернуться в подземный мир, царство людей, которые считали ее своей королевой, – к ее друзьям.
Она знала, что Геката права. Какая разница, что они обрели любовь друг к другу благодаря контракту? Люди как только не находят свою любовь.
Но самое болезненное для нее было то, что, когда она призналась Аиду в любви, он не сказал того же в ответ. Он вообще ничего не сказал.
Она чувствовала, что Геката наблюдает за ней. А потом богиня спросила:
– Как думаешь, тебе удалось выполнить условия контракта?
Персефона смущенно взглянула на нее:
– Я… кое-что вырастила.
Оно не было прекрасным. Она даже не была уверена, что это можно назвать растением, но оно было живым, и этого было достаточно.
Геката покачала головой:
– Я не о растениях. Ты выполнила контракт, потому что создала жизнь внутри Аида. Потому что принесла жизнь в подземное царство.
Персефона отвела взгляд и закрыла глаза. Ей было невыносимо слышать это.
Потом Геката прошептала:
– Без тебя там уныло и безрадостно. – Она взяла Персефону за руку. – Ты его любишь?
От этого вопроса слезы подступили к ее глазам, и она яростно смахнула их, прежде чем едва слышно выдохнуть:
– Да. – Она всхлипнула. – Да. Мне кажется, я любила его с самого начала. И поэтому мне так больно.