Магия воздуха
– Хотела бы я сказать, что все это звучит как чушь собачья. Притянуто за уши. Что твоя мать действительно сошла с ума за годы, проведенные в плену. – Она тихо вздохнула и поцеловала кошку между маленьких ушек. – К сожалению, все это действительно в стиле моего брата.
– Значит, это правда? – прошептала Дария и наклонилась ближе. – Нерон и Гайя были вместе?
Сегодня днем у нас не было возможности как следует пообщаться после того, как они с гондольером спасли нас из района Чой. Каспер и Уилл посвятили ее в события ночи, пока я, дрожа, цеплялась за своего инвента. От этой мысли мне стало плохо.
Я поспешно переключила свое внимание на Ариэль. В ее глазах застыло задумчивое выражение.
– Я была тогда еще молода. Тем не менее скандал не прошел мимо меня, хотя мне не разрешалось иметь прямое отношение к Омилии. Сейчас это невообразимо, но в то время Нерон был примером для меня. Я восхищалась им. Моя сестра была скорее высокомерна. Она всегда утирала мне нос тем, что я не принадлежу к ним, потому что они элита, а я всего лишь обычная девушка. Нерон был другим. Любящим. Пробирался в мою комнату после уроков и рассказывал истории о мире таинственных стихий. В юном возрасте я просто хотела быть частью этого, и он позволял мне настолько, насколько мог. Он был моим героем, лучшим братом, которого только можно было пожелать. Но после скандала… После Гайи… – Она запнулась и захлопала глазами. Пляшущие веснушки на ее лице, казалось, остановились. – Сначала он был в бешенстве. Кричал, ревел, был вне себя от ярости. Ему было совершенно все равно, что говорили родители или люди в Омилии, он делал все возможное, чтобы снова увидеть Гайю, даже ударил отца, когда тот хотел помешать ему выйти из дома. А потом вдруг его протест прекратился. Мы так и не узнали, что произошло. Он вернулся к нам после того, как пропал на целую ночь, и даже инвенты не могли его найти, несколько дней подряд он не выходил из своей комнаты. Его боль была вездесущей, она витала над всем домом, даже когда наши родители и Яра делали вид, что все по-старому. Я слышала, как он кричал ночью. Он не успокаивался и никого к себе не подпускал. После того как в первый раз покинул свою комнату, он больше не был моим братом. Он меня напугал. Внешне он выглядел как обычно, продолжал ходить в Омилию, сидел с нами за обеденным столом. Но его окружила тьма. Брат перестал заходить ко мне в комнату. Вообще перестал со мной разговаривать. Вместо этого обращался со мной снисходительно, как Яра.
Эль замолчала и торопливо вытерла глаза рукавом.
– Внезапно для него самым важным стало привлечь внимание старейшин. Он просто проводил все время в Омилии, хотя раньше всегда высмеивал ее. После того как предал твоих родителей, старейшины полностью приняли его, и оплошность Нерона была забыта.
Она горько улыбнулась.
– Один-единственный раз, несколько месяцев спустя, Яра в споре упомянула имя Гайи. Нерон подошел к ней и сжал ей горло. Сестре не хватало воздуха, она покраснела, но он все равно не ослабил хватку. Ни слова не сказал. В его глазах была только тьма. Самая глубокая ночь. Наш отец успел вмешаться, чтобы предотвратить худшее. С этого момента я поняла, что потеряла его навсегда.
Мурашки расползлись по моим рукам.
– Значит, он изменился после того, как его заставили перестать общаться с Гайей? Известно ли, что произошло той ночью, прежде чем он отгородился ото всех? Нерон пытался связаться с Гайей? – наморщив лоб, спросила я.
Эль покачала головой.
– Не знаю. Он сам отправился в психиатрическую больницу и прошел конверсионную терапию, чтобы излечиться от своих грехов. Как будто любовь – это то, от чего нужно лечиться! Я так и не простила своим родителям того, что они из него сделали. Омилия… Ладно, она полна выжженных мозгами, одержимых властью идиотов, но наши родители? Когда Нерон рассказал им о своей любви к Гайе, они и глазом не моргнули, побежали к старейшинам, чтобы открыть им грязную тайну Нерона.
– Ваши родители предали Гайю и Нерона? – прошептала Дария.
Эль ответила на ее взгляд, полный подавленной ярости, затем посмотрела на меня.
– Теперь ты понимаешь, почему я рада, что Эвелин выросла со мной, и я, насколько могла, пыталась уберечь ее от этого обмана? Взгляды Омилии не просто глупы и презрительны – они сделали монстра из располагающего к себе молодого человека.
С каждой следующей фразой во мне растекалась жгучая жалость. Или это был гнев? Беспомощность?
Прежде чем я смогла верно сформулировать свои мысли, которые заставили мое тело дрожать, образ горящей квартиры проник в мое сознание. За ним последовали мои приемные родители на кладбище. И мои настоящие, под землей.
– Мы должны остановить его, – услышала я свой хриплый голос. – Должны освободить моих родителей и убедиться, что этот проклятый город узнает правду.
К моему удивлению, на лице Ариэль появилась мрачная улыбка.
– Да, дорогая. Мы должны это сделать.
Она встала, выпустила кошку и пошла обратно к плите, где принялась разливать питье по трем чашкам.
Я повернулась к Дарии. Она удрученно смотрела в пол. Как раз в тот момент, когда я хотела заговорить, раздался звонок ее телефона. Она вытащила его из кармана и ответила.
– Нейт? Что стряслось?
Прерывистые звуки проникали через динамик. Громкое дыхание… Или рыдания.
– Успокойся. Расскажи мне с самого начала.
Мое тело мгновенно пришло в боевую готовность. Было достаточно странно, что Дария взяла на себя разумную, рассудительную роль. Еще более нетипичным было то, что у Нейта, вероятно, сдали нервы.
Я пододвинула свой табурет поближе к Дарии и наклонилась к ней.
– Что случилось? – беззвучно спросила я, но она была слишком отвлечена, чтобы обращать на меня внимание.
– И куда они его забрали? – настойчиво спросила она, теперь уже не так спокойно.
Осознание вины мгновенно поразило меня. Я прикусила губу, пока боль не заглушила все. Прежде чем поняла, что делаю, я вырвала у нее телефон из рук.
– Нейт? Что случилось? Что с Каспером?
На мгновение на другом конце провода воцарилась тишина, затем раздался кашель.
– Охранники узнали Каспера и Уилла. Они… Они только что были в Омилии и сообщили об этом моей матери. Они уже были у вас?
Черт, черт, черт. Я не хотела думать о Уилле. И особенно потому, что именно я была причиной этой катастрофы.
– Не знаю. – Я закрыла глаза. – Скажи своей матери, что это моя вина. Скажи ей, что я заставила тебя.
– Киа… – Он звучал спокойнее, хотя каждое слово было пропитано слезами.
– Нейт, мне все равно, что со мной произойдет. Это все моя вина. Без меня вы никогда не попали бы в эту тюрьму…
– Прекрати, это нас ни к чему не приведет, – перебил он меня. – Я не собираюсь втягивать тебя в это. Мы все знали о риске. И, несмотря на это, было бы плохо, если бы моя мама знала о нашей дружбе. Просто расскажи, как у тебя дела. Я скажу ей, что я виноват и убедил Каса. Она не позволит Нерону запереть меня. – Нейт горько рассмеялся. – Я ее золотой мальчик. Однако понятия не имею, смогу ли вообще потом покинуть район.