Новая Инквизиция II

Моя эмпатия колыхнулась, учуяв слабый отголосок пренебрежения и высокомерия, исходящих от девицы. Кажется, я значительно переоценил способности лейтенанта, и она меня вовсе не узнала. Да и вообще, судя по ее типичной реакции на мою форму ГУБИ, я сильно ошибся в ней. Капитан Жарский для нее оказался пустым местом. Ее притягивала и манила только личность инквизитора Факела или тот флер тайны и запретного знания, что ее окружал.
— Что такое? — неприветливо покосилась Эвелина, заметив мою реакцию. Короче, если раньше я еще как-то сомневался, то теперь окончательно осознал, что мне ловить тут нечего.
— Ничего, — пробубнил я, — хорошего дня.
Лейтенант Носова с фырканьем что-то бросила мне в спину, но я уже не слушал ее. Обогнув девушку, я заспешил дальше по лестнице, размышляя о всяком разном. Да ну их, этих баб! Бог знает что у них на уме… Всю жизнь холостяком был, так, видимо, им же и помру. Ничего кардинально нового в моей судьбе не произошло.
— Товарищ полковник, разрешите? — без стука заглянул я в кабинет Гиштапа.
— Жа-а-арский… — хищно осклабился комбат, едва только увидал мою физиономию в дверном проеме. — Конечно, проходи, дорогой! Ох, сколько же всего мне тебе хочется сказать…
Нервно сглотнув, я на полусогнутых вошел в обитель этого старого дьявола, и готов был в любую секунду выметнуться обратно в коридор, ежели вдруг в меня полетит что-нибудь тяжелое. Но полковник пока не спешил упражняться в прикладном метании, а лишь пристально смотрел на меня, недобро прищурившись. Ух, блин, ну и взгляд… аж мурашки по жопе побежали!
— Кхм… ну это… командир малого инквизиторского звена капитан Жарский для дальнейшего прохождения службы прибыл… — невнятной скороговоркой отчитался я, все еще ожидая эмоционального взрыва от начальства.
— Скажи, Юрий, — вкрадчиво поинтересовался комбат, — ты контуженый?
— Понимаю, к чему вы клоните, товарищ полковник, — грудью встретил я его выпад. — Но я действовал в Семенове так, как требовала того обстановка.
— Да мне уже рассказал Калистратов о твоих шпионских играх, — проворчал Гиштап. — Честно скажу, думал, что я тебе башку оторву, как только ты явишься.
Устав от этих незавуалированных упреков, я порывисто отодвинул свободный стул и взгромоздился на него, уложив свои лапищи на стол начальника. Да, я прекрасно осознаю, что вся та операция, которую я провел в одиночку, была чистой воды авантюрой. Но это ведь и есть моя работа! Именно лезть в логово врага, поливая огнем все что шевелиться! Жечь, истреблять и уничтожать нежить и кукловодов, а не стоять тупым изваянием позади штабников, пока они шерстят тонны бумаг. И нахрена мне вообще тогда носить свой крест на шевроне, ежели я буду осторожничать и беречь себя?!
— А вы знаете, что я нашел в лаборатории у инфестата? — тихо спросил я у офицера.
— Знаю… — как-то сразу же потупил взор Гиштап.
Мне показалось, или он все-таки смутился?
— Тогда в чем дело, Анатолий Петрович? — гневно выдохнул я. — Разве прекращение этой жести не стоило риска?! Должен ли я был послушать ссыкливого Калистратова и смиренно ждать, когда кукловод срыгнет из Семенова, оставив вместо улик одни выгоревшие стены?! А те люди, которых он держал в плену?! Вы их тоже готовы приговорить, лишь бы только не пострадало ценное государственное имущество, а?! Вы ведь в таком качестве видите каждого инквизитора? Просто дорогостоящий актив, за потерю которого придется отвечать!
— Не стыди меня, Жарский, — нахмурился полковник. — Мне вообще приказали не обсуждать с тобой эту чертову командировку. Но не жди, что я буду прыгать от радости, когда мои бойцы так безрассудно рискуют. Или, думаешь, сдохнув в катакомбах заброшенного завода ты сильно бы помог пленникам инфестата?
— Но ведь не сдох же, — развел я руки в стороны, как бы демонстрируя целостность своего организма.
— Да потому что повезло тебе, дураку! — прикрикнул комбат, стукнув кулаком по столешнице. — По самому острию прошелся! Сколько тебя откачивали в Нижнем Новгороде, а?!
— Мне кажется, что я не нуждался в лечении, — откровенно поведал я.
— Че-его?! — задохнулся от моего признания командир. — Ты очередь из четырнадцатимиллиметрового пулемета грудью поймал, бестолочь! Это гарантированный «двухсотый» без всяких оговорок! Просто чудо, что горьковские врачи тебя с того света вызволили!
— Нет, товарищ полковник, — упрямо покачал я головой. — Это не врачи меня спасли, а инфестатский дар. Помните мой отчет о происшествии на АЗС?
— Ну?
— С семеновским некромантом я провернул то же самое. И он… как бы это сказать… был очень жирным.
Оценивая реакцию комбата, я внимательно следил за его мимикой и напрягал эмпатию, чтобы уловить хоть какие-нибудь отголоски эмоций. Показалось или нет?
— Анатолий Петрович?
— Чего?
— Скажите, а что с моим рапортом? Кто-нибудь его видел?
Старик воровато огляделся, словно в кабинете мог внезапно оказаться кто-то посторонний, а потом понизил голос до заговорщического шепота.
— Твой доклад ушел руководству и был засекречен, — признался собеседник.
Чертыхнувшись, я встал со стула и принялся нервно расхаживать перед столом командира. Что на этот раз придумали умные головы с большими звездами на плечах?!
    
Глава 6
— Почему, Анатолий Петрович? — спросил я наконец. — Разве обнародование этой информации не должно помочь в борьбе с неживой угрозой? Ведь тогда инфестаты наверняка охотно кинутся сокращать поголовье своих же собратьев, облегчая нам работу!
— Сядь, Жарский, не мельтеши! — приказал полковник. — У данной ситуации сторон значительно больше одной.
— Например?
— Как, по-твоему, ее воспримут остальные коллеги-инквизиторы? — склонил голову набок старик.
— Хм… а я почем знаю? — хмуро отозвался я. — По-разному, наверное…
— «По-разному», это мягко сказано! — припечатал комбат. — Сколько подозрений зародится внутри боевых звеньев, если служащие инфестаты узнают, что их товарищи могут вытянуть из них весь некроэфир?
Я ненадолго замолчал, в самом деле задумавшись о возможных последствиях. Но озвучивать свои догадки пока не спешил.
— Нечего сказать, Жарский? — проскрипел Гиштап. — Так я сам тебе обрисую картину. Всего четыре буквы: «Ж», «О», «П» и «А», вот что нас накроет. Годами выстраиваемое доверие к соратникам пошатнется, а потом и вовсе рухнет. Одни бойцы будут опасаться удара в спину от своих же, а другие, соблазнившись дармовой силой, станут выжидать удобный случай. Не все, знаешь ли, такие принципиальные и уравновешенные, как ты. А скольким ваш проклятый дар снесет крышу и вынудит переметнуться на другую сторону? Представь, что тысячи кадровых инквизиторов по всей стране откроют охоту на инфестатов в свободное от службы время. Как тебе такая перспектива?