Берег. Территория любви

—Еще раз с этого момента поподробнее,— иронично попросил Сергей.— Сильно головой, говоришь, ударилась? Так, так, так… То есть ты меня решила бросить? Дай подумать. У тебя кто-то завелся?
—Заводятся блохи. А мы расстаемся, потому что не подходим друг другу,— Юля перестала притворяться.— И я возвращаю тебе кольцо, потому что не буду твоей женой.
В трубке повисло предгрозовое молчание.
—Ты не любишь меня, а я не люблю тебя. На этой ноте и расстанемся,— добавила она.
—Я перезвоню,— Сергей повесил трубку.
Юля положила телефон и откинулась на спинку сиденья. В голове шумело, как после удара.
—Второй раунд закончился вничью,— объявила она.
Роберт смотрел на нее, будто видел впервые.
—Я бы сказзал: 1:0, в пользу Джу. А ты далеко не такая пушистая, как кажешься. Не расслышал, что Сергей сказал напоследок?
—Что перезвонит,— Юля закрыла лицо ладонями.— Даже голос его слышать невмоготу!
—Давай-ка, я поведу. Ты отдохни.
—Да, давай.
 
***
В городе они купили букет из хризантем и роз для мамы, Юля уже пришла в себя и снова села за руль.
—Ты знаешь,— Роберт несколькими ловкими движениями пригладил волосы,— я немного нервничаю. Нужно было подстричься заехать. Не думал, что знакомство с родителями невесты вызовет во мне такой шквал эмоций.
—Не переживай, они у меня замечательные…
—О, нет! Чуть главное не забыл. Зовут-то их как?
—Дормидонт Калабирдекович и Агриппина Нафанаиловна,— сдерживая смех, произнесла Юля.
—Как?!— растерялся Роберт, будто школьник, невыучивший урок.— Дроми… Джу! Я не выговорю. Почему ты раньше не сказала?
Юля рассмеялась.
—Прости, солнце! Я пошутила. Маму зовут Марина, а папу — Андрей.
Роберт выдохнул:
—С тобой весело!
—А то!
 
***
Мама с порога бросилась к Юле и обняла.
—Привет,— она мягко отстранила мать, пропустила вперед жениха и, окинув цепким взглядом лестничный пролет, закрыла дверь.— Знакомьтесь. Мой спаситель — Роберт Фаррелл, прошу любить и жаловать. Дорогой, познакомься, Марина и Андрей — мои родители.
Роберт умело скрыл удивление, увидев Юлиного отца, сидящим в инвалидном кресле. Мужчины обменялись рукопожатиями и будущий зять, покраснев, вручил маме букет. Она смотрела на него влажными от слез глазами, не находя слов. Отец пришел ей на помощь:
—Ну и что стоим? Мойте руки и к столу!
—Юля, помоги мне, пожалуйста,— позвала ее мать.
Юля прошла на кухню.
—Что скажешь?— взялась она за нож и нарезала аккуратными ломтями хлеб.
—Странное чувство,— мама достала запеченную курицу из духовки, поставила противень на плиту, села на краешек стула и вздохнула,— вы с ним словно одной породы зверьки. Да-да, не смейся, это была первая мысль, которая пришла мне в голову. И ты так изменилась за эти дни! Светишься…
—Я впервые за много лет счастлива! Кстати, знаешь, кого я встретила на днях? Громова с Самураем! Они с Робертом приятели, представляешь?
—Чудеса, да и только. И ты простила Саню? Ведь даже имя его не разрешала называть! Помню, Дмитрий как-то приезжал, но ты велела никому из друзей Громова твой телефон не давать,— покачала она головой.
—Что было, то прошло.
—Неужели не шевельнулось даже в груди?
—Нет,— отрезала Юля.
—А чего покраснела тогда?— мама накрыла Юлину руку своей теплой ладонью.— Ты можешь обмануть себя, но не меня. Первая любовь навсегда остается в сердце.
—Жарко здесь,— Юля поднялась и ловко перекинула цыпленка на блюдо. «Что же ты тогда мне Сергея сватала, раз такая проницательная?» — Пойдем кормить мужчин.
 
***
— Это самый вкусный цыпленок, которого я пробовал в жизни,— похвалил Роберт мамину кухню.
—Да, Марина прекрасно готовит!— отец отложил нож и вилку,— Как вы познакомились с нашей девочкой?
—Это удивительная история,— Роберт вопросительно взглянул на Юлю, и она согласно кивнула. Обладая даром рассказчика, он поведал ее родителям историю их встречи, умело избегая скользких моментов.
Когда подали чай, Роберт поднялся с места и попросил слова.
—Мы с Юлей вместе всего несколько дней. Но с первой минуты знакомства я понял, что эту женщину ждал всю жизнь. И посему разрешите мне просить руки вашей дочери.
—О, как,— отец удивленно вскинул брови, хотя Юля была уверена на сто процентов, что он в курсе.— Мать, чего говорят-то в таком случае?..
Мама подошла к Роберту и поцеловала его.
—Будьте счастливы,— она взирала на будущего зятя как на божество.
—Шампанского!— воскликнул отец и махнул рюмку коньяка.
—Образа надо нести,— топнула на него ногой мать и бросилась в спальню за маленьким, бумажным изображением Богородицы, оставшимся от бабушки.
Юля с умилением наблюдала за светопреставлением, пока Роберт не вытащил ее за руку на середину комнаты.
—Благословляю вас, дети мои!— перекрестил их отец, неумело сложив пальцы. В церковь в семье Юля ходила одна.
Только вернулись за стол, как зазвонил у нее мобильный. Она взглянула на дисплей: номер не определился.
—Слушаю вас!
—Привет. Это Эдик. Ты дома?
—Дома,— узнала Юля голос водителя Сергея.
—Можешь спуститься за паспортом и вынести диск, если я подъеду через пятнадцать минут? Сергей Владимирович занят, а вот приперло ему забрать то, что ты обещала,— Эдик балагурил как обычно, и она расслабилась. Тридцатилетний симпатичный детина не вызывал у нее опасений, да и отношения их носили приятельский характер.
— А домой ко мне ты не можешь подняться?— Юля взглянула на Роберта, он одобрительно кивнул.
—Слушай, я вчера на тренировке мышцу растянул, за рулем еле сижу. Если ты, конечно, настаиваешь…— заныл Эдик.
—Ладно, выйду, не скули,— пожалела его Юля, сбросила звонок и встала из-за стола,— Спасибо за угощение, но нам, похоже, пора. Солнце, пойдем, я тебе свою комнату покажу.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Давай лучше я выйду,— предложил Роберт, когда они с Юлей остались вдвоем.