Последний реанорец. Том X
‒ В какой… в какой стороне были элементали? ‒ запинаясь спешно спросил Романов, живо приблизившись к Лёне.
‒ На северо-востоке! ‒ пялясь в нужном направлении, пробасил радостно ратай, весело ухмыляясь. ‒ Это же шеф, да?
Но ответить воителю так никто и не успел. Стоило задать ему вопрос и замолчать, как среди каменистых нагорий промелькнул затухающий ярко-багровый всполох, а в следующую секунду из вечного сумрака смежной стигмы вышагнул силуэт седовласого мужчины в тёмно-багровом слегка потёртом доспехе.
Усталый вид, на лице виднелось несколько новых мелких шрамов, заметно отросшая щетина и волосы. За столь короткий срок опальный князь странно переменился, лишь только отчужденный и холодный взгляд тёмно-красных глаз, который сканировал само нутро любого человека остался прежним, а в руках тот держал сразу три огненных ядра тех самых элементалей.
‒ Шеф, а мы…
‒ Что вы забыли на диких территориях? Жить надоело? ‒ ледяным тоном отчеканил Лазарев, грубо перебивая поникшего Кострова. ‒ А ты чем думал, Долгорукий, когда тащил всех сюда? ‒ припечатал беспощадно Красный Призрак, глядя на раздосадованного княжича.
‒ Это я его попросил! ‒ выдал как на духу цесаревич, шагая навстречу другу. ‒ Я хотел с тобой поговорить.
‒ Я уже понял, что ты. Да и не о чем больше беседовать. Всё было оговорено ранее, ‒ спокойно отрезал мужчина, бросая ядра в руки изумлённого подобным жестом Романова и поворачиваясь к ошеломлённому отряду спиной. ‒ Заберите. Ночуйте тут. С пяток часов здесь будет спокойно, а утром отправляйтесь в полис. Вам здесь делать больше нечего.
Закончив говорить, князь вновь зашагал обратно во тьму смежной стигмы.
‒ Захар, Алина справилась, ‒ тихо произнес цесаревич, а ровный шаг Лазарева внезапно сбился и замедлился.
‒ Знаю… ‒ дрогнувшим голосом обронил тот.
‒ У тебя сын родился.
‒ Знаю… ‒ еще тише просипел уникум, продолжая шагать дальше.
‒ Девчата ждут тебя, чтобы дать ему имя. Давай поговорим?
Движения мужчины стали вялыми и заторможенными, а затем, остановившись, тот вдруг тяжело вздохнул и воздел голову к черному небу.
‒ Шагай за мной, ‒ тихо добавил Лазарев, напрочь исчезая во мраке.
Ростислав почти моментально рванул следом и пяток секунд быстрого бега погодя, встретился лицом к лицу со своим другом, который сидел в паре метров от него на холодном песке, опираясь спиной о какую-то разрушенную колонну.
‒ Я рассказал обо всём девчатам.
‒ Ну и зря, ‒ устало выдыхая, отметил князь.
‒ Тебя оправдали, ‒ заговорил негромко Романов, присаживая прямо напротив своего собеседника и попадая тем самым под полог тишины. ‒ Больше не нужно прятаться. Ты можешь вернуться назад.
Но на все доводы юноши мужчина лишь тихо и страдальчески рассмеялся, всё также глядя в одну точку.
‒ Уже в курсе. К тому же ты прекрасно знаешь, что сейчас это невозможно. Да и кто сказал, что я прячусь?
‒ А вдруг у тебя есть больше времени? ‒ с надеждой вопросил Ростислав.
‒ Времени больше нет. Ждать осталось недолго. Совсем скоро они окажутся здесь.
‒ Тогда зачем ты помогаешь изгоям?
‒ Просто убиваю время в ожидании, ‒ невозмутимо отчеканил седовласый. ‒ Не более.
‒ Так может… вернешься? Уходить ведь не обязате…
‒ ХВАТИТ!!! ПРЕКРАЩАЙ!!! ‒ вдруг закричал разозлено реанорец, поднимая взгляд пылающих глаз на будущего императора. ‒ Ты думаешь, я хочу здесь сейчас находиться? Хочу быть вдали ото всех? Я всеми фибрами души желаю быть сейчас дома! Рядом со своими женами! Рядом со своим новорождённым сыном и его матерью! Но я сейчас здесь! ЗДЕСЬ! ПЕРЕД ТОБОЙ! ПО ПОЯС В КРОВИ! Я УСТАЛ! И я не могу что-либо изменить! Если я уйду, а они придут и меня тут не окажется, то всё будет кончено. Это крах всего! ВСЕГО! И это я во всём виноват! И это я обязан закончить начатое! Никто больше не погибнет по моей вине! НИКТО И НИКОГДА! Пора разорвать этот проклятый и порочный круг! Ты зря сюда пришел, тебе пора уходить, мне больше нечего сказать, ‒ внезапно заключил князь, медленно поднимаясь на ноги. Вновь повернувшись к цесаревичу спиной, шаркающей походкой он двинулся в тёмную мглу. ‒ Прощай…
‒ Ты вернёшься? ‒ поникшим голосом обратился к другу юноша.
‒ Не знаю, Ростислав, ‒ раздался голос из кромешного сумрака, который схлопнулся позади Лазарева. ‒ Не знаю…
* * *
Смежная стигма Романовых.
Где-то на просторах бескрайних пустошей мёртвого осколка.
29 декабря 2025 года…
Тишину далёкой сумеречной пустыни прервал резкий скребущий и противный скрежущий-зыбучий звук металла о камень. Он оказался настолько невыносим, что слабые и мелкие порождения Катаклизма бежали в неизвестном для себя страхе, стоило лишь услышать его. Потому как даже кровожадные чудовища прекрасно понимали, что ничего доброго этот звук не сулит и несет. С таким лязгом идут те, кому они совсем не ровня, и лишь самые могущественные монстры осколков мёртвых миров могли что-либо противопоставить этим неизвестным существам.
Момент спустя само пространство начало испускать серые блики и волны, затем оно пронзительно затрещало и замерцало по швам, а мгновенье спустя, будто опало и на кратчайшую долю вдоха разорвалось на части. Те же самые части разлетелись в клочья, чтобы тотчас вновь собраться воедино. Однако не прошло и пары секунд, как оно вновь расплылось, и из-за ограждающей пелены внезапно вынырнул один силуэт, за ним второй, третий… Заключительным же стал шестой самый хрупкий девичий силуэт. Сделав несколько шагов по песчаной почве, та весело и довольно усмехнулась.
‒ Господа и дамы, ‒ осклабилась женщина, сладко потянувшись всем телом. ‒ Мы добрались.
‒ Во славу Гумонда, наконец-то! Как долго я ждал этих слов от тебя, ‒ устало выдохнул один из мужчин, ступая следом. ‒ Тело ноет…
‒ А у меня задница вся болит… ‒ пожаловался второй, а после обратил свой взгляд на дочь Хаарсы. ‒ Ты знаешь, где искать реанорца, Хаанса? Потасканную вьеру мне в жены, почему здесь так темно?
Но вместо ответа та лишь раздраженно шикнула и устремив свой взгляд вперед, к чему-то прислушалась.
‒ Тише! Мы не одни! ‒ прошипела женщина.
За долю вдоха на небольшом плато образовалась затишье, а затем каждый из посланников услышал шелест и едва уловимый свист.