( Не)чаянная дочь для магната

— Фрол, можно помочь твоему делу? У тебя фонд? — протискивается вперёд крепкий белобрысый парень лет тридцати. — Я случайно здесь оказался. Дичь полная эти бои.
— И я готов вложиться, — слышится ещё голос.
— Кто хочет помочь фонду, обратитесь к моему помощнику, — я киваю на Дмитрия и, спрыгнув с бортика, подхожу к клетке с Николаем. — Где остальные обезьяны, дебил?
Он стоит, подвывая, закрыв голову руками. Толку от него ноль.
— Туда их уносили, — хмуро кивает мужчина в чёрной кожанке в сторону сцены. — Отвратительное зрелище.
— По-видимому, раньше здесь был зрительный зал, — подходит ко мне Руслан.
— Здесь теперь бои без правил проходят. Понимаю, пацаны дерутся, — вмешивается в наш разговор мужчина. — Но обезьян мне реально жалко сегодня было!
— Что же полицию не вызвал, раз такой жалостливый? — усмехается Руслан.
— Хотел сам навалять после представления этому клоуну, — мужчина плюёт в сторону Коляна.
К моему удивлению, вокруг Дмитрия собралось много людей. Не всё так плохо, значит, в королевстве нашем. Пролетел наш затейник мимо бабла.
— Сходи за Марго с Никитой, — прошу Руслана. — Мо с Челиком на стрессе, нужно кольнуть что-нибудь. Я пойду гляну остальных.
Бегу к сцене, проклиная себя за излишнюю доверчивость. Молю небеса, чтобы с остальными моими питомцами ничего страшного не случилось. Забегаю за пыльный синий занавес и спускаюсь по ступеням. Прислушиваюсь. За одной из трёх дверей слышится обезьяний стрекот и плач. Врываюсь в подсобку и натыкаюсь на составленные друг на дружку клетки с напуганными шимпанзе. У одного надорвано ухо, у второго рваная рана плеча. Четверых обезьян не разглядеть целиком из-за тусклого освещения. На хромоногом столе горит настольная лампа, расстелена окровавленная пелёнка и разбросаны инструменты. Ветеринар сбежал.
    
Эпилог
Сентябрь, 2022
Фрол
Марго мирно спит, сложив ладони под щекой. Я лежу, подперев голову подушкой, и пытаюсь угадать, что жене снится. Лицо моей королевы серьёзно. Не иначе толкает с трибуны речь на конференции. Потуги превратить жену в домашнюю кошечку закончились в далёкий мартовский вечер! Когда Марго зашивала ухо Донни в полутёмной подсобке, а на соседнем столе Никита врачевал Барона. Куда делась девичья неуклюжесть и растерянность? Строгий взгляд и движения, выверенные годами практики. Анна подавала Марго инструменты и понимала её с полуслова. Обезьянам досталось, но именно в тот момент я понял, что теперь они в надёжных руках. Какое вязание! Марго с таким рвением взялась наводить порядок в делах ранчо, что я сдался без боя. Как она убедила Никиту с Люсей вообще переселиться туда для меня загадка. Хотя двухэтажный дом в лесу, на мой взгляд, шикарная альтернатива двухкомнатной квартире в душном городе.
Колян отправился мотать срок за решётку. Жестокое обращение с животными у нас пока ещё слабенько прописано в законодательстве. А вот за хранение белого порошка уехал наш незадачливый барыга и шоумен на восемь лет строгого режима. Колумбийскую пудру нашли неожиданно при обыске дома Коляна в большом количестве,
Марусино желание иметь много обезьян я исполнил. Вместе с Марго она раза два в неделю ездит на ранчо, но идти по маминым стопам не собирается. Руслан всерьёз советует ей отправиться в художественную школу, а Маруся озадачена изучением энциклопедии по домоводству.
Тёплая ладонь Марго возвращает меня в лунную ночь. Выходные мы решили провести тесной компанией на острове, и я всё время ворочаюсь не в своей постели. Вот какой изнеженный стал.
— Чего не спишь? — шепчет Марго.
На подоконнике стоит корзина полная яблок, и мне кажется, что кожа Марго впитала в себя их волшебный аромат. Чарующий запах уходящего лета. Я касаюсь губами её тонкого запястья.
— Думаю о нас, — поднимаюсь губами выше и дотягиваюсь до плеча.
Живот Марго непомерных размеров затрудняет мои манёвры. Я перебираюсь к ней за спину и прижимаюсь всем телом.
— Ого, — усмехается она. — Судя по ощущениям, ты думаешь о нас очень горячо. Рвёшься в бой, я бы сказала.
Жадно прохожусь руками по аппетитным формам Марго, и целую шелковистые волосы на её затылке.
— А можно? — с надеждой спрашиваю я.
— Нет!
— Ну на полшишечки! — прицеливаюсь я, сползая чуть ниже.
— Фрол!
Вхожу без спросу и зажмуриваюсь, чтобы сдержаться.
— Я тихонько, как заинька.
— Мне страшно! Вдруг там рванёт.
— Не бойся, я с тобой, — партизаню уже напролом.
— Вот неугомонный! — Марго снимает оборону.
— Ты так вкусно пахнешь яблоками сегодня, — веду носом по её спине и говорю, лишь бы что-нибудь говорить. Только бы отвлечься от того, что сейчас происходит внизу и продлить удовольствие.
— Неправда, — голос Марго сладкий, как малиновый сок. — Я пахну тобой.
И её слова становятся последней каплей. Взрываюсь вулканом и опрокидываюсь на спину.
— Моя королева, — выдыхаю.
Сердце стучит так, словно безнадёжный гол пробил.
— Заинька мой, — смеётся Марго, встаёт с постели и охая, приседает.
— Что? — подскакиваю я и включаю ночник.
— Воды отошли, — Марго растерянно смотрит на меня.
— Воды? — смотрю в окно. — На озере не бывает отливов.
Марго стучит кулаком по лбу.
— У меня отошли воды! Рожаю я.
Меня прошибает пот:
— Как рожаешь? — взбиваю подушку, подрываюсь с постели и влетаю босыми ногами в лужу. — Ложись скорее, упадёт же!
— Кто упадёт?
— Наш малыш! Ты же говорила ещё две недели…
— Так! Успокоились! — хватается Марго за голову. — Сядь, пожалуйста.
— Сажусь, — послушно приземляюсь на кровать. Руки дрожат, в голове полный разброд.
— До родов ещё часов двенадцать минимум. Это только начало. Буди Руслана, Марусю. Собираем вещи, кушаем, пьём кофе и едем в город.
— До города ещё двести километров от берега, — чую уже всеми фибрами души, что прилетит нам сейчас за невоздержанность мою сполна.
Через час мы подходим к причалу, и я в недоумении ищу глазами моторку. Ещё не рассвело. Мы гоняли с Русланом по ночному озеру и совершенно точно оставили её здесь.
— Мои легионы! Рус, где лодка?
Руслан чешет в затылке и озирается по сторонам.
— Здесь ведь точно один причал? — глядит он на меня.
— Один, — кивает Маруся. — Мы с мамой вчера весь остров кругом обошли.
— Мальчики, вы шутите? — Марго опускает сумку и сгибается пополам.