Тихие ночи

— Твоя цена?
— По золотому за бочонок, они купили их по двадцать три серебряные монеты, то есть даю больше на две, а вино смотреть нужно. Орки в нем не понимают. Они из слабых напитков только пиво пьют, обычно же ром, что покрепче.
— Сейчас пообедаю и в Канцелярию, туда надо явиться срочно, лэрг приказал. После зайду к Иммерсу из рода Саблезубов, с ним договаривался до того, как в Храме на излечении оказался. А потом пришлешь того же Тремора. Кстати, имя тележных дел мастера имеет какое-то значение? Как-то Харм упоминал, но в голове не отложилось, мал был, ошибиться боюсь.
— Хорошо, на том и порешим, сразу с ним и телегу пришлю, — улыбнулся трактирщик, а затем добавил с одобрением, — Правильными вещами ты начал интересоваться! Ведь родовое имя часто рассказывает многое о человеке. Мое, к примеру, Тарин, на древнем языке это «тяжелый кулак», «разрушающий скалы» или «крепкий». Скалы я с умением могу крушить, кулак у меня не легок, а хозяин я крепкий. Вот и с Иммерсом так же, у него «разрезающий все», а еще «совершающий невозможное», «делающий то, чего не могут другие». Режет из дерева и кости он много и с охоткой, а когтями своими владеет — любо-дорого посмотреть. В мастерстве плотницком создает настоящие шедевры, какие другим не под силу. Вот и думай!
— Спасибо за науку! — я не поленился встать и поклониться в пояс, как здесь было принято.
Трактирщик растрогался, что-то смущенно пробурчал, мол, всегда обращайся за советом, никогда плохому не научу, а только вещам правильным и нужным.
Нормально. И очень познавательно, учитывая, что маг-артефактор прошлого был тезкой тележных дел мастером. Важно это или нет, пока не знал, но нить разговора от празднования и Юны ушла далеко, чего мне и требовалось.
А потом я приступил к трапезе. И хорошо, что больше никакая сука меня не пыталась отвлечь. Иначе бы убил. И это не просто слова.
В голове вертелось одно, что покойный Линий упоминал главного претендента на руку и сердце местной красавицы Стайла из рода Мамонтов. Остальные, по его мнению, не имели ни единого шанса. Еще рядом с Юной постоянно вертелся двоюродный брат Николас, старше на пару лет. В принципе, он мог бы тоже стать избранником взбалмошной девицы, там никто бы слово против из глав рода не сказал. Инцестом в Черноягодье, да и других подобных сообществах, никого не удивишь. Но его не считали конкурентом по одной причине — плохие прогнозы относительно возможного потомства пары, данные жрецами после обильного подношения.
Выходило, что теперь еще и часть Волков можно смело записывать в настоящие враги. И плевать всем, как сразу понял, что я спас Айлу — их кровиночку. «Их слова пусты».
…Когда я вышел из таверны, время судя по Сердцу Иратана близилось к полудню. Точнее определить не удалось, у моего карманного хронометра кончился завод. Вновь ощутил ненавидящий взгляд, и опять никого вокруг. Не размывались тени у стен, как с Кречетом, не перелетали и не перебегали големы с места на место. Грело одно — амулет, отклоняющий стрелы.
Поэтому я смело свернул, будто срезая путь, в хитрый закоулок, где вероятность встретить случайного прохожего-свидетеля стремилась к нулевым значениям. Лучшего места для нападения на ничего не подозревающею жертву не придумаешь. А я не показывал, что насторожился, даже попытался насвистывать. Но специально выдав пару фальшивых рулад, замолк, напрягая до предела слух.
Ничего.
Когда преодолел две трети проулка, возникли мысли о необоснованной паранойе. Впрочем, лучше она и порой ошибаться, чем нездоровый оптимизм. Вот еще один короткий проход слева между четырехметровых стен, заканчивающийся через десяток метров тупиком. Все же требовалось до конца убедиться в отсутствии убийцы. Почему сразу убийцы? Потому что пока других не встречал. Подождать, а потом, если кто-то появится — атаковать. Любой местный сразу предположит, что цель свернула по нужде, где ее можно застать тепленькой, со спущенными портками. Киллер потеряет бдительность, рванет следом, и сразу за углом его будет ожидать встреча с ятаганом.
Повернувшись, только начал делать шаг, как на грани восприятия промелькнул черный росчерк, а затем последовал резкий удар в бок, все потонуло в ослепительно ярко-белой вспышке, дикая боль в ребрах, и полыхнувший огнем средний палец на правой руке.
Сила удара или взрыва была такова, что меня швырнуло вперед и чуть в сторону, полет остановила стена, в какую врезался, выбивая пыль из нее и остатки воздуха из легких. Сполз, и тут же вскочил на полусогнутые ноги. На рефлексах выдернул из ножен правой рукой ятаган, выставил его перед собой. Взмахнул несколько раз. Конечно, так себе мера, потому что я ничего не видел, в ушах раздавался противный звон.
Замер.
Сука!
Хотелось сплюнуть, чувствовал железный привкус крови во рту.
Секунда, вторая, третья… на шестой никто не напал, но вернулось зрение полностью, как резкость в камере навели.
Ага! Перебежал к углу прохода, примерно предполагая, откуда должен появиться злодей, который обязательно был должен узнать результат. Или пальнул и скрылся? Еще пара мгновений и вернулось обоняние. Сразу пахнуло горелой плотью и волосами. Да, кольцо от Тигра кануло в лету, оставив после себя ожог практически до кости на пальце, но зато именно оно спасло мне жизнь.
Вот и слух вернулся полностью.
Отлично!
И заполошная мысль.
Главное, чтобы у ублюдка не оказалось гранат, память Глэрда тут никак не помогала, он вообще мало чего знал. Уж тем более о военных хитростях. Если так, то здесь, в проходе от них не укрыться, на четырехметровые стены не взберешься без снаряжения. По крайней мере, быстро. Как вариант, заметив любой предмет, успеть выскочить, свернуть, и выйти на оперативный простор, в кавычках, так как ширина проулка тоже не вдохновляла и укрытиями не баловала. Но для броска убийца доложен был приблизиться, впрочем, как и для контрольного выстрела, на этом и подловить.
Линий же рассказывал о чем-то подобном, но их поделки ручных гранат были размерами с два кулака взрослого человека. Таскать такую «бомбу» с собой возможно, но... Черт знает.
Да, рано я расслабился, считая себя круче всех вокруг. С другой стороны, делал ставку на кольцо — она сыграла. Вывод — не совсем разум потерял, но следовало работать еще и работать.
Давно столько адреналина в кровь не выплескивалось. Я даже ухмыльнулся, когда явственно услышал на грани восприятия легкие шаги.
Ближе и ближе.
Еще пара.
Все!
Точно в зоне досягаемости. И не размышляя, наотмашь ударил клинком из-за угла, приблизительно предположив, где у возможного противника находилась грудь. Лезвие кинжала с легким сопротивлением во что-то вошло. Кто-то сдавленно охнул, второй резкий удар не достиг цели из такой позиции.
А я тут же выпрыгнул из прохода в низком стелящимся длинном кувырке вперед. Обожженный палец полыхнул болью, когда ладони соприкоснулись с брусчаткой. Вскочил и сразу резкий рваный прыжок в сторону. И вовремя. Мимо пронесся еще один черный росчерк.