Виктор Глухов агент Ада. Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
– И это понятно, – кивнула Рабэ. – Я скажу, что ты храбро меня защищал. Служи верно и не прогадаешь.
Эльфар преданно кивнул.
«Значит, я была права и хозяин тоже, – стала размышлять Рабэ. – Принцессу хотят использовать как пешку против политики старших домов. И планы у Братства весьма амбициозные. Нелегко будет хозяину. Ну ничего, я ему помогу. Мы это Братство переиграем».
Планета Сивилла. Предгорья Снежных гор
Я вернулся к месту нашей прежней стоянки, похоже, в разгар спора отряда незнакомых мне орков и Ганги. Рядом с ней стояли бойцы отряда Шыргуна, старшего сына Грыза, и скалились. Им доставляло удовольствие наблюдать за перебранкой их предводительницы, на которую они смотрели свысока. В их взглядах читалось снисходительное: «Женщина, что с нее возьмешь?»
И они не вмешивались.
– Женщина, закрой рот и дай говорить мужчинам, – хмуро рассматривая ее отряд из молодых воинов, сказал огромный орк. За его спиной в окружении других орков были Сулейма и сын лера Эману-ила.
Их как-то странно, словно защищали, подпирали два орка и даже пытались как будто прикрыть своими телами. Молодой орк взволнованно оглядывался, а тот, что постарше, крепко сжимал в руках топор. Внешне очень похожие, они напряженно смотрели на молодых бойцов.
Непохоже было, что Су и ее спутник в плену и испытывают страх. Сулейма равнодушно грызла ногти и сплевывала на землю.
– С какими мужчинами ты, недоумок, хочешь поговорить? – шипела моя оскорбленная невеста. – Оставляй нам снежных эльфаров и катись отсюда, пока жив.
– Я тебе еще раз говорю, женщина, исчезни с глаз моих и не позорь тех, кто стоит за твоей спиной. Ты нам не указ. Мы ждем Шамана.
– Какого еще шамана, поедатель травы! Я знаю этих «снежков», и они мои.
– Лучше отойди, женщина. Не доводи до греха. Я могу и рассердиться.
Молодой эльфар хотел что-то сказать, но Сулейма положила руку ему на плечо и отрицательно покачала головой.
«Вот негодница! – понял я. – Она развлекается».
Пришлось вмешаться. Я проявился рядом с Гангой и встал между ней и орком. Я понял, что это отряд, который нанял Фома для охраны моих новых подданных.
– Какого Шамана ты ждешь? – спросил я.
Орк на мгновение опешил.
– Ты кто такой? – придя в себя, спросил он. – И как тут оказался?
– Это прыщ на заднице, – громко проговорила Су. – Он вечно суется не в свои дела. Задай ему.
Ганга широко раскрыла глаза, пораженная ее словами. Никто не смел так разговаривать с ее мужчиной.
– Бледная пиявка! – тихо, но с угрозой проговорила моя невеста. – Я заставлю тебя лизать ему сапоги.
– Попробуй только! – Су воинственно потрясла кулачками.
«Вот же неугомонная, – покачал головой я. – Так и напрашивается, чтобы ее выпороли».
Понимая, что сейчас может случиться драка всех против всех и виноватой в этом будет снежная эльфарка со своим несносным характером, я ментально напустил страх, который поплыл по воздуху, влезая в души присутствующих. Он сковывал волю и приводил в смятение. Я видел, что всех пробрало. Они, не понимая, что происходит и чего нужно бояться, стали осматриваться, а я, словно удав Каа, прошипел:
– Все-ем стоять!
Всех, в том числе и Гангу, парализовало.
– Так ты называеш-шь меня прыщ-щом, гадкий утенок? – все так же тихо спросил я.
Су побледнела еще больше. Рот ее раскрылся, губы и руки в страхе задрожали. Она силилась что-то сказать, но не могла.
Я повернулся к командиру орков.
– Ты был нанят худым маленьким орком. И хочешь влиться в ряды свидетелей Худжгарха, – не повышая голоса, произнес я. – Иди к Грызу и передай ему, что ты оказал услугу Худжгарху и он тебя благословил стать его пророком.
Орк не посмел ослушаться. Молча кивнул и на негнущихся ногах пошел прочь. За ним к своим лорхам пошли орки его отряда.
– Вы, – я посмотрел на отца и сына, – служите тому маленькому орку, которого называете Шаманом. Можете оставаться. И дождитесь его. А ты, – я перевел взгляд на сына Грыза, – если еще раз подставишь небесную невесту, изгоню с позором и отберу мечи.
Посеревший Шыргун поклонился:
– Прости, командор, такое больше не повторится.
– Хорошо. – Я сменил гнев на милость и развеял страх. – Располагайтесь здесь лагерем. И скажите мне, где Фома с Гради-илом?
– Они ушли, – испуганно и растерянно ответила Ганга. Она, как и все, ежилась, не понимая, почему ей стало страшно.
– Как ушли? Куда?
– Гради-ил сказал, что он не доделал одно дело, а Фома сказал, что должен ему помочь.
– Опять двадцать пять, – обескураженно вздохнул я. – Когда это прекратится? У всех неожиданно появляются дела! – Но, понимая, что делать нечего, махнул рукой. – Будем ждать этих дельцов. А вы, лер Эману-ил, не хотите пообщаться с сыном? – посмотрел я на бывшего посла, что стоял столбом, глядя на молодого эльфара и не решаясь к нему подойти. – Думаю, вам о многом стоит поговорить. Шыргун, бери лагерь под охрану. Вы двое, – ткнул я пальцем в двух орков, – найдите себе место и сидите до прихода Шамана тихо. Су, займись хозяйством. Ганга, пошли поговорим. – Я ухватил невесту под локоть и повел ее к ручью.
– А почему я?! – услышал я возмущенный возглас Сулеймы, потом звук шлепка, ойканье и злобное шипение: – Я тебе, клыкастый, руки оторву. Погоди, Фома появится, и считай, что ты труп.
– Сулейма, – вмешался Радзи-ил, – хватит постоянно ругаться и на всех нападать, имей совесть.
– А ты молчи, прихвостень зеленомордого.
Я остановился и повернулся к снежной эльфарке.
– Когда Фома придет, он тебя выпорет. И будет пороть, пока ты не образумишься, а не образумишься, будешь в моем новом доме свиней пасти.
Су замерла с открытым ртом. Она знала, что я не бросаю слова на ветер. Девушка прикусила губу, и из ее глаз потекли слезы.
– Почему я такая несчастная! – запричитала она.
– Потому что дура, – ответил ей один из орков. – И правильно, что Шаман придет и тебя выпорет. Иди готовь еду.
Мы с Гангой продолжили путь к ручью.
– Что случилось? – спросил я. – Почему Фома и Гради-ил куда-то отправились?
– Гради-ил заметил, что за нами следили, и решил узнать кто. Ему на помощь отправился Фома.
– Понятно.
Я прижал ее к себе и поцеловал. Ганга ответила страстным, горячим поцелуем, но тут же стала меня отпихивать.
– Ты чего?
– Ты… ты спал с Чернушкой? Спал. Я чувствую на тебе ее запах. И я знаю, что она понесла…
Я думал, что она устроит сейчас сцену ревности, но ее глаза радостно заблестели.
– Как это славно. У нас будут дети!.. И ты уже не сможешь бегать от нас. Нам нужна защита и внимание.
Она крепко ко мне прижалась.
– За Сулейму не беспокойся, я ее усмирю, – тихо проговорила она. – Присмотри за Эману-илом. Странный он. Всю дорогу молчал.
– Хорошо, присмотрю. Как там наш ребенок?
– Растет. Что ему сделается. – Она беззаботно махнула рукой. – Какие новости из дома?
– Тору похитили и везут в горы.
– Тору? Как? Когда?
– Несколько дней назад.
– И что, ты позволишь ее просто так увезти? – Она недоверчиво посмотрела на меня. – На тебя это непохоже.
«Сказать или не стоит? – размышлял я. – Чернушка знает, зачем тогда скрывать от Ганги? Она не болтлива».
– Ты почему молчишь? – не отступала орчанка.
– Они украли не эльфарку.
– Не эльфарку? А кого?
– Демоницу. Рабэ.
– Так это была Рабэ? О боги, я даже не заметила этого. Ну ты и хитрец. – Ганга покачала головой. – Как мой дед.
Наш разговор прервал топот копыт. Мы обернулись на шум и увидели Фому и Гради-ила.
– Вернулись пропащие, – проворчал я. Дождался, когда они подъедут, и спросил: – Где были? Докладывайте.
Гради-ил, после того как его спасли молодые орки, пребывал в лагере Грыза и без дела слонялся по стойбищу. Делать ему было нечего, и он, чтобы не скучать, пристроился к походной кузне. У свидетелей Худжгарха тоже были рабы – люди. Кузнецы, портные, пастухи. Только в отличие от других племен орков тут рабов щадили. Так велел Худжгарх.