Темные тропы и светлые дела

В доме усадил бандита на массивный стул, дополнительно привязал к нему. Достал длинные иглы, и привел в чувства. Вот надо у Амелии еще ту дрянь попросить, какой она меня в сознание возвращала.
Атаман замычал, заозирался, завращал бешено глазищами.
— А теперь поговорим, — деактивируя «Пелену» спокойно сказал я, — Будешь орать, приступим ко второй части сразу, — и вытащил кляп изо рта.
— Ты еще кто такой?! И ты знаешь… — последовал вопрос-рык, а затем посыпалась ругань с угрозами.
Ответ неверный. Поэтому заткнул пасть вновь.
На долгие танцы с бубном времени не было. Впрочем, я старался минимизировать физические воздействия, и не из любви к ближним, а потому что еще до конца не решил, как быть с будущим трупом. И как его представить широкой общественности, и представить ли вообще. Но перечисление возможных злоключений с телом после отправки души в царство Мары, не оказывали должного эффекта на пациента. Он их пропускал мимо ушей. И, к его чести, продержался долго — почти двадцать минут, чем удивил по-настоящему, потому что я очень хорошо представлял, какую боль он переносил.
Нестерпимую.
Один из наших инструкторов с позывным «Маркус», человеком был пусть и крайне неприятным, за что получил прозвище в нашей среде «Мразь», но где-то гениальным. К несчастью для Дангжана все его таланты лежали в области, которую можно обозначить в духе модных тренингов: «как разговорить и вывести любого человека на чистую воду, чтобы вероятность честности его ответов приближалась к ста процентам, используя подручные средства. И как отличить правду ото лжи, имея дело с незнакомыми людьми». Свое дело наш учитель любил и подходил очень ответственно к передаче знаний следующим поколениям. Часто не усвоивших материал и не справившихся с заданием, использовал в качестве наглядного пособия для других. Через его стол не прошло только четверо студиозов из всех нас. Поэтому пусть я и не уложился в жесткие нормативы, но справился.
Меня интересовало все.
В первую очередь выяснил, что помощник бандита должен был появиться через пару часов, максимум через три. Остальные подельники только завтра, после обеда, как до этого и сообщил главарь Крому.
Выходов с территории особняка больше не имелось. Входа в катакомбы тоже. Этот дом был «чистым». И легальным. А в тюрьме ждал, когда родственники соберут выкуп, торговец древностями Тимур Белозубый. Он задолжал Дангжану. И последний фактически не нарушал законов, так как не убивал, держал его у себя. В гостях. Мелкое членовредительство не в счет. То, что именно мой подопечный организовал проблемы пленнику, тот не знал. Как и не ведал, что его хитро загоняли в стойло — тот не желал платить ночной гильдии за безопасность, ограничиваясь лишь мелкими подачками страже. Ошибся.
Узнав, что время для разговора имеется, я перешел к следующему пункту — к амулетам. Про то, как действует на аристо привязка на крови, Дангжан точно не знал, пересказал слухи, по которым на представителей древнего дворянства мало влиял данный аспект. На простых же неинициированных людей, и разумных в целом, очень отрицательно. Фактически, они разменивали дни, месяцы и годы собственной жизни на сверхъестественные способности, если теряли каким-либо образом артефакт, то есть отвязывали.
— Часть души! Ты отдаешь часть души! — подвел итог разбойник.
В результате на рынке особо ценились магические предметы, которые для полноценной работы не требовали дополнительных ритуалов, хотя и часто были хуже по свойствам. И еще один важный для меня фактор, больше десяти привязанных кровью амулетов начинали высасывать некую энергию из носителя, зачастую он умирал в течение месяца. Самый оптимальный вариант — пять, семь — риск. Про мой потолок бандит, понятно, не знал. Однако, волшебные вещи из одного набора, например, как Найта, вне зависимости от их количества, потребляли как один артефакт и дополнительно усиливали действия друг друга.
Уточнил про синхронизацию. Пара суток без нее была не критична. Выяснил и про возможность размещения в артефактах сторонних следящих заклятий или других хитрых закладок. Оказалось, что подобное даже магам не под силу или, один из вариантов, про такое иезуитство разбойник не слышал. И не думал.
Отлично.
В доме в закромах банды лучших средств, чем принес Кром, не имелось, я сразу же провел первый эксперимент, привязав к себе «Пронзающий Взгляд». Неприметное кольцо надел на левую руку. Перчатка позволила совершить данную манипуляцию, более того, она затем скрыла его.
Хорошая новость.
Амулет, являвшийся аналогом импланта «Эхо-V» пусть и с изрядно порезанными функциями, заставил скрипнуть зубами от накатившей ностальгии. Окружающее пространство мгновенно предстало в черно-белом цвете. Стены обрели прозрачность. Очертания мебели и других предметов в соседней кухне полностью соответствовали расположению в реальности. А рядом со мной сейчас сидел человеческий силуэт, жизненно-важные органы которого подсвечивались красным и желтым.
Использовать «Взгляд» можно было всего лишь пять минут в шесть часов. Неважно тратил ты это время сразу или в течение всего срока прибегал к его помощи столько раз, сколько требовалось, но начинался отсчет с момента первой активации. Ограничением выступали предметы с толщиной стенок или сами стены больше пятнадцати сантиметров, и замкнутые пространства. То есть, если дверь в комнату плотно закрыта и не имелось ни одной щели, она оставалась терра инкогнито, в тумане войны. Но если присутствовала, например, замочная скважина, ты видел все. Так же дело обстояло и с сундуками. Впрочем, с конкретикой требовалось разбираться и разбираться.
Полного заряда хватало на пять использований. Подспорье лютое. Особенно для людей творческих профессий.
— Отчего их не используют во время поисков ценностей в Землях Хаоса? Да и в воровстве? — заинтересовался я.
— Почему не используют? Используют, но цена. У кого из этих нищих ты видел приблизительно тридцать тысяч? Да, даже три? С Демморунгом большинство попрощалось бы в тот же день, за исключением отдельных уникумов. Но те либо сдыхают, либо имеют гораздо лучшие экземпляры. Некоторые не только доспехи, но и самые разные артефакты, защищающие от эманаций Хаоса. А там все пропитано им, он просто не даст нормально работать твоему «Взгляду». И ответ на второй твой вопрос, если имеется магическая защита, поставленная хорошим магом, то ничего ты не увидишь. Кром любит приукрасить. Да, и зачем такое обычным людям или среднестатистическим ворам? За цену, какую платишь не только золотом, но самой жизнью, обзаводиться не самыми лучшими возможностями? Легче заплатить за инициацию, затем отучиться в любой магической академии, и гораздо дешевле обрести возможность чувствовать живое и мертвое на расстоянии. Заклинание не самое сложное.
«Любимец Найта» оказался на среднем пальце левой руки, он не просто позволял обходить защитные конструкты, вплоть до высших, но и не давал хитрым следящим заклинаниям снимать параметры попавшего под них. Еще скрывал уникальный аурный след, который оставался после любого разумного. Особенно он проявлялся четко в момент убийства кого-либо, и мог быть считан в течение десяти часов. В итоге маги могли впоследствии установить личность преступника.