Душа полуночи

Я неуклюже выпрямилась. Должно быть, на моем теле не осталось ни одного живого места. Любое малейшее движение причиняло боль, и это не оставляло ни малейших сомнений в том, что это не сон.
За Сиреной в комнату вошла еще одна альба. Лантеа. Я вспомнила о том, как она заботилась о раненых в тронном зале, и догадалась, что меня ждет.
– Со мной все в порядке, – заверила я их обеих. – Лишь несколько синяков и ссадин. – Я уставилась на простыню у своих ног, и мои пальцы крепко впились в нее. Я хотела спокойствия. Пара полученных царапин пройдут сами по себе. В отличие от других ран, которые не видны на моей коже. И их я никому не хотела показывать. Особенно Лантее и другим Высшим, которые смотрели на меня свысока, будто я не достойна находиться в их присутствии.
– Я быстро, – сказала Лантеа и подошла ко мне. Она приподняла руку, чтобы дотронуться до моей, но я невольно отдернула ее.
– Не переживай, больно не будет, – сочувственно пообещала она.
Я все же подняла на нее свои глаза и увидела ту самую сострадательную, дружелюбную альбу, какой она была в тронном зале, когда смотрела не на меня, а на кого-то другого. Могла ли она изменить свое мнение обо мне? Я вопросительно прищурилась.
– Мы многим тебе обязаны, Шира, – пояснила Лантеа. – Вылечить тебя – это меньшее, что я могу сделать. Это лишь начало, ты не находишь?
– Да, – согласилась я. Возможно, так оно и было. И дело не только в лечении, но и в том, что она здесь: дружелюбно улыбалась и старалась наладить отношения. Это первый шаг, возможно, даже начало новой эпохи, в которой ночных альб больше не будут считать отбросами общества. С каким удовольствием я внушила бы себе то, что каждая жертва стоила того. Но я не могла себя в этом убедить.
– Хорошо, тогда давай начнем, – предложила она. – Обещаю, что все пройдет быстро. На первый взгляд у тебя нет серьезных повреждений. В отличии от твоего человеческого друга. Он действительно был плох.
Произнося эти слова, она положила руку на мою грудь. Я чувствовала исходившее из нее тепло, словно соприкоснулась с лучом солнца. Это ощущение успокаивало меня, и я закрыла глаза. Только когда смыл ее слов дошел до меня, меня будто окатило холодной водой. Я распахнула глаза.
– Что ты сказала? – спросила я. Стук моего сердца раздавался у меня в горле.
– Человеческий принц, – пояснила она, словно я уже давно была в курсе дела. – Он был тяжело ранен. Прошло много времени, пока мне не удалось его…
Я вскочила с постели и, шатаясь, встала на ноги. Мне казалось, что моя грудь больше не может удерживать в узде взбунтовавшееся сердце, и я рванула мимо Сирены к двери.
– Что у нее там такого срочного? – Я услышала, как Лантеа спрашивает позади меня. То, что ответила ей Сирена, я уже не расслышала.
Одетая лишь в простую льняную рубашку, я бросилась из помещения. Я не знала, куда бежать, но внутри меня рос удушающий страх того, что я неправильно поняла слова Лентеи. Об этом я не хотела думать! Ускорившись, побежала босиком по коридору, задыхаясь, пока не решила, что заблудилась. Завернув за следующий угол, я столкнулась с одним из дворцовых стражей.
– Где… сейчас?.. – запыхалась я, ловя воздух ртом.
Мужчина посмотрел на меня так, будто я задала наиглупейший вопрос, и указал на дверь, перед которой собралось более дюжины человек. Невооруженные воины в помятых доспехах с густыми бородами и плечами шириной со шкаф. Их было трудно не заметить.
Я поплелась мимо стражника и протиснулась сквозь толпу. Мои колени подогнулись; я боялась, что рухну на пол раньше, чем сумею добраться до двери, но еще больше боялась того, что не найду за ней ожидаемого.
– Не надо нестись, как ураган, малышка, – сказал один из людей. Они были больше чем на голову выше меня, и я пробиралась сквозь их ряды, как между скалами.
– Ты не слушал? – до меня донесся голос Кассы, когда я собиралась открыть дверь.
Я ворвалась в помещение и едва ли могла поверить своим глазам. Лисандр сидела на кровати в майке и льняных штанах. Он смотрел в пол, выглядел белым как мел и потрепанным, а мокрые от пота волосы липли к его лбу. И все же он пытался встать. Демиан стоял рядом с ним и схватил его за предплечье, чтобы помочь.
– Спасибо, все нормально, – упрямо сказал Лисандр. – Для отдыха будет еще… – В этот момент он поднял глаза.
Когда наши взгляды встретились, я оцепенела. А что, если это всего лишь сон? Что, если я потеряла сознание, когда Лантеа лечила меня своей целебной магией, и все еще спала? Я не осмеливалась пошевелиться. Даже затаила дыхание, потому что опасалась, что один неверный вздох может уничтожить то, что я так сильно хотела, – чтобы это оказалось правдой.
Лисандр умер у меня на руках. Он истек кровью и произнес последние слова. Неужели я вновь недооценила силу человеческой воли к жизни? Пожалуй, так оно и было, потому что на его губах мелькнула улыбка, и это совсем не похоже на сон. Она была настоящей, честной и развеивала все сомнения.
– Да ты полуголая, – заметил он.
Когда я услышала его голос, все вокруг закружилось, мои ноги больше не хотели меня удерживать и подкашивались. Лисандр тут же оказался рядом, поймал меня и опустился вместе со мной на колени.
– Осторожно, – сказал он и смахнул волосы с моего лба. – А то поранишься.
– Ты… – едва слышно произнесла я. Мои мысли сменялись одна за другой, и я не находила слов. Но от его вида становилось легче. Чувствовать его, знать, что все это не сон, снимало камень с моих плеч.
– Ты идиот! – крикнула я на него. Слезы наворачивались на мои глаза.
Лисандр выглядел озадаченным. Хотя он должен лучше всех понимать, насколько глупым было его поведение. Невероятно глупым.
– Больше никогда так не делай, понял? – Я оторвалась от него и начала ударять его кулаком по груди. Мне просто нужно выпустить накопившиеся эмоции. Рассказать ему, как сильно на него злилась и что у меня были на это весомые основания.
– Что ты имеешь в виду? – забавляясь, спросил он и поймал мои руки.
Но я не была настроена на шутки.
– Я видела, как ты умираешь! – заявила я, и с этими словами все мое накопленное отчаяние выплеснулось наружу. – Ты умер по моей вине! Ты хоть знаешь, что ты натворил? Знаешь, каково это потерять тебя таким способом? Я сказала тебе не идти за мной! И уж тем более не жертвовать своей жизнью ради меня. Бросить меч во время сражения! О чем ты вообще думал?
Лисандр позволил мне кричать и свирепствовать. Только когда в моих легких не осталось воздуха и я на мгновение замолчала, он схватил мое лицо обеими руками и смахнул большими пальцами слезы с моих щек. Я подняла на него глаза, и моя ярость в один миг улетучилась. Его близость имела надо мной больше власти, чем любая целительная магия. Его взгляд смыл всю боль с моей души.
– Я всегда буду тебя защищать, – заверил меня он. – Даже если ты пинаешься, бьешь и кричишь на меня. Я не позволю ни одному страданию случиться с тобой.