Новая Инквизиция II
— Нет! Юра! Юра-а-а! Очнись! Юра!
Умар принялся трясти тело своего командира, но кто-то беспардонно схватил ефрейтора и отволок подальше от павшего смертью храбрых майора.
— Успокойся, — требовательно просипел какой-то незнакомый штурмовик. — Отмучался твой напарник.
— Нет-нет! Ему нужно помочь! Мы должны…
— Отставить!!! — рявкнул сослуживец так, что затрещали мембраны динамиков. — Ничем уже ему не поможешь!
Обессиленно опустившись на обожженную влажную землю, новобранец завис, уставившись в одну точку. Потом он встрепенулся, и принялся колотить разбросанные трупы упырей, превращая и без того пострадавшие останки в настоящий фарш.
— Суки-суки! Су-у-уки!!! Твари! Грязные мрази! Вонючая падаль…
Чьи-то крепкие руки опять оттащили новобранца, попутно отвесив воспитательную оплеуху по шлему. И Сынок уже собирался кинуться в драку, наплевав на все уставы, приличия и условности. Однако все тот же незнакомец не сплоховал и смог его удержать, не позволив себя ударить.
— Остынь, боец, ты уже ничего не можешь сделать, — печально проговорил он, и тон его голоса внезапно погасил разгорающийся в новичке пожар гнева. — Давай лучше твоему командиру поможем. Надо его в последний путь проводить достойно, без ругани и скандалов.
— Да… наверное, ты прав, — тихо отозвался Умар, тщетно силясь проглотить возникший в горле ком.
— Вот и молодец, — похвалил инквизитор. — Давай, подсоби мне, попробуем с вояками договориться, глядишь подбросят нас.
Закинув полуоторванную руку Факела ему на живот и ухватившись за выступающие наплечники, Салманов побрел куда-то, не ведая ни времени, ни направления. Он просто бесцельно переставлял ноги, видя напротив себя лишь слабо мерцающий крест визора своего добровольного помощника. Куда он его вел, новобранец не понимал. Но где-то в глубине души осознавал, что коллега явно более опытен, а потому стоит к нему прислушаться.
— Мужики, — словно сквозь толщу воды расслышал чей-то разговор Умар, — помогите нашего «двухсотого» до точки довезти.
— Не вопрос, грузите. Помощь нужна?
— Сами справимся…
Все остальные хлопоты слились для молодого парня в какую-то смазанную череду покрытых туманом событий. И по-настоящему осмыслить произошедшее сумел только тогда, когда он остался с убитым товарищем один. Осмотревшись, Салманов осознал, что находится в каком-то фургоне, на полу которого лежит тело Факела.
Стянув с головы шлем, новичок утер выступившие слезы и отвел взгляд от изувеченного командира. Ефрейтор никогда не допускал мысли, что он останется единственным из их инквизиторского звена. Огромные и сильные напарники с самого начала казались ему какими-то неуязвимыми небожителями, способными преодолеть любые трудности и препятствия. Незыблемыми скалами, которые устоят перед всякой стихией. И он попросту не представлял свою дальнейшую службу без этих суровых здоровяков…
Робкий стук в дверцу фургона заставил Умара встрепенуться и спешно надеть шлем. После этого он неверными пальцами с трудом нащупал ручку, и потянул за нее, отпирая левую створку. Оказалось, что снаружи неуверенно мялась какая-то девица в форме ФСБН со звездами лейтенанта на погонах. В любое другое время Салманов не преминул бы к ней подкатить, чтобы пофлиртовать и пригласить на свидание, ведь незнакомка была весьма недурна собой. Но сейчас… сейчас внутри начинающего инквизитора зияла такая сосущая пустота, что он не мог думать ни о чем подобном. Ефрейтор и лица ее толком не запомнил.
— Извините, — робко прошептала девушка, — я узнала о… произошедшем. Можно я тоже… попрощаюсь с ним?
Не имея сил отказывать, парень посторонился, впуская визитершу внутрь фургона, и снова уселся на свое место, безрадостно глядя на Факела.
— Не верю, что это случилось… — тихо поведала служащая, с потаенным страхом рассматривая ужасные раны истерзанного нежитью бойца.
— Я тоже, — неожиданно для самого себя признался Умар.
— Вы хорошо знали его?
— Он был моим командиром. И наставником…
— Как же это грустно, — печально изрекла девица и надолго замолчала.
Два совершенно чужих друг для друга человека так и сидели над телом мертвого инквизитора, не понимая, о чем им двоим можно говорить. В какой-то момент тишина стала по-настоящему гнетущей, но незнакомка все не спешила уходить.
— А вы откуда знали Факела? — решил наконец прервать затягивающуюся паузу Салманов.
— Мы были с ним в командировке в Семенове, — односложно ответила лейтенант.
— Ясно…
Снова воцарилось безмолвие, нового раунда которого парень не мог выдержать. Он уже собирался либо уйти сам, либо прогнать девушку, но тут она слегка подрагивающими руками потянулась к шлему павшего инквизитора.
— Что вы делаете? — одернул ее ефрейтор.
— А? Я всего лишь… кхм… я ведь даже не знаю, как он выглядел, — сбивчиво попыталась объясниться служащая. — Просто хотела увидеть его лицо. Это ведь теперь не будет иметь значения?
Неопределенно пожав плечами, Умар не стал возражать. Мертвому, наверное, в самом деле уже безразлично. Если ей так важно, то пусть смотрит…
Трусящимися пальцами, едва не обламывая длинные накрашенные ногти, девица пыталась совладать с искореженными застежками густо измазанного копотью и запекшейся кровью головного элемента ИК-Б. Она возилась настолько долго, что молодой человек не выдержал и помог ей, легко отщелкнув заклинившие карабины. Лейтенант благодарно кивнула парню и медленно потянула перепачканный шлем вверх, постепенно высвобождая голову Факела.
Поначалу Салманов подумал, что от вида лица покойника незнакомка вскрикнет и наблюёт прямо здесь, ведь командир оказался не в самом лучшем состоянии. Однако служащая даже не скривилась. И более того, она, не выказывая ни капли брезгливости, с какой-то трепетной нежностью провела женственной ладонью по покрытой влажными ожоговыми струпьями щеке инквизитора.
— Господи, такой молодой… — с рвущей душу тоской прошептала она, и Умар поспешил задраить клапаны ИК-Б, чтобы не чувствовать этого эмоционального шторма. Не хватало ему еще и чужие потрясения переживать…
— Аллах всегда забирает к себе лучших, — горько ответил новичок, а потом резко подорвался и выметнулся из фургона.
Девушка даже не посмотрела вслед сбежавшему инквизитору, занятая тем, что поглаживала Факела по коротко подстриженным волосам. Она просто побудет с ним еще немного, а потом оставит навсегда. Ведь мир так устроен, что пути живых и мертвых редко пересекаются…
Глава 26— Дмитрий Аркадьевич? — в дверном проеме показалось лицо следователя из ФСБН, на котором красовалось весьма нерадостное выражение. — Вы хотели меня видеть?
Широков, отдыхающий на кожаном диване, сладко потянулся, хрустнув суставами, и сразу же схватил стоящий на журнальном столике стакан с виски.