Ни тоски, ни любви, ни жалости
Больше к разговору о работе мы не возвращались. Так радостно видеть родного человека в полном здравии. За приятной беседой я не заметила, как пролетел вечер.
Надоедливый звонок телефона, включившегося после продолжительной зарядки, заставил меня вставь с кровати. Какого черта…? Восемь утра.
- Ты где? – раздался грубый властный мужской голос.
- Дома… - полусонно пробурчала я.
- Почему не в мое доме? – спросил Натан.
- У меня есть свой дом!
И почему он решил, что может мной командовать?
- Жанна, я переживаю… Вчера вечером тебя не было дома … Телефон выключен…
- Я встречалась с человеком, который сможет помочь. И вообще, ты что следишь за мной?
- Сегодня за тобой приедет Саша, переедешь в мой особняк, там куда безопасней!
- Нет! У меня много дел! Ой… Звонят по второй линии. Пока.
Действительно, по второй линии до меня хотел дозвониться Виктор.
- Проснулась?
- Пришлось…
- Через час приезжай на допрос. Адрес и кабинет скину. Твоим делом займется Брожеев.
- Хорошо.
Поспать уже не удастся. Только этот божественный напиток поставит меня на ноги. Аромат кофе заполонил кухню, жаль, что холодильник пуст, придется заехать на завтрак в МакАвто. Шорты и белая футболка одеты после бодрящего душа. Волосы заплетены в высокий хвост. Может опять вернутся к косичкам? Не очень люблю распущенные волосы, поэтому либо высокий хвост, либо собранная шишка на макушке стали моей повседневной прической. Темные солнцезащитные очки, скрывающие синяк, теперь мой атрибут на неопределенное время.
Поедая фастфуд в машине, я набрала номер телефона Ольги.
- Жанна?
- Привет, как ты?
- Я хорошо… Как ты?
- Надо поговорить… На обеде жду тебя внизу в своей машине, съездим на бизнес-ланч. Об этом никто не должен знать.
- Хорошо.
Мой допрос вел мужчина чуть младше сорока лет, с глубокой морщиной на лбу, холодный взгляд не выдавал никаких эмоций. В этой профессии либо обрастаешь непробиваемой шкурой, либо уходишь, третьего не дано. Мужчину звали Егор. Я вновь поведала свою историю, только теперь собеседник задавал нескончаемые уточняющие вопросы.
- Чем вы можете подтвердить свои слова? Документы, переданные на, так называемый, объект, существуют? – осматривая заполненные собственноручно бумаги, спросил Егор.
- Существовали… Вы же сами все прекрасно понимаете, не первый раз… - не стала продолжать я.
- Других свидетелей и потерпевших мы допросим, вас попрошу никуда не уезжать из города. Вы же тоже понимаете, я вас не должен отпускать. Если на меня надавят свыше, придется заключить под стражу. Большой резонанс вы создали, и, если б не ваш послужной список… – задумчиво произнес он.
- Это была самооборона!
- Во всем разберемся, - подытожил мужчина.
Допрос закончился, и я направилась на свою работу, как раз успевая подъехать к началу обеда.
Ольгу долго ждать не пришлось, спустя минут семь после начала обеденного перерываона села в мою машину.
- Привет! Черт знает, что творится, - с порога проговорила Ольга. – Что случилось? Что за синяк? Где твои косички?
- Я тоже рада тебя видеть, - рассмеялась я. – Расскажу все за обедом, кушать безумно хочу.
- Начиная с того дня, когда нам сказали, что ты ушла на больничный, Павел Романович странно себя вел. Сначала радостный ходил несколько дней, потом обозлился на весь мир.
- Ты знаешь, что вся информация, предоставленная в той папке, была фальшивая? У тебя она осталась? – не зная можно ли ей доверять, спросила я.
- Нет, ее сперли с моего стола после убийства девушки… - как-то задумчиво бегая глазами, сказала Оля.
- Но… - понимая, что она что-то скрывает, произнесла я.
Мы завернули на стоянку пиццерии.
- В кафе продолжишь… - выйдя из машины, сказала я.
Мы сели за столик возле окна. Мило улыбаясь, официант оформил наш заказ. Молодой парень старался не смотреть в мою сторону. Видимо, думал, что я алкашка, которую побил собутыльник в пьяной разборке. Как же люди привыкли мыслить стереотипами, боясь собственных комплексов, закрываясь пеленой безразличия.
- Жанна, меня уволят…
- Почему?
- Я сделала копию досье, чего никак нельзя делать! Запрещено под угрозой увольнения, это же секретная информация… Я просто не успевала, хотела дома поработать… - жалобно начала оправдываться девушка.
- Оля, стой! Ты хочешь сказать у тебя есть копия?
- Я ее сожгу… Только ты об этом знаешь…
- Нет! Даже не думай! Ты не представляешь, как ты мне помогла! Это козырь! Нужная улика… Не говори никому ни слова. И ничего сжигать не надо!
- Хорошо… - удивленно посмотрела на меня Оля.
Теперь даже обычная пицца казалась такой вкусной. Это хорошие новости, позволяющие продвинуться в расследовании и выстроить линию защиты. Я рассказала в общих чертах о произошедшем.
- Ты жила в особняке этого красавца? - с интересом спросила она, всматриваясь в мои глаза.
- Пришлось.
- Ого, настоящее приключение! Может еще наложницей была? – подвинувшись ближе ко мне, спросила Оля.
- Если хочешь узнать, был секс или нет, то отвечу – был! Умопомрачительный секс, - спокойно ответила я.
- Прям сериал какой-то! Заложница перевоплотилась в наложницу, - рассмеялась Ольга.
Ольга не унималась, расспрашивая о Натане. Я, упуская некоторые тонкости, рассказала о моем неудавшемся побеге, о дне рождении подружки Маргариты и о нашем похищении.
- Каким, все-таки, козлом оказался Павел Романович! Вроде мужчина с хорошим послужным списком…
- Оля, когда на кону большие деньги, не все могут справиться с соблазном. Предполагая, что, заполучив бизнес Натана, они безнаказанно смогут прокручивать свои схемы, зарабатывая миллионы. Спроси, почему столько коррупции в органах власти? Неугодных со временем убирают, подставляя на взятках, нужных и выгодных людей оставляют.
- Да, Жанна, ты права. Даже не хочу в это вникать, как-то страшно становится.
Вернув Ольгу на работу, пообещала заехать за ней вечером и довезти до дома.
Подъезжая к своему подъезду, я заметила до боли знакомый внедорожник.
- Привет, я за тобой… - через открытое окно сказал Саша.
- Привет, Натан все никак не успокоится! Я же теперь не в заточении…
- Он меня убьет, ты же понимаешь…
- Саш, некогда мне сидеть в особняке. Как Маргарита? – постаралась перевести разговор.