Неправильная Сайко Аймара (СИ)
— А так можно?
Ну вот теперь, Сайко, ты окончательно вляпалась. Просить Тайра отказаться, по сути, от самой его жизни — немыслимо. Пожертвовать Ирком — тоже. И как же мне быть?
— Нет, — тем временем отзывается Тайр. — Как и нельзя было вмешиваться в порядок престолонаследия, но разве ж дураку объяснишь?
Некромант улыбается. И я, совсем забывшись, легонько трогаю, глажу пальцем его улыбку.
— А Зарислава? — шепчу. Наглость — второе счастье, точно-точно. Просто я каким-то шестым чувством знаю — сейчас можно всё. Пока в глазах некроманта плавится такая горячая тьма, пока под моей рукой его улыбка — можно.
Тайр чуть хмурится — это я скорее угадываю, чем вижу, но отвечает:
— Зарислава пыталась сохранить любовь короля как могла, я её не виню.
А я виню. И вот если бы жизнь Тайра можно было выменять не на жизнь Ирка, а на Её Величество, я бы, кажется, ни секунды не сомневалась…
А потом это становится неважным, ведь когда тебя целуют совершенно невозможно размышлять о каких-то там королевах… Ох. Когда тебя так целуют, вообще совершенно невозможно размышлять!
Целый день я была возмутительно, непозволительно счастлива. Счастье свернулось внутри тёплым клубком, и ярко вспыхивало, стоило ощутить на себе взгляд Тайра. Я даже позволила себе отвлечься от горчившего всё это время чувства вины, и ещё более неслыханная наглость — подумала, что Её Величество ни черта не понимает в жизни, какая к демонам корона, какой трон и король, когда такой мужчина так на тебя смотрит!..
И мне уже стало казаться, что южный город Ларрида станет моим самым любимым городом, ведь мы любим те места, где были счастливы, а Ларрида ещё и удивительно красива. Зелёная, с многочисленными реками и каналами, широкими прямыми улицами и экзотическими пальмами, она казалась сказочной.
Звала. Завлекала. Шептала на разные голоса, и пела, и обещала одну лишь только радость…
—…сегодня на закате казнь!
До этого момента я особо не прислушивалась к разговору двух молоденьких девушек, ожидающих примерки в ателье. Через несколько дней приём у наместника, так что ажиотаж, вероятно, у всех портних. Я же зашла из любопытства, и с не до конца признаваемым мной самой желанием купить себе что-то красивое.
Подслушивать не хотелось, недостойно это истинной леди, но девушки не оставили мне шанса:
— Северяне все предатели, отец всегда говорил!
Северяне! Всех северных лордов я знаю наперечет, их и было не так много, а стараниями Тайра ещё меньше стало… а теперь вот и ещё кому-то не повезло.
Захотелось шагнуть к девицам и, вцепившись в плечо невысокой полноватой девушки со странно-зелёными глазами, потребовать ответ.
Кто? Кого казнят? Неужели маршала Арвизза? Если так, надо сказать Тайру, пусть он и не успеет ничего сделать, но промолчать будет ещё одним предательством с моей стороны…
— А мне его жалко… — вздохнула вторая. — Молодой… Холостой… — последнее прозвучало мечтательно. А я перестала дышать и вцепилась в манекен, ведь пол подо мной опасно пошатнулся.
Молодых и холостых лордов на Севере почти что нет…
— Говорят, это всё сестра его. Ведьма!
— Сестра! — насмешливо отозвалась её собеседница. — Ты портреты-то видела в газете? Она ему такая же сестра, как эта Анжелина твоему дядюшке…
Если бы я могла, я бы улыбнулась тому, насколько люди в своей недалёкой злобе похожи на Севере и на Юге: и слова, и интонации, но боги, какая разница! Пусть говорят, что хотят, но Ирк, неужели и правда Ирк⁈
Тем временем вторая девица раскрыла сумочку, достала сложенную газету и, расправив, продемонстрировала первой:
— Красивый, скажи? Жалко, отменили обычай, по которому мятежного лорда можно взять в мужья и спасти тем самым от казни…
Её собеседница фыркнула, а я в три шага преодолела расстояние между нами и бесцеремонно вырвала газету из рук растерявшейся от подобной наглости девушки. Я бы извинилась, но в горле стоял колючий ком, и он же переместился куда-то в область сердца, стоило бросить взгляд на газету.
Лорд Ирк… схвачен… казнь на закате сегодня…
— Что… Что Вы себе позволяете? — опомнилась девица. — Вы… Вы кто вообще такая?.. Откуда в приличном ателье такие…
Я молча пихнула газету ей в руки и пошла внутрь, на служебную часть. Туда, куда запрещён вход посетителям. Туда, где точно есть служебный вход. А значит, и выход.
Потому что мысль рассказать Тайру я отбросила сразу. Ничего он не сделает. Наверняка бы что-то придумал, но времени осталось так катастрофически мало… Ирка не спасёт, и меня к нему не пустит. А я…
Я знала, что можно так — выйти к Тайру, броситься ему на шею и рыдать, топя его в чувстве вины. Ведь в какой-то мере это всё из-за него. И девушкам такое можно. Можно быть слабой, можно несправедливой, можно предоставить мужчинам платить за чужие ошибки… Но я никогда не умела вовремя останавливаться. И, наверное, слишком привыкла быть старшей сестрой.
В каждом городе есть телепорт. И если раньше от одного вида Плащей меня бросало в дрожь, теперь я сама заявилась прямо к ним.
Жаль, что мои волосы сейчас покрашены в рыжий цвет — хотелось в светлый, но даже магическая краска не взяла полностью. Жаль, что в глаза закапано уже ставшее привычным зелье, и они совсем не синие, как на портрете в спальне короля, а почти чёрные… Жаль, что я не в платье, а походных брюках, и нет у меня с собой ни кольца с гербом, ничего… И отчаянно жаль, что я не могла попрощаться с Тайром. Обнять его. Сказать… А впрочем… Хорошо, что не довелось сказать. И лучше об этом вообще не думать.
В приёмной Плащей было немноголюдно — жалась в углу худенькая девушка, старательно пряча лицо, негромко переговаривались мужчина с женщиной среднего возраста, стоял у двери совсем седой мужчина то ли величественно опираясь на трость, то ли попирая ею пол — настолько брезгливым было выражение его лица…
Не замедлив шага ни на мгновение, я толкнула двери кабинета, где принимал начальник местного отделения, и вошла, как будто имела на это полное право. В конце концов, у меня вопрос жизни и смерти, и счёт идёт чуть ли не на минуты… И если до заката ещё пара-тройка часов, то Тайр меня, наверное, уже разыскивает.
Я ожидала увидеть одного Плаща и какого-то посетителя, но на меня с удивлением смотрело около десятка Плащей. Кажется, у них вечерний сбор…
— Именем короля! — выкрикнула я, пока не шарахнули в меня каким-то заклинанием. С них станется. — Вы должны немедленно доставить меня во дворец! Немедленно!
Ещё пара мгновений тишины, и они опомнились. Кто-то расхохотался, кто-то отпустил шуточку по поводу моего внешнего вида, наглости, а также цели визита… А вот главный задумчиво изучил что-то на своём столе, а потом поднял и продемонстрировал всем мой портрет. И остальные сразу затихли. Лишь метались туда-сюда взгляды, сравнивая, оценивая, узнавая…
— Вы правы, леди, — медленно сказал главный, поднимаясь. Заскрипели стулья — вслед за ним поднимались и остальные. — Прошу вас следовать за мной… леди.
Глава 26
У меня не было как такового плана. Только отчаянная надежда, что если я окажусь рядом, я смогу найти слова и сделать для Ирка хоть что-то. Отсрочить. Для начала хотя бы отсрочить…
Я готова была обещать королю и даже королеве всё, что угодно. Пообещать, спасти Ирка, и принять своё наказание за клятвопреступление.
Нет, жить я хотела. Как никогда сильно и остро. Но отнюдь не больше всего на свете…
Меня тщательно просканировали и обыскали, я отказалась ждать, пока вызовут полагавшуюся мне по статусу женщину для проведения обыска, охотно вывернула все карманы, равнодушно стерпела деликатные прикосновения одного из Плащей, еле сдерживаясь, чтобы не поторопить.
— Неодарённая, — сказал тем временем изучавший меня маг, и я, не удержавшись, покосилась на него: что?..
Это потому что дар меня снова временно оставил? Или причина в чём-то другом? В любом случае, это очень кстати. Только претензий от Плащей мне не хватало…