Эра будущего. Начало

Выведя на песчаную площадку, нас поставили в два ряда по десять человек. Рядом встали ещё четыре ряда. Всем им на вид было столько же, сколько и нам. Вслед за нами из двух первых автобусов вышло двадцать надзирателей в чёрных куртках, шапках, штанах и берцах. В руках у них были с американскими автоматами, окрашенных черным цветом. В голове кружился одни вопрос: где мы?
Внезапно из одного из зданий вышел человек с пятью охранниками, вооружённых дубинками с непонятными раздвоенными наконечниками. Что касается среднего человека, то ему на вид было где-то сорок лет. Он был одет в чёрную форму с плащом и берцах того же цвета, однако вместо шапки он носил чёрный кивер.
Это все?— спросил данный человек у Джессики, стоявшей перед нашим рядом с пятью людьми.
Так точно, сэр,— ответила она, одетая вместе гражданскую одежду. Пятдесят человек из Астрахани.
Ясно,— ответил этот человек, а затем обратился к нам строгим голосом: Итак, щенки, сегодня у вас начинается новая жизнь. С этого момента вы теперь никто. Вы лишь рабы, которых можно использовать для грязной работы. Вы теперь…
Расходный материал?— спросил Кирилл, стоявший в первом ряду.
Кто это сказал?— спросил офицер. Он смотрел сейчас на центр, где стоял Дима и Довлет. Мы же были с краю.
Э, вот этот Очкарик,— сказал Кирилл и указал на меня, стоявшего рядом круглолицым парнем с короткими волосами в первой линии. Однако получил дубинкой по башке от надзирательницы, так как его попытку выкрутиться не заметил бы только слепой.
Теперь запоминайте несколько правил,— продолжил офицер. Во-первых, вы должны беспрекословно подчиняться охранникам. Во-вторых, избиение и оскорбление надзирателей или членов управления лагеря будут караться смертью. Друг с другом можете делать что угодно, хоть убивайте друг друга. Если появятся жалобы, то засуньте их себе в жопы. Вопросы у кого-то есть?
У меня есть,— сказал темноватый парень с короткими волосами, стоявший во втором ряду.
Задавай,— сказал офицер.
А вы эту речь перед зеркалом репетировали?— спросил парень и некоторые тихо посмеялись.
Шутник, значит?— спросил офицер. Выйти из строя и подойти ко мне.
Тут он прошёл мимо меня и встал в трёх шагах от офицера, засунув руки в карманы джинс.
Ты, видимо, не понял, где находишься?— спросил офицер. Любишь играть с огнём?
Не, я просто знаю, что нас рано или поздно найдут, а эту контору накроют,— спокойно ответил парень.
Понятно,— сказал офицер. Тут он достал пистолет и прострелил задавшему вопрос голову. Мы испугались, а некоторые даже закричали, но всех быстро утихомирили охранники, стоявшие впереди и сбоку.
Как я уже сказал, любое оскорбление сотрудников лагеря будет караться смертью,— сказал офицер, убирая пистолет в кобуру. Ваш друг этого не понял. Кто-нибудь хочет высказаться в нашу сторону?
Но все молчали. Смеха поубавилось и каждый теперь был тише воды, ниже травы.
Ни у кого нет вопросов?— спросил офицер. Отлично. Сержант, отводите их в камеры.
Есть，— ответила Джессика. Колонна, за мной.
Тут все, как овцы, пошли строго за ней, а тех, кто был в ступоре, подгоняли дубинками. Мы зашли в правое здание, в котором был проход. Слева от тупика было пустое помещение с чёрной плиткой, куда нас всех завели.
А что это за место?— спросил Артём у охранника. Пахнет, будто тут сжигали что-то.
Это раздевалка, если ты не понял,— сказал охранник с кривым носом. Складывайте верхнюю одежду и личные вещи вон там (он указал на угол, где был какой-то металлический шкаф). И без хитростей: мы следим за вами.
После чего закрыл металлическую дверь со скрипом.
Е…..ся, куда мы попали?!— спросил Кирилл, не сдерживая эмоций. Я ведь не хотел ехать, но нет: нужно историю узнавать, традиции грёбаные учить, к культуре приобщаться. И что? Мы теперь в горах неизвестно где, связи нет, да и ещё какие-то психи, готовые убивать за любой косяк.
Слушай, пацан,— сказал темноватый парень с короткими волосами, очень похожий на того, кто задал вопрос. Хорош паниковать, этим мы ничего не решим.
Во-первых, я тебе не пацан,— обратился к нему Кирилл. А во-вторых…
А во-вторых завали свою пасть,— грубо ответил тот. У меня брата только что убили, но в отличии от тебя я не паникую, как ссыкло, а оцениваю ситуацию.
Ой, бедный, брата убили,— злостно сказал Кирилл. Ты думаешь, кого-то это волнует?
Тут парень резким движением схватил Кирилла за верх костюма и прижал к стене.
Послушай сюда, лохматый,— обратился темноватый парень. Ещё раз ты как-либо оскорбишь меня или моего брата — я тебя прибью, как собаку. Понял?
Мы же все стояли в отдалении. Никто не хотел вмешиваться, да и многие сделали также, если бы к ним или их родственникам пренебрежительно относились.
Так, щенки,— сказал охранник, хотя в комнате его не было. Я понимаю, что у вас тут конфликт назрел, но вам был дан чёткий приказ: сложить. одежду. в грёбаный шкаф.
Тут внезапно чёрные плитки начали нагреваться, а парень с короткими волосами и девушка с пучком на голове, прислонившихся к стене, быстро отпрыгнули в сторону. Парень, схвативший Кирилла, быстро отпустил его.
Второй раз повторять не буду,— сказал охранник. Сложили верхнюю одежду в шкаф.
После таких убеждений мы послушно начали складывать верхнюю одежду, телефоны и сумки в шкаф, разделённый на несколько секций. В процессе я заметил в верхних углах небольшие камеры с динамиками. Вот значит откуда доносился голос. Эта картина напоминала проверку в военкомате, когда нужно было раздеваться для выявления проблем. Тяжелее всего было одеваться тому черноволосому парню, который получил по тыкве от Джессики. Он никак не мог открыть глаз и двум парням пришлось его придерживать. В помещении также находились и девушки, и им приходилось хоть как-то прикрывать открывшееся тело. Были, конечно, те, кто подглядывал, но им давали по шапке за такое.
Когда все сложили вещи, шкаф захлопнулся, а через секунду оттуда повеяло огнём и пеплом.
Я походу понял, что здесь сжигали,— сказал Артём. И чо мы теперь, вот так будем стоять? (он указал на себя в трусах).
В эту же секунду шкаф опять открылся и там лежала белая форма.
Ну, и на том спасибо,— сказал Артём. Через несколько секунд он взял эту форму и выдал: Или нет. Тут даже мешки из под картошки были бы лучше.
Слушай, Артём,— обратился к нему я. Ты их надевал на себя?
Не, не особо,— ответил Артём.
Ну, вот надевай это,— сказал я, одеваясь. Нас вообще могли оставить в одном нижнем белье.
Я бы посмотрел на это,— сказал Кирилл, глядя на девушек, которые одевались справа. Но за такое он тут же получил подзатыльник от Димы со словами: