Последний реанорец. Том X
‒ Обойдемся без долгих расшаркиваний, Владимир, и перейдем сразу к делу, ‒ вдруг зазвучал изнурённый голос Гуань-ди. ‒ Тебя я знаю с пеленок, а с твоим отцом мы знакомы с самого детства. Думаю, сейчас он рядом и всё слышит. Честно сказать я и сам уже собирался уходить на покой и передать все свои заботы старшему сыну, однако у судьбы на этот счёт появились свои планы. Мы давно в союзе с вашей империей, и я не хочу его разрывать даже с учетом случившегося. По этой самой причине задам тебе лишь один вопрос. Один единственный. Понимаю, что вы ведете свою игру, но будь добр ответь на него честно и без увиливаний. Чтобы я был спокоен, ‒ всего на миг голос его затих, но в ту же секунду с тяжелым и горьким вздохом, китаец продолжил. ‒ Это действительно дело рук Лазарева?
‒ Сейчас вы о гибели Эдгара или же о разрушенном форпосте? ‒ поинтересовался спокойным и вежливым тоном Романов.
‒ Форпост, Владимир, форпост, ‒ потирая устало глаза, обронил тихо старик. ‒ Мне плевать на Ланкастера. Честно признаться я даже рад, что он сгинул. От него было слишком много проблем, а его жадность и интриги не знали границ. Зажрался он. Пожал бы руку Захару лично, если бы…
‒ Это не Захар, ‒ расслабленно отозвался самодержец, мягко перебив собеседника. ‒ Захар не причастен к дестабилизации врат. Клянусь Катаклизмом!
От услышанных слов китаец резко оторопел, а его брови слегка дёрнулись вверх.
‒ Доказательства? Доказательства ес… ‒ но в следующий миг тот невольно замолчал, глаза у старика резко расширились, словно он что-то осознал и о чем-то лишь только умудрился догадаться. ‒ Смерть Эдгара и дестабилизация врат? Неужели…
‒ Всё взаимосвязано, Гуань-ди, ‒ кивнул утвердительно Романов. ‒ А доказательства будут. Надеюсь, очень скоро. И вы первым об этом узнаете.
‒ Ты облегчил груз на моём сердце, Владимир. Отныне я спокоен. Наш союз всё также нерушим, ‒ облегченно выдыхая и прикрывая веки, с тёплой улыбкой заговорил правитель поднебесной. ‒ Я чувствовал, что парень здесь не причем, но сам понимаешь, что обстоятельства не располагают.
‒ Понимаю. Прекрасно понимаю.
‒ В таком случае не задерживаю тебя и буду ждать вестей. Удачи тебе!
Разговор прекратился мгновенно и стоило связи прерваться, как тяжело и изнуренно выдохнув, Романов неторопливо дошел до своего рабочего места и расположившись в кресле, устало взглянул на всех присутствующих.
‒ Владимир, ‒ вдруг подала голос Оксана, а после с заметным волнением указала глазами на экран, где продолжали транслировать итоги вчерашней кровопролитной ночи. ‒ Тебе не кажется, что это всё… чересчур?
‒ Чересчур? ‒ лицо государя внезапно резко вздрогнуло и окаменело, будто тот услышал какое-то оскорбление. ‒ Оксана, чересчур это дестабилизировать четверо врат и прикончить почти миллион жизней из-за эфемерной власти и жажды влияния. Да, для многих это жестоко, ‒ ткнул пальцем Романов в экран, ‒ но если всё так как я думаю, то мне ничуть не жаль того прогнившего ублюдка. Он закончил так же, как и Рассел. А со всеми последствиями будем разбираться позже, как и с аномальной силой Захара, ‒ отметил мужчина, взглянув на дядьку. ‒ Надеюсь, он поступил верно, если…
Но договорить императору не дали, потому как в этот самый момент в дверь тихо постучали и в кабинет словно маленький ураган ворвалась Елецкая, пропуская вперед себя спешащего Потёмкина.
‒ Ваше величество, есть важные новости! ‒ отрапортовал советник со скрытым волнением, концентрируя на себе всё внимание Романовых.
‒ Олег, надеюсь, это хорошие вести, потому как невзрачными я уже сыт по горло, ‒ тихо пробормотал государь, поднимая взгляд на служащего.
‒ Беккер, ваше величество, ‒ выдохнул напряженно Потёмкин. ‒ Габриэль Беккер прибыл в столицу. Явился сам к Курташину в третий тайный отдел.
‒ Он один? ‒ вдруг вырвалось у Ростислава, и парень невольно вскочил на ноги, опередив этим движением отца.
‒ Один, ваше высочество, ‒ добавил с лёгкой улыбкой советник. ‒ Но у него послание. От Захара.
‒ За мной! ‒ скомандовал громко государь, за долю мгновения перемещаясь к выходу, а следом за ним на всём ходу заспешил и цесаревич. ‒ Мне нужно лично с ним переговорить. Заодно и проветрюсь.
* * *
Второе кольцо. Москва.
Третий тайный отдел государевой жандармерии.
Кабинет Курташина.
Полчаса спустя…
Людей в безмолвном помещении было немного. Но вот повисшего напряжения внутри хватило бы на целый взвод агрессивных столпов. Беккер говорил долго и рассказывал всё в подробностях, точно так, как его просил говорить Лазарев.
На миг Габриэль замолчал, словно подходя к кульминации всего происходящего, а после у всех на виду стал аккуратно стягивать маску альбиноса со своего лица. Находясь под прицелом четырёх пар глаз.
‒ Вот, ваше величество, в подтверждение моих слов, глава просил именно в таком порядке… ‒ вкрадчиво отозвалась повелитель, вынимая из подкладки два магических артефакта размером с небольшой медальон и миниатюрную карту памяти, а затем бережно протянул их слегка озадаченному Романову, который сидел во главе стола. ‒ Все неопровержимые доказательства записаны. Три экземпляра. Каждое его слово. Записана даже смерть Эдгара. Подделать записывающую магию невозможно, а иллюзию распознают сразу же. О подобном в курсе каждый. Это вам просил передать князь. Здесь всё, как я и рассказал. Можете посмотреть сами. Полное признание Ланкастера в случившемся. Но глава просил немного подождать и не обнародовать их сразу.
‒ Женя, включай! ‒ приказал моментально Владимир.
И начальник третьего тайного отдела не заставил себя ждать. Магический артефакт заиграл всеми цветами радуги, а затем посреди стола сформировалась проекция. Длилась она недолго, а все находящиеся в кабинете наблюдали с происходящим с каменными выражениями лиц. Те взирали не мигая и не отводя глаз, ловили каждое слово, каждое движение во время боя, даже момент с усекновением головы.
‒ Вот как значит всё было, ‒ с тяжелым вздохом изрёк Романов. ‒ Ох, Эдгар…
‒ Где сам Захар? ‒ вдруг вспыхнул нетерпеливо Ростислав, рванув к столу, стоило просмотру завершиться. ‒ Почему этот упёртый баран не вернулся с тобой?
Цесаревич знал всю правду. Знал, но иначе не мог…
‒ Успокойся, ‒ утихомирил император своего сына взмахом руки, а затем перевел взор на Беккера. ‒ Чего хочет сделать Захар? И почему мы должны ждать?
‒ Глава сказал, что Эдгар был тем, кто приказывал, ‒ спокойно произнес мужчина. ‒ Но те, кто способны дестабилизировать врата всё еще способны это делать дальше. Он сказал, что разберется с этой проблемой.