Берег. Свернуть горы
Развернувшись, Роберт с кошачьей грацией покинул комнату. Он направился в кабинет отца, по дороге сделав несколько глубоких дыхательных упражнений, чтобы прийти в себя.
— Дом, милый дом,— думал он,— Только отец с его чувством юмора может ужиться с этими ведьмами.
В детстве тетушки казались Роберту героями сказки Льюиса Кэрролла про Алису, Траляля и Труляля. Став старше, он стал со снисхождением относиться к Джейн и Элен и к их фанатичному почитанию генеалогического древа, ветки которого тетки тщательно оберегали от посягательств. «Но хватать принцессу птичьими лапами я им не позволю. Впрочем, девочка сейчас сама себя покажет, а мы с отцом ей поможем»,— с этими мыслями он постучал в дверь.
* * *
Эдвард, побледнев, воткнул трубку на базу и зашагал по кабинету, заложив руки за спину.
В дверь постучали, и он открыл дверь. Вошел Роберт и плюхнулся рядом с Юлей на диван:
— Все в порядке? Ты жива?
Юля утонула в его ласковой улыбке. Чудесным образом, рядом с ним она превращалась в мед и шелк.
— Скорее, да, чем нет.
Эдвард сел за стол и закрыл лицо руками.
—Что случилось?— нахмурился Роберт.
— Джером с женой пропали.
— Они сейчас ведь в Африке?
— Да, в Судане,— Эдвард мученически посмотрел на сына.— Возможно, придется лететь. Я понимаю, тебе сейчас не до этого. Но мне понадобится твоя помощь.
—Я с вами,— Юля повернулась к Роберту,— и никаких «но».
Фарреллы переглянулись.
—Хорошо,— ответил за двоих Эдвард,— если полетим, то втроем! Девушка, которая лихо управляется с сайгой и разбирается в медикаментах там будет кстати. Но об этом позже.
Он взглянул на часы.
—Скоро обед, давайте присядем, и я расскажу вам кое-что,— Эдвард повертел в руках ежедневник.
Роберт обнял Юлю и выжидательно уставился на отца.
— Ваша свадьба состоится в мае,— выдержав паузу, торжественно оповестил их мистер Фаррелл.
—А почему так долго?— возмутился Роберт.— Я Анне сказал, что через пару недель.
—А куда спешить? Вы все равно уже живете как муж и жена?— в голосе Фаррелла старшего Юле послышалась досада.— Только не забеременейте к этому светлому дню.
—Вообще-то, Эдвард прав,— Юля выбралась из объятий Роберта и подошла к окну.— Я не хочу в такую слякоть испачкать подол свадебного платья. Не из церкви выйти, не на лужайке потанцевать.
—Джулия всегда меня поражала своей рациональностью, а ты меня удивил,— за Юлиной спиной послышались шаги, и рука Фаррелла-старшего легла ей на плечо.— Здесь на лужайке мы поставим шатры с накрытыми столами. Гостей будет много — я один раз сына женю. Ты будешь самой красивой невестой.
— О да!— Роберт, как всегда, неслышно подкрался сзади.— Спасибо, отец!
Фаррелл младший стиснул его в объятьях.
—Тихо ты, зверь,— рассмеялся Эдвард.— Слушайте и не перебивайте. Сегодня к обеду я пригласил мистера Фелта и мистера Уоллеса. Они уже формально засвидетельствовали благонадежность Джулии перед Англией по моей просьбе, но, конечно, хотят познакомиться лично. Твоим родителям я отправил приглашение, чтобы они успели оформить паспорта и визы, если захотят приехать. Я вчера с ними сам связался. До вас ведь дозвониться. Что там с Дмитрием и Саней точно сказать не могу, но изо всех сил постараюсь вытащить их. У них могут возникнуть проблемы выездного характера. Сейчас спускаемся в гостиную. Джулия, не переживай, мы рядом.
— Там кто-нибудь русский знает?— Юле вдруг пришла в голову одна мысль, и озорной огонек блеснул в ее глазах.
— Кроме нас, никто,— уверенно кивнул Эдвард.
— Отлично,— Юля расплылась в непроизвольной и довольной улыбке.— Роберт, если я не буду знать, что отвечать, то буду говорить тебе абракадабру, а ты уж сам выкручивайся.
—Окей,— рассмеялся тот,— отлично придумано.
—Тогда вперед, друзья мои,— подытожил Фаррелл-старший,— нас ждут великие дела.
Роберт взял Юлю за руку, и они отправились в гостиную в сопровождении Эдварда. Юля хотела спросить, кто еще будет присутствовать за обедом, но потом решила для себя: "Экспромт так экспромт. По полной программе".
Посреди зала стоял длинный стол с белоснежной скатертью, сервированный на двенадцать персон. Панорамные окна, обрамленные бархатными синими шторами, добавляли света богато убранной гостиной. В дальнем углу примостился рояль. Он казался даже маленьким в этой комнате, размером с актовый зал в советской школе. На голубых стенах красовались акварели. Юля не взялась судить их подлинность, но вряд ли эти чванливые особы допустили бы копии в своем вороньем гнезде.
Судя по количеству тарелок, все уже собрались. Трое мужчин, примерно ровесники Эдварда, стояли с аперитивами у рояля и беседовали. У окна расположился молодой человек, худощавый брюнет с зализанными назад волосами, и крашеная блондинка, лет тридцати, с черными как уголь глазами. На диване у окна сидели уже известные Юле сестры мистера Фаррелла и леди приятной наружности с добрым, немного грустным взглядом. Синее платье с жемчужными пуговками ей было к лицу. Пара рыжих кудряшек выбилось из строгой прически. Около них стояла дама, похожая на особу у окна, видимо, мать. Ее колоритная внешность задержала Юлино внимание: высокий рост, черные глаза навыкате, орлиный нос и губы варениками. Белоснежное платье дамы чересчур откровенно обтягивало ее неспортивную фигуру. Создавалось впечатление, что в белый эластичный чехол сложили автомобильные покрышки. Все это великолепие венчал шиньон пшеничного цвета на голове. «Тетушка Аскарида»,— мелькнула у Юли мысль. Белый монстр был чем-то явно возмущен и активно жестикулировал. Сестры так и остались с момента их недавней встречи в своих серых платьях баллонах.
Эдвард задержал Юлю и Роберта на пороге. Все разговоры смолкли и несколько пар глаз уставилось с интересом на Юлю.
—Дамы и господа, разрешите вам представить нашу гостью из России — мисс Джулия.
Оживление ощутилось лишь в группе, собравшейся у рояля. Эдвард недовольно посмотрел в сторону сестер и пригласил всех отобедать. Он сел во главе стола и по очереди представил Юле присутствующих. По правую и по левую руку от него расположились его друзья, мистер Уоллес и мистер Фелт. Дальше — справа — Юля, Роберт и двоюродный брат Эдварда, Майкл Фаррелл с супругой Кейт. По левую сторону — сестры, тетушка Аскарида, Рональд и Джоанна. Она бросала на Роберта пылкие взгляды и исподтишка изучала Юлю.